27 января 1812 года император Александр I подписал Указ об «Учреждении военного министерства». Согласно «Учреждению» в составе нового министерства была образована Особенная канцелярия. Директором этой канцелярии был назначен флигель-адъютант полковник Алексей Васильевич Воейков, который в начале своей военной карьеры был ординарцем Суворова А.В.

Канцелярия имела определённый штат сотрудников — директор, три экспедитора и один переводчик, которые должны были решать секретные задачи. Результаты деятельности чинов Особенной канцелярии не включались в ежегодный отчёт Военного министерства, а круг обязанностей её сотрудников определялся «особоустановленными правилами».

К разряду «особенных дел» относились: организация переписки военного министра с военными агентами, главами русских дипломатических миссий и командующими западными армиями по вопросам добывания сведений военного характера; сбор сведений об армиях иностранных государств; анализ добытых сведений; разработка рекомендаций и информационных документов для военного министра. Особенная канцелярия стала первым центральным органом Военного министерства Российской империи, который занимался организацией разведки вооружённых сил иностранных государств.

Портрет А.В. Воейкова, худ. Дж. Доу

Портрет А.В. Воейкова, худ. Дж. Доу

В Санкт-Петербурге в начале 1812 года уже осознавали, что большая война с наполеоновской Францией приближается к границам Российской империи. В это же время обострились не только отношения между Россией и Францией, но и личные отношения между Александром I и Наполеоном. Это было связано с тем, что российский император в 1810 году отказался выдать замуж за Наполеона свою 14-летнюю сестру великую княжну Анну Павловну. Отказ был воспринят Наполеоном как личное оскорбление, что ещё больше ухудшило отношения между двумя государствами.

Начиная с 1810 года, Наполеон стал готовиться к войне против России. Подготовка велась одновременно в разных сферах: укреплялась французская армия; в тех странах, которые не были завоёваны Францией, предпринимались меры дипломатического характера, направленные на подрыв авторитета Российской империи; в Санкт-Петербург направлялись и активно действовали агенты французской разведки. В российских архивных документах за 1810-1812 годы указывалось, что на территории России было выявлено и задержано 39 гражданских и военных лиц, которые занимались сбором разведывательных сведений. Среди них были английские и французские агенты.

Портрет А.А. Закревского, худ. Дж. Доу

Портрет А.А. Закревского, худ. Дж. Доу

Россия тоже активизировала разведку во Франции. В Париж был направлен полковник Чернышёв А.И., которому в то время было 25 лет. Молодой офицер сумел завести среди французской знати хорошие деловые и личные знакомства. В начале апреля 1811 г. полковник Чернышёв направил Александру I сообщение, в котором сделал вывод о том, что «Наполеон уже принял решение о войне против России, но пока выигрывает время из-за неудовлетворительного положения его дел в Испании и Португалии». Далее Чернышёв предлагал варианты возможных действий, выгодных для России. На этом донесении российский император сделал пометку: «Зачем не имею я побольше министров, подобных этому молодому человеку…»

Вращаясь в высших кругах парижской знати, Чернышёв узнавал о планах Наполеона. Он также привлёк к сотрудничеству несколько чиновников французского военного ведомства. Они добывали для него достоверные сведения о состоянии наполеоновской армии. В состав группы входили сотрудник французского военного министерства Мишель, а также сотрудник отдела передвижений войск Луи Франсуа Саже, сотрудник отдела инспекции Луи Франсуа Сальмон и сотрудник отдела военной охраны Жан Мозес.

Саже имел возможность добывать важные документы, которые разрабатывались в военном министерстве Франции. В частности, он имел возможность копировать отчёт о состоянии французской армии. Этот документ составлялся каждые 15 дней в одном экземпляре. Документ предназначался только для Наполеона. Саже передавал этот документ Мишелю, который переписывал его и затем вручал полковнику Чернышёву или с помощью Мозеса привратнику русского посольства.

Чернышёв, направляя этот секретный документ в Санкт-Петербург, иногда сопровождал его запиской, в которой излагал собственные наблюдения и заключения. Молодой полковник был наблюдательным человеком и давал достаточно точные характеристики высшим чинам французской армии.

Барклай де Толли, докладывая Александру I разведывательные сведения о состоянии и дислокации частей французской армии, сообщал ему и подробные характеристики французских военных деятелей, подготовленные полковником Чернышёвым. Сведения, переданные Чернышёвым, представляли для русского императора исключительный интерес.

Все донесения военных агентов и информаторов собирались в Особенной канцелярии, систематизировались и изучались. На их основе проводился подсчёт сил французской армии, которые могли принять участие в войне против России. По указанию директора Особенной канцелярии полковника Воейкова А.В. в январе 1812 года была составлена карта, на которой фиксировались передвижения войск Наполеона. Численность французской армии, которая могла бы принять участие в войне против России, определялась в 400-500 тысяч человек. Французские историки определили первый эшелон войск Наполеона в 450 тысяч человек. Поэтому можно утверждать, что сведения о французской армии, добытые полковником Чернышёвым, были точны и достоверны.

26 февраля 1812 г. Чернышёв выехал из Парижа в Петербург. Он должен был доставить очередное послание Наполеона русскому императору. После отъезда Чернышёва французская полиция провела в апартаментах, которые он снимал, негласный обыск. В ходе обыска в рабочем кабинете полицейские ничего подозрительного не нашли. В спальне под ковром была случайно выявлена записка следующего содержания: «Господин граф, вы гнетёте меня своими просьбами. Могу ли я сделать для вас более того, что делаю? Сколько я переношу неприятностей, чтобы заслужить случайную награду. Вы удивитесь завтра тому, что я вам дам. Будьте у себя в 7 часов утра. До завтра. М.».

Этот документ привлёк полицейских. Было проведено расследование и установлено, что неизвестный М. — человек по имени Мишель, который был сотрудником военного министерства. Мишеля незамедлительно отыскали и арестовали. Были арестованы и сообщники Мишеля. Суд состоялся 13 и 14 марта. Мишель был приговорён к смертной казни на гильотине. Саже — к тюремному заключению и штрафу в 600 франков. Суд над Мишелем был использован Наполеоном для организации антироссийской кампании в столицах европейских государств.

Во время подготовки к войне против России Наполеон предпринимал усиленные меры по маскировке своих планов и дезинформации Александра I. По указанию Наполеона во французских войсках распускались ложные слухи, осуществлялись мероприятия, которые должны были убедить русских агентов и лазутчиков в том, что главные силы французской армии сосредоточены в районе Варшавы, которую даже посетил французский император. Как оказалось, в Варшаве побывал двойник Наполеона. Дезинформационные цели преследовал и посланец Наполеона граф Л. Нарбонн, который прибыл в Россию с предложением установить добрососедские отношения межу Парижем и Петербургом. На самом деле Нарбонн должен был отвлечь внимание русского императора от военных приготовлений Наполеона.

Отношения между Францией и Россией продолжали ухудшаться. В середине марта 1812 г. на должность директора Особенной канцелярии был назначен полковник Арсений Андреевич Закревский, боевой офицер, имевший большой опыт штабной работы. Закревский поручил подполковнику Петру Андреевичу Чуйкевичу, единственному офицеру, который начинал свою военную службу в 1810 г. сотрудником Секретной экспедиции, написать аналитическую записку о предстоящей войне с Наполеоном с подробными советами командованию.

Чуйкевич подготовил записку.., он пришёл к выводу о том, что Наполеон, навязывая противнику генеральное сражение, пользуется мощью своей армии, наносит ему существенное поражение и добивается победы. В своей записке Чуйкевич предлагал избегать генерального сражения, что позволит спасти русскую армию, и навязать Наполеону бой тогда, когда ему это будет невыгодно. Ценность записки подполковника была в том, что в ней он убедительно обосновал необходимость отступления русской армии до момента достижения равенства сил, при этом отступление должно было сопровождаться ведением активной партизанской войны.

Под партизанской войной Чуйкевич понимал не только действия вооружённых отрядов населения на оккупированных французскими войсками территориях, но и — что исключительно важно — активные действия в тылу противника диверсионных отрядов, в состав которых должны были входить офицеры и солдаты русской армии.

Барклай де Толли внимательно изучил записку Чуйкевича. Вскоре некоторые предложения подполковника были реализованы в ходе начавшейся войны. Весной 1812 года военный министр выезжал с инспекторской задачей в Вильно. В эту поездку он пригласил и подполковника Чуйкевича, которого позже направил в Пруссию, где под предлогом военно-дипломатической миссии офицер решал разведывательные задачи.

Военный министр уделял большое внимание оперативной разведке, организацией которой должны были заниматься командиры корпусов Западных армий… Добыванием сведений о западных соседях России занимались квартирмейстеры 2-й Западной армии, которой командовал князь Пётр Иванович Багратион. Сведения, которые поступали от русских лазутчиков командующему 2-й армией, заслуживали внимания.

19 сентября 1811 г., например, Багратион докладывал военному министру: «От человека, достойного всякого доверия, который получил равно от надёжных людей, имею я сведения того: Наполеон единственно тем только и занят и все напрягает силы, чтобы склонить ласкою, либо понудить угрозами прусского короля присоединиться к Рейнскому союзу…»

Работой агентов в Прибалтике руководили подполковник Лезер, майор Врангель, капитан Вульферт; в Белостоке — полковники Турский и Щиц; в Бресте — Анохин. В Пруссии русской разведке удалось создать разветвлённую агентурную сеть, деятельностью которой руководил Юстас Грунер, отставной министр полиции Пруссии, который переехал в Австрию и руководил работой своих информаторов.

Донесения русских военных агентов из европейских столиц и обобщённые записки офицеров Особенной канцелярии убедили Барклая де Толли в том, что с Наполеоном нельзя бороться теми же военными приёмами, которыми французский император владел в совершенстве. Русские военные агенты полковники Чернышёв, Тейль ван Сераскеркен, поручики Граббе, Брозин и другие обеспечили командование русской армии сведениями о Наполеоне и его армии, на основе которых оценивалась обстановка и прогнозировались перспективы войны.

Сведения о приближении наполеоновских армий к границам Российской империи регулярно поступали в Особенную канцелярию, командующим 1-й и 2-й армиями. Они почти ежедневно получали известия и рапорты о движении различных неприятельских корпусов. Среди этих донесений были сообщения о сосредоточении главной группировки войск Наполеона в районе Эльбинг, Торунь и Данциг. Стало также известно о том, что французская армия 14 (26) июня планирует перейти государственную границу Российской империи. Так и произошло. В ночь на 14 июня 1812 г. французская армия начала переправу через Неман. Однако, несмотря на высокую активность русской разведки, установить место переправы ей всё же не удалось.

С началом Отечественной войны Барклай де Толли был назначен главнокомандующим 1-й Западной армией. Поскольку за ним была сохранена должность военного министра, Особенная канцелярия превратилась в часть Собственной канцелярии командующего армией.

Русские армии, которыми командовали Барклай де Толли и Багратион, отступали. Это было вынужденное, но продуманное отступление. Русские армии уклонились от генерального сражения, сохранили свои возможности и объединились в районе Смоленска. Отступление вызвало в среде русской знати и военных упрёки в адрес Барклая де Толли, которого обвиняли в том, что он умышленно сдаёт русские земли неприятелю и уклоняется от генерального сражения.

20 августа Александр I подписал указ о назначении генерала от инфантерии Кутузова М.И. Главнокомандующим всеми русскими армиями. Все надеялись, что Кутузов остановит наступление и организует решительное сражение Наполеону. Но Кутузов действовал так же, как и Барклай де Толли. Наполеон продолжал наступление, французская армия приближалась к Москве.

Генеральное сражение французам было дано в районе села Бородино 26 августа (7 сентября) 1812 года. В русской армии было 120 тысяч человек и 640 орудий, у Наполеона было 130-135 тысяч человек и 587 орудий. Кутузов, благодаря сведениям, добытым разведчиками, разгадал замысел Наполеона, перед сражением усилил армию Багратиона. Наполеону не удалось развить успех, он был вынужден отвести войска на исходные позиции. В итоге Бородинского сражения французы потеряли около 50 тысяч человек и не достигли своей главной цели — не смогли разбить русскую армию.

После Совета в Филях Кутузов отдал приказ оставить Москву. Сохранив основные силы, армия Кутузова отошла от Москвы, затем, совершив Тарутинский манёвр, начала изгнание французов из России. В результате Бородинского и последующих сражений стратегия Наполеона, предполагавшая достижение победы в одном или двух сражениях, потерпела крах. Победила стратегия русской армии, которая была рассчитана на разгром противника в ряде сражений. Разработал эту стратегию сотрудник Особенной канцелярии подполковник Пётр Чуйкевич…

В проведении диверсионных акций в тылу французских войск отличились генерал-лейтенант Иван Семёнович Дорохов, полковники Денис Васильевич Давыдов и Александр Никитич Сеславин, штабс-капитан артиллерии Александр Самойлович Фигнер. Фигнер сформировал небольшой отряд из отставших от русской армии солдат и охотников и активно действовал в тылу противника. Диверсионные действия этого отряда были настолько успешными, что Наполеон за поимку русского штабс-капитана установил значительное денежное вознаграждение. Захватить Фигнера французам не удалось. А он вместе с Сеславиным отбил у неприятеля обоз с драгоценностями, награбленными в Москве.

Русские разведывательно-диверсионные отряды охотились и за французскими штабами, и за курьерами, которые осуществляли связь между воинскими частями наполеоновской армии. Захваченные в таких операциях документы позволяли получать ключи от шифрованной переписки французских генералов и вскрывать их важные планы.

Отечественная война 1812 года завершилась полным разгромом французских армий и падением наполеоновской империи. Немалая заслуга в этой победе принадлежит и русским военным разведчикам. Как сложились судьбы руководителей и сотрудников Особенной канцелярии?

Пётр Чуйкевич 10 января 1813 г. был назначен директором (управляющим) Особенной канцелярии и находился на этой должности до 1815 года. 26 ноября 1816 г. он вышел в отставку с мундиром, однако 21 октября 1820 года вновь поступил на военную службу, был причислен к канцелярии Главного штаба, выполнял разведывательные задания. 12 декабря 1823 года получил чин генерал-майора.

Удачно сложилась карьера и военного разведчика полковника Александра Чернышёва. Он добился блистательных результатов на трёх поприщах — дипломатическом, военном и гражданском, умело выполнял разведывательные задания в Париже, совершил не один подвиг в войне против Наполеона, был военным министром России. На мраморном саркофаге, где упокоился прах Чернышёва, была сделана надпись: «Здесь погребён Светлейший князь Александр Иванович Чернышёв, генерал от инфантерии, генерал-адъютант, председатель Государственного Совета и Комитета Министров, всех Российских и разных иностранных орденов кавалер».

Директор Особенной канцелярии Закревский Арсений Андреевич с началом войны находился в действующей армии, принимал участие в Смоленском и Бородинском сражениях. В 1815-1823 годах был дежурным генералом Главного штаба, в 1823-1828 годах — командовал отдельным Финляндским корпусом, был финляндским генерал-губернатором, министром внутренних дел (1828-1831), генерал-губернатором Москвы, членом Государственного совета. В 1829 году ему был пожалован чин генерала от инфантерии.

Из статьи В. Лота «Особенная канцелярия Российской Империи», журнал «Родина», №10 2012 г., с. 6-9.