Архив рубрики ‘ Царь

Александр I и Наполеон — современники, с 1807 по 1811 г. — союзники, едва не породнившиеся между собой, а до и после этого смертельные враги, захватнически побывавшие в столицах друг друга. Каждый из них (сначала — Наполеон, потом — Александр), хотя и по-разному, сыграл роль Агамемнона Европы, «царя царей». Поэтому их биографы и все вообще исследователи их времени, естественно, так или иначе, сравнивают двух императоров.

Масштаб личности Александра и отечественные, и зарубежные историки, за редким исключением (Михайловский-Данилевский А.И., Соловьев С.М., американец Л. Страховский), оценивают невысоко — в диапазоне от насмешливых пушкинских характеристик («властитель слабый и лукавый», «в нем много от прапорщика и немного от Петра Великого») до более спокойных определений Ключевского В.О. («человек средней величины, не выше и не ниже общего уровня») и Дживелегова А.К. («человек, едва возвышающийся над средним уровнем»).

Читать полностью »

Александр I и его двор перед 1812 годом

Император Александр предвидел, что его союз с Наполеоном раздосадует дворянство, духовенство и купечество России, но не ожидал от них такого взрыва недовольства. Повсеместный ропот приводил к заговорщическим толкам, которые начались сразу после Тильзита и не смолкали вплоть до 1812 г. Преданный Александру Новосильцев Н.Н. уже в Тильзите заявил: «Государь, я должен вам напомнить о судьбе вашего отца». Позднее о том же напомнит ему граф Толстой П.А., один из «цареубийц» 1801 г.: «Берегитесь, государь! Вы кончите, как ваш отец!» Эти двое предупреждали из благих побуждений открыто. Другие сговаривались тайно, вынашивая планы «постричь императора в монахи».

Во главе оппозиции тильзитскому курсу стояла мать Александра — вдовствующая императрица Мария Федоровна, что до крайности осложняло его положение, ибо он привык относиться к матери по-сыновьи почтительно и поэтому вынужден был объясняться, как бы оправдываться перед ней в своем поведении, чего не допускал после смерти отца в отношениях с кем бы то ни было, кроме, может быть, еще любимой сестры Екатерины Павловны.

Читать полностью »

Отечественная война 1812 года была не только военно-политическим столкновением государств, но также противостоянием православной России и «безбожной», «дехристианизированной» Франции. Во всяком случае, именно так происходившие события осознавались современниками. Гонения на церковь и духовенство времён Великой французской революции, введение республиканского календаря и провозглашение новой религией культа Разума, слишком прагматичная, даже беспринципная церковная политика Наполеона, его неоднократные столкновения с папой Пием VII, закончившиеся отлучением французского императора от церкви и пленением римского первосвященника — всё это в сочетании с умело проводимой церковной и светской пропагандой создавало ощущение некоего духовно-религиозного мятежа, поднятого Наполеоном против христианства.

Великая армия, умывшая кровью половину Европы, грабившая и осквернявшая русские православные храмы, воспринималась как своеобразная тёмная сила, а её предводитель сравнивался с Антихристом — ставленником Сатаны, который, согласно христианской эсхатологии, должен появиться на Земле незадолго до второго пришествия Христа и сосредоточить все существующее на ней зло для борьбы против христианской церкви.

Читать полностью »

Окончание царствования Александра I

Нельзя было кончить войну только тем, что выгнали французов из России. Конечно, Наполеон согласился бы тогда заключить мир, выгодный для Александра, но что же бы из этого вышло? Европейские государства остались бы в той же зависимости от него. Он через несколько лет поправился бы от поражения и мог опять начать войну. Напротив, Александр I решился освободить все порабощенные Наполеоном государст­ва и начать с Пруссии.

Пруссаки ненавидели Наполеона, потому что он притеснял их больше, чем другие народы. Генерал Йорк, который вел пруссаков в походе их с Наполеоном в Россию, отделился от французов и заключил договор с русскими войсками не сра­жаться против них, но ни он, ни другие пруссаки не смели явно перейти на нашу сторону, потому что столица их, крепости и почти вся земля были заняты французскими войсками. Поэто­му надо было занять как можно скорее нашим войскам прус­ские земли.

Читать полностью »

Русский император Александр I

Четырнадцатый по счету российский император Александр I, или, как его называли в народе, Алек­сандр Благословенный, — одна из самых загадоч­ных и противоречивых фигур в истории Российского го­сударства. Александр I, представлявший собой, по выражению К. Меттерниха, «странное сочетание мужских достоинств и женских слабостей», никогда не отличался героизмом.

«Под Австерлицем он бежал, в двенадцатом году дрожал…» — высмеивал царя А.С. Пушкин. Не испытывал царь и патриотического горения. Читаем у Ключевского В.О.: «С Россией у него не было никакой связи — ни нравственной, ни даже этнографической: внук немца из Голштинии и немки из Ангальт-Цербста, он родился от принцессы из Вюртемберга, вскормлен немкой из Лифляндии, воспитан вольтерьянцем из Швейцарии». По свидетельству современников, Александр I «до конца жизни не мог вести по-русски обстоятельного разговора о каком-нибудь сложном деле», хотя по-французски изъяснялся не хуже Наполеона.

Читать полностью »