Павел I Петрович Романов (1796-1801) Император Всероссийский, сын Петра III Федоровича и Екатерины II Алексеевны, родился 20 сентября 1754 года в Петербурге. Сразу после рождения его бабка, Елизавета Петровна, забрала его у матери, надеясь воспитать достойного наследника престола. В детстве он был живым, умным мальчиком. Его воспитатель, граф Никита Иванович Панин, вспоминал, что в 10-12 лет Павел много читал, охотно занимался математикой, изучал историю, географию, русский и немецкий языки, астрономию, умел поддерживать серьезную беседу.

Что касается его матери, императрицы Екатерины, то она не любила своего сына. Не любила не только потому, что ей не позволили воспитывать его, но и потому, что Павел был сыном своего отца. Кроме того, Екатерина боялась, что ее могут упрекнуть в узурпации власти, поскольку теоретически после смерти Петра III императором должен был стать его малолетний сын Павел, а вовсе не жена Екатерина.

Когда Павел вырос, отношение матери к нему не изменилось. Она не видела в нем никаких достоинств и, кроме того, опасалась, что он может попытаться занять ее место. Поэтому Екатерина II не позволяла Павлу участвовать в управлении страной и тем более не доверяла ему войска, хотя Павел сильно интересовался военным делом. Неудивительно, что Павел не любил свою мать, к тому же он подозревал ее в убийстве отца, Петра III, и был уверен, что она отняла у него его законную власть. Характер Павла стал вспыльчивым, подозрительным, непредсказуемым.

Император Павел I в 1798 году, с гравюры Дункортона, сделанной с портрета Щукина

Император Павел I в 1798 году, с гравюры Дункортона, сделанной с портрета Щукина

Всю первую часть жизни Павел вместе со своей семьей прожил в Гатчине, царской резиденции недалеко от Санкт-Петербурга, как частное лицо, никак не участвуя в жизни России. Когда у него и его жены, Марии Федоровны, появились дети, Екатерина поступила с ними так же, как в свое время поступила с самим Павлом Елизавета: она отбирала детей у родителей сразу после их рождения и воспитывала сама. Сохранились документы, свидетельствующие о том, что Екатерина II хотела назначить своим наследником Александра, старшего сына Павла, в обход его отца. Но этот план не был приведен в исполнение.

Медаль в память коронования Павла I

Медаль в память коронования Павла I

6 ноября 1796 года, в день смерти Екатерины II, Павел I стал императором России. Его ненависть к матери к этому времени зашла так далеко, что первым делом он начал разрушать все, сделанное ею. Корнилов А.А. писал об этом: «Когда Павел вступил на престол, тогда стала реализовываться накопившаяся в его душе ненависть ко всему тому, что делала его мать. Не имея ясного представления о действительных нуждах государства, Павел стал без разбора отменять все то, что сделала его мать, и с лихорадочной быстротой осуществлять свои полуфантастические планы, выработанные им в гатчинском уединении». (Корнилов А. А. «Курс истории России XIX века», М., 1993, с. 41).

Портрет царевича Павла (предположительно)

Портрет царевича Павла (предположительно)

Прежде всего, 5 апреля 1797 года, был принят акт «О престолонаследии», отменивший закон Петра I, по которому император имел право назначить своим преемником кого угодно. Отныне наследовать императорскую власть мог только старший сын правителя. Павел I приказал закрыть все частные типографии и установил строжайшую цензуру для всех публиковавшихся книг, запретил ввозить в Россию иностранные книги, носить одежду французского покроя, произносить слова «гражданин» и «отечество». После того, как в 1799 году в Дерпте был открыт немецкий университет, Павел I издал указ, запрещавший молодым людям ездить учиться за границу.

Императрица Мария Федоровна с гравюры Нейдля, сделанной с портрета Крейцингера

Императрица Мария Федоровна с гравюры Нейдля, сделанной с портрета Крейцингера

Он также отменил «Жалованные грамоты» дворянству и городам, выданные в свое время Екатериной, чем настроил против себя очень многих. Но были у него и некоторые удачи. Во время правления Павла I, в 1798-1799 годах, Россия участвовала в войнах против Наполеона на стороне Англии и Турции. Эта война знаменита победами адмирала Ушакова Ф.Ф. и Суворова А.В. Кроме того, Павел издал указ, запрещавший крепостным крестьянам работать на помещика больше трех дней в неделю.

В последние годы жизни Павел I отдалился от семьи, видя в своем сыне Александре соперника, а в жене — возможную узурпаторшу престола. Неожиданными и необъяснимыми перепадами настроения, незаслуженными опалами, неоправданной внешней и внутренней политикой он настроил против себя дворянство. Как писал Платонов С.Ф.: «Лица, желавшие свергнуть Павла, руководились разными побуждениями: и чувством личной мести, и злобы, и сословными инстинктами, и видами чужой (говорят английской) дипломатии; но напоказ у всех было желание избавить страну от тирана и спасти императорскую семью от болезненной жестокости невменяемого отца и мужа». (Платонов С.Ф. «Лекции по русской истории», М., 1993, с. 645-646).

Заговор готовился несколько месяцев, наконец, 12 марта 1801 года Павел I был убит своими приближенными в Михайловском замке в Санкт-Петербурге. Павел I похоронен в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга. Жены: 1) принцесса Вильгельмина-Луиза-Гессен-Дармштадтская в православии — Наталья Алексеевна; 2) принцесса Софья-Доротея Вюртемберг-Штутгартская, в православии — Мария Федоровна. Дети: (все от второго брака) Александр, Константин, Александра, Елена, Мария, Екатерина, Ольга, Анна, Николай, Михаил.

Памятник императору Павлу, воздвигнутый императрицей Марией Федоровной в Павловске. С рисунка, приложенного к «Очерку истории Павловска» 1877 г.

Памятник императору Павлу, воздвигнутый императрицей Марией Федоровной в Павловске. С рисунка, приложенного к «Очерку истории Павловска» 1877 г.

Павел I и цесаревич Александр

В 1801 году императору Павлу благоугодно было вызвать из-за границы в Россию тринадцатилетнего племянника императрицы Марии Федоровны принца Евгения Виртембергского, назначенного уже в 1798 году генерал-майором и шефом драгунского полка. Воспитателем его был генерал барон Дибич, отец прославившегося впоследствии фельдмаршала графа Дибича-Забалканского. С первого же представления молодого принца Евгения императору (7 февраля) он завоевал себе расположение государя. «Savez-vous que се petit drole a fait ma conquete» («Знаете ли вы, что этот чудак победил меня?»), — сказал Павел императрице.

Герцог Евгений Виртембергский, с гравюры Райта, сделанной с портрета Доу

Герцог Евгений Виртембергский, с гравюры Райта, сделанной с портрета Доу

С этого дня расположение к нему государя с каждым днем возрастало поражающим образом; оно дошло до того, что Павел Петрович объявил Дибичу о своем намерении усыновить принца Евгения, прибавив, что он владыка в своем доме и в государстве и потому возведет принца на такую высокую ступень, которая приведет всех в изумление. Закону о престолонаследии, установленному, как казалось, незыблемым образом самим императором Павлом, угрожало вопиющее нарушение.

Великие князья Александр и Константин Павловичи, с портрета Лампи

Великие князья Александр и Константин Павловичи, с портрета Лампи

Положение Александра Павловича становилось с каждым днем все более затруднительным. Несмотря на покорность, внимание и предупредительность сына, подозрительность и недоверие к нему грозного родителя принимали все более резкие формы. Войдя однажды в комнату наследника, император Павел нашел на его столе трагедию «Брут» Вольтера; она оканчивался как известно, словами Брута:
«Rome est lib re: il suffit
…Rendons graces aux dieux!»
(«Рим — свободен: довольно
Воздадим славу богам!»)

Государь призвал сына к себе наверх и, показывая на указ Петра Великого о несчастном Алексее Петровиче, спросил его: знает ли он историю этого царевича?

Народ с надеждой взирал на восходящее солнце России, как некоторые называли Александра. Уже тогда распространилась молва о благодушии и кротости цесаревича, так что не успевал он показаться на улице, как его встречали благословениями и пожеланиями счастья. Известно было, что Александр всегда старался по мере сил облегчить участь всех подпавших под гнет родителя, и потому распространилась уверенность, что царствование его будет благословенное, отеческое.

Все это не могло оставаться безызвестным Павлу, который уже давно возмущался свободомыслием своего старшего сына и привык видеть в нем врага по политическим убеждениям; обоюдные отношения обострялись все более и более, отец и сын перестали понимать друг друга… ( Из книги Н.К. Шильдера «Император Александр Первый. Его жизнь и царствование 1777 — 1825», М., «Московские учебники и Картолитография», 2008, т. 1, с. 201 — 203).