Следует чётко различать понятия: партизаны и партизанская война (партизанство). Партизанская война — это удары по тылам противника, мелкие неожиданные нападения, заса­ды и т. д. Такую войну может вести как гражданское население, так и армия. Так, например, воевали про­тив русских войск в русско-шведской войне 1808-1809 гг., но тогда против русских так воевала армия, а армия — это не партизаны в классическом современном понимании этого слова.

Партизанами (партизанами-повстанцами) же уже давно принято называть «вооруженные отряды граж­данского населения, которое действует против врага». В связи с этим армейские отряды, воевавшие в ты­лу Великой армии Наполеона, вели партизанскую войну, но не были партизанами. Это скорее были от­ряды регулярной армии, выполнявшие специальные диверсионные задания.

Однако в художественной и исторической литературе их продолжают называть армейскими партизанскими отрядами. Самый знаменитый ныне рус­ский герой-партизан 1812 г., подполковник Ахтырского гусарского полка Денис Давыдов, который за пять дней до Бородинского сражения предложил князю Багра­тиону идею диверсионного отряда, предназначенного для дейст­вий в тылу неприятельской армии.

К сожалению, в нашей переполненной всевоз­можными фальсификациями истории не стали ге­роями-партизанами войны 1812 года генерал Винцингероде, полковник Бенкендорф, майор Прендель и некоторые другие. Наверное, у них просто были «не те» фамилии. То ли дело — Денис Давыдов, Ермолай Четвертаков и Герасим Курин!

Портрет Дениса Давыдова, неиз. худ., гравюра 1890 г.

Портрет Дениса Давыдова, неиз. худ., гравюра 1890 г.

А ведь первый армейский партизанский отряд был создан в конце июля 1812 г. по приказу Барклая де Толли, который составил и первую инструк­ция о действиях партизан в тылу врага, командиром этого отряда был назначен генерал-майор Фердинанд Винцингероде. 19 (31) августа он докла­дывал:

«Положение неприятельской армии, на левом фланге и в тылу коей находится уже несколько не­дель мой малой корпус и которую храбрые казаки мои обеспокоивают и день и ночь, конечно, не очень блистательно. На всех дорогах находятся шайки грабителей и мародеров французской армии, часто даже под предводительством их офицеров; они весьма дурно одеты, совсем почти оборваны, дурно кормлены и конные имеют весьма плохих лошадей, и ежели их атакуешь решительно, то они почти не защищаются. В продолжение 10-и или 12-и дней я взял 300 человек в плен, в числе коих 10 офицеров, и все оное не стоило нам 30-и человек убитыми и ранеными…

В найденных бумагах на адъютанте генерала Пино, которой следовал с донесениями в главную квартиру французской армии, с удовольствием ус­мотрел я, что неприятель полагает, что мой кор­пус составлен из 1000 кирасир, 1000 драгун и 3000 казаков, хотя он состоит только из 1300 человек».

Бенкендорф А.Х., худ. Д. Доу

Бенкендорф А.Х., худ. Д. Доу

Винцингероде уже в пер­вых боях в районе Витебска взял около тысячи пленных. Соответственно именно Фердинанда Фе­доровича, начавшего службу в гессенской и авст­рийской армиях, но в 1797 г. перешедшего на русскую службу, следует считать первым партизаном войны 1812 г. Тем не менее, именно Дениса Давыдова Тарле Е.В., а вслед за ним и многие другие историки называют «главным пионером партизанского движения».

Винцингероде, при вступлении Наполеона в Москву занял со своим отрядом Тверскую дорогу. Узнав, что Наполеон, уходя из Москвы, приказал маршалу Мортье взорвать Кремль, он отправился к нему для переговоров, но был взят в плен. И его ед­ва не расстреляли, так как он был родом из Гессена, входившего в состав Вестфальского королевства Жерома Бонапарта. Только личное вмешательство императора Александра I спасло Фердинанда Фе­доровича от смерти.

Капитан А.С. Фигнер

Капитан А.С. Фигнер

Еще один из упомянутых героев звался Виктором Антоновичем Пренделем, происходил он из тироль­ских дворян и свободно владел восемью языками. Этот человек родился в 1766 г., в войне 1812 года он сражался под Смоленском, а потом поступил в распоряжение генерала Винцингероде, а несколько позже сам стал командовать армейским партизан­ским отрядом. За отличие в боях Прендель В.А. был пожалован чином подполковника.

Ну, и конечно же нельзя не отметить графа Алек­сандра Христофоровича Бенкендорфа, будущего шефа жандармов и начальника так называемого Третьего отделения. Войну 1812 года он начал фли­гель-адъютантом при императоре Александре I, осуществляя связь главного командования с армией князя Багратиона. Затем он командовал авангардом отряда генерала Винцингероде, а после ухода Напо­леона из Москвы был назначен ее комендантом. В разных делах он взял в плен трех генералов и бо­лее шести тысяч нижних чинов.

В своих «Записках» Бенкендорф А.Х. позже напи­сал, что отряд генерала Винцингероде состоял из Ка­занского драгунского и трех казачьих полков. Ко­нечно же это были регулярные войска, и их целью, согласно плану Барклая де Толли, было сохранение сообщения между главной армией и войсками гене­рала Витгенштейна, а также защита определенной территории от мародеров и рассылаемых против­ником фуражиров. Первый бой «партизан» Винцин­героде имел место 26 июля (7 августа), когда у села Озерок были взяты в плен один офицер и 18 фран­цузских гусар.

Потом полковник Бенкендорф во главе драгун­ского полка атаковал французов у Велижа, а сам Винцингероде 7 (19) августа явился к воротам Ви­тебска, приведя в ужас оставленный там для оборо­ны французский отряд. После же Бородинского сра­жения отряд Винцингероде передислоцировался к Рузе и Звенигороду.

Очевидно, что все это делалось задолго до того, как стал практиковать «партизанство войскового ти­па» Давыдов Д.В. При этом, если говорить строго, ни Бенкендорф, ни Винцингероде, ни высшее командование нигде не приравнивают их отряд к отрядам армейских партизан, даже когда отдельные партии из их «летучего корпуса» и занимаются партизанской работой: транспорты, мародеры, обозы и т. п.

Одним из выдающихся подвигов Давыдова Д.В. стало дело 28 октября (9 ноября) под Ляховым, где он вместе с другими армейскими отрядами взял в плен почти двухтысячный отряд генерала Ожеро. Однако не надо путать партизанскую войну и пар­тизан как таковых. Генерал Винцингероде, полков­ник Бенкендорф, майор Прендель, подполковник Давыдов и многие другие вели партизанскую войну, но не были никакими партизанами — они являлись офицерами регулярной армии, выполняющими спецзадание.

К сожалению, для советской исто­рии нужны были герои только с русскими имена­ми и фамилиями, а посему все сейчас знают Давы­дова и Сеславина (хотя бы по названиям москов­ских улиц), и почти никто не знает Винцингероде и Пренделя. Про обладателей же неправильных фамилий во­обще было забыто, как будто бы их и не существо­вало вовсе. Но в любом случае, все они были офице­рами регулярной армии, а их отряды логичнее счи­тать армейскими диверсионными группами.

Классические партизаны тоже были, но в основном лишь в Смоленской губернии. Здесь крестьяне очень быстро расстались с надеждами на то, что Наполеон освободит их от крепостного права. Впрочем, все го­ворит о том, что Наполеон и не собирался этого де­лать. С другой стороны, крестьянам страшно досаж­дали фуражиры и мародеры Великой армии. И им, естественно, оказывали активное сопротивление.

В начале многие крестьяне убегали в леса при прибли­жении французской армии зачастую просто со стра­ху, а не от какого-то великого патриотизма. Возмущаясь грабежами вражеских солдат, крестьяне в первое время не решались воору­жаться: боялись, как бы их потом не привлекли к от­ветственности. Но позже осмелели, тем более что получали от российской армии добро и даже коман­диров с оружием.

Безусловно, отдельные партизанские отряды, со­ставленные из крестьян, были, но они защищали только свои деревни от фуражиров и мародеров всех национальностей. Однако «партизанское дви­жение в войне 1812 года никак нельзя было назвать массовым. Если сравнить эту войну с войной 1654-1667 годов Речи Посполитой с Московией, то разница тут же бросается в глаза.

Тогда 300-тысяч­ная армия Алексея Михайловича Романова втор­глась в земли Великого княжества Литовского, где ее встретило регулярное войско Литвы в 11 000 чело­век. Понятно, что литвины быстро потерпели пора­жение, их села, города подверглись уничтожению, щадили лишь тех, кто соглашался принять веру Москвы, но и таковым доставалось. Половина насе­ления княжества была либо убита, либо угнана в плен, либо бежала. Но партизаны спасли свою стра­ну. Они образовывали целые зоны, куда захватчики боялись даже нос сунуть.

Ситуация была похожа на ситуацию 1944 года, когда в Беларусии действовали до 700 000 партизан. Именно такими были истинно отечественные войны. В 1812 году такого, увы, не наблюдалось». (Голденков М.А «Наполеон и Кутузов: неизвестная война 1812 го­да», Минск, 2010 г., с. 227-228).

Статья написана по материалам книги Е. Гречена «Война 1812 года в рублях, предательствах, скандалах», М., «Астрель», 2012 г., с. 220-235.