Город Санкт-Петербург был основан 16 (27) мая 1703 г., в день православного праздника Святой Троицы, в центре исконно русской Ижорской земли  — на берегу реки Невы. В течение почти десяти веков селились русские люди на этих землях, здесь ими были построены города Ям, Копорье и Орешек. В начале XVII в., раздираемая внутренней смутой, Россия потеряла целый ряд своих терри­торий. По Столбовскому договору 1617 г. Ижор­ская земля перешла во владение шведской короны. Россия оказалась наглухо отрезанной от моря.

В 1700 г. царь Пётр I начал войну за Ижорскую землю со шведским королём Карлом XII. Она длилась 21 год и вошла в историю под названием Северной. К маю 1703 г. позади были проигранное сражение у Нарвы и первая крупная победа: в 1702 г. русские взяли Нотебург (Орешек), переиме­нованный Петром I в Шлиссельбург — «ключ-город», ключ к Балтике. 1 мая 1703 г. после штурма покорилась выстроенная шведами у впа­дения реки Охты в Неву крепость Ниеншанц.

Однако, чтобы «ногою твёрдой стать у моря», необходимо было иметь здесь город-крепость, торговую гавань и верфи для строительства флота. Царь сам об­следовал топкие, низкие берега Невы и выбрал для крепости небольшой островок Заячий, по-швед­ски — «Люст эйленд», т.е. «Весёлый остров». Раз­мещённые на нём артиллерийские батареи могли держать под прицелом водную поверхность Боль­шой и Малой Невы, откуда исходила угроза по­явления шведских кораблей — неприятельская эскадра бороздила Финский залив.

Большой парадный портрет Петра I, худ. Г. Кнеллер, 1698 г.

Большой парадный портрет Петра I, худ. Г. Кнеллер, 1698 г.

Под присмотром Меншикова А.Д. начались земляные работы. 29 июня, в день именин царя, при его учас­тии в центре строительной площадки была заложена деревянная церковь во имя апостолов Петра и Павла, и крепость стала именоваться Петропавловской. Возникший рядом город по­лучил название Санкт-Петербург. За строительством крепости в устье Невы следил и самоуве­ренный Карл XII. Шведский король едко заметил: «Пускай сосед Пётр строит города, кото­рые будут взяты шведами».

Строительство Санкт-Петербурга

Строительство Санкт-Петербурга

Начиная с 1705 г. почти три десятилетия строительными ра­ботами в Петропавловской кре­пости руководил прибывший из Дании итальянский архитектор Доменико Трезини. При нём в 1706 г. деревянные стены Петро­павловки стали заменять кир­пичными (гранитная облицовка появилась лишь в 1779-1786 гг.).

По его же проекту было возведено здание каменного Пет­ропавловского собора, ставшего впоследствии од­ним из символов города. Уже в первой четверти XVIII в. собор служил усыпальницей членов царской семьи. Здесь в 1725 г. был похоронен и сам основатель города Пётр I. В восточной части крепости также по проекту Трезини на месте деревянных стали возводиться парадные Петровские воро­та в виде триумфальной арки.

Зимний дворец Петра Великого в Петербурге, гравюра Зубова А.Ф.

Зимний дворец Петра Великого в Петербурге, гравюра Зубова А.Ф.

Осенью 1704 г. по чертежу царя на противо­положном берегу реки напротив Васильевского ос­трова начали закладывать новую крепость — Ад­миралтейство. Крепость защищалась пятью бастионами, стенами, рвом и земляным валом в виде буквы «П», открытой к реке. Адмиралтейская игла (высокий шпиль, за­вершавший центральный бастион верфи-крепости) стала ещё одним символом Петербурга — морского порта, символом присутствия России на Балтике.

Для защиты города со стороны Финского за­лива, напротив остро­ва Котлин, по чертежу и модели Петра к маю 1704 г. возводится артиллерийский форт Кроншлот («Коронный замок») — трёхъярусная кре­постная башня, возвышавшаяся в море на искусственно созданном острове. Одновременно соору­жаются артиллерийские батареи на самом Котлине. Так было положено начало Кронштадтской крепости, где с 20-х гг. XVIII в. и до наших дней находится главная база Балтийского флота России.

Адмиралтейство, гравюра Ростовцева А.И.

Адмиралтейство, гравюра Ростовцева А.И.

Спешка с возведением оборонительных сооруже­ний не была напрасной. В июле 1703 и в июне 1704 гг. Кроншлот и артиллерийские батареи Котлина вместе с русскими кораблями отразили по­пытки шведского флота прорваться к Петербургу. Подходили шведы к городу и в 1705 г.

Развернувшееся строительство потребовало ог­ромного числа рабочих рук. По царским указам ежегодно с марта по сентябрь в три смены на берега Невы должно было прибывать до 40 тыс. человек почти из 40 городов. Реально численность рабочих в смену достигала 12-18 тыс. Помимо них Петербург возводили солдаты, каторжане, а в конце войны и пленные шведы. Сколько погибло строителей новой столицы, как дорого обошелся «Парадиз» (рай) русскому народу, ска­зать невозможно — никто такого учета тогда не вел.

Указом от 31 марта 1721 г. трудовая повинность была отменена, строительство осуществлялось наемными работниками, на жалованье которым ежегодно взимался экстраординарный налог на сумму 300 тыс. рублей. В отличие от работников, отбывавших трудовую повинность и исполь­зуемых преимущественно на трудоемких работах, не требовавших высокой ква­лификации, переселенцы состав­ляли ремесленную часть населения города. Их переселяли вместе с семьями по разнарядке на постоянное жительство в построенных казной домах.

В первые десятилетия история Петербурга была самым тесным образом связана с ходом Северной войны. Решающую роль в судьбе города-крепости сыграл разгром шведской армии под Полтавой 27 июня 1709 г. В военном соперничестве двух стран наступил перелом в пользу России, вопрос о возвращении невских земель был решён окон­чательно.

Санкт-Петербург был не только любимым детищем и гордостью Петра, но и символом его царствования, выражением эпохи преобразований. Конечно, новая столица не олицетворяла всю Россию. Наоборот, это был уникальный город не только по своему архитектурному облику, но и по складу жизни, быта. В то время как генерал-полицеймейстер столичного города хлопотал, чтобы его население носило башмаки, Русь за вычетом не­скольких городов еще два столетия шлепала в лап­тях и одевалась в длиннополое платье.

Столица была единственным местом, где по воле Петра возводились кирпичные здания свет­ского назначения, где вымощенные камнем улицы освещались фонарями, где разбивались парки. В Петербурге было много того, чего не было в помине в других местах обширной петровской империи. И тем не менее Петербург по праву можно считать примером того нового, что Петр стремился дать России.

Царь представлял новый город, прежде всего с прямыми улицами, обширными парками, площадями и бульварами, а также системой каналов, которым отводилась роль основных путей сообщения. Застройку города надлежало осуществлять по плану, заранее разработанному архитекторами и утвержденному властями. Центром столицы должен был стать Васильевский остров, который только начинал застраиваться, и, следовательно, осуществление плана не влекло массового сноса уже построен­ных зданий. Однако этот проект не был воплощён в жизнь…

В отличие от Запада, где проповедовался принцип преодоления «натуры» (природы), под­чинения её планам и разуму человека, для русского градостроительного искусства было ха­рактерно умение гармонично вписывать облик города в природный ландшафт. В Петербурге это нашло отражение в том, что крупные острова становились обособленными районами города, а общую композицию слагающегося плана опре­делил рельеф местности  — водное пространство Невы, её рукава и протоки.

Неповторимый облик городу придавали не только кирпичные дворцы, но и дотоле невиданные в России каналы. Дельта Невы, равно как и речки, в нее впадающие, разрезала сушу на множество островов. Их количество увеличива­лось каналами. К их рытью Петр приступил одновременно со строительством крепости города. Первый канал уже в 1703 г. разрезал поперек Заячий остров, использованный под строительство Петропавловской крепости. На Адмиралтейской стороне были выкопаны Красный, Лебяжий и Крюковский каналы, Зим­няя канавка, каналы, опоясывающие Адмиралтейскую верфь. Каналы в условиях низкой и болотистой местности, выполняли роль дренажных сооружений, призванных понижать уровень грунтовых вод.

Кроме того, землей, вынутой из каналов, засыпали низменные места, отводимые для застройки. Наконец, каналы использовались в качестве путей подвоза строительных материалов. Каналы вокруг Адмиралтейства имели еще одно назначение — они использовались в качестве противопожарного средства на верфи, где сосредоточивалось огромное количество огнеопасных материалов. Обилие водных коммуникаций вызывало  устройство мостов, связывавших районы города, изрезанного ре­ками и каналами. В Петровское время их было великое множество — только на Адмиралтейском острове в 1723 г. насчитывалось 23 подъемных моста. Не мало сил и средств отнимало благоустройство набережных.

Внимание царя простиралось и на внешний вид улиц «Парадиза». К 1725 г. Петербург достиг высокой благоустроенности — почти все улицы столицы были вымощены камнем. Каж­дый прибывавший в Петербург гужом должен был доставить на возу три камня весом не менее пяти фунтов каждый, а на каждом судне — по 10-30 камней. Камнем покрывали не середину улицы, то есть не ее проезжую часть, а полосу в полтора-два метра шириной, примыкавшую к домам, т. е. тротуар, как бы мы сказали сейчас. Озеленению улиц царь уделял такое же внимание, как и устройству мостовых.

С 1721 г. улицы Петербурга начали освещать фонарями. По тем временам это было дорогостоящее новшество: на изготовление 595 фонарей со столбами было издержано 15898 рублей. Ежегодные расходы на конопляное масло, бумажные фитили и содержание 64 фонарщиков из солдат, зажигавших фитили с наступлением темноты и утром гасивших их, а также подливавших масло, составляли 5558 рублей.

Традиционно русским явлением было  рас­селение жителей Петербурга слободами, которые формировались по социальному, профессиональ­ному и национальному признакам. Отсюда их названия: Пушкарская, Ружейная, Монетная, Посадская, Купеческая, Офицерская, Большая и Малая Морские, Татарская, Русская, Французская и т.д. Европейским новшеством стали диктуемые сверху принципы застройки слобод. Места для городских усадеб размерялись «линейно».

Первая «линия» домов строилась вдоль берега, осталь­ные — параллельно ей в глубь островов. Внутри линий устраивались проезды к Неве, образо­вавшиеся таким образом кварталы делились на участки, раздаваемые жителям. Дома предписы­валось возводить вплотную друг к другу, «единою фасадою», а не в глубине двора, как было принято в России. Когда расположение домов и участков нарушалось, следовали грозные распоряжения царя. Улицы выпрямлялись, даже если это требовало сноса зданий.

Там, где в наши дни находится Зимний дворец, стоял только что отделанный трехэтажный дом адмирала Апраксина Ф.М. Это было одно из самых великолепных и роскошных сооружений города. За ним стояли дома других вельмож — генерал-прокурора Ягужинского П.И., вице-адмирала Корнелия Крюйса, а также Зимний дворец Петра, ничем не выделявшийся среди рядом стоявших зданий. Внутренняя отделка жилых комнат Зимнего дворца отра­жала характерную черту вкуса Петра — его любовь к маленьким покоям с низкими потолками. Зимний дворец был построен так, чтобы его высота не нарушала ан­самбля окружавших зданий.

Летний дворец Петра — обычный двухэтажный дом, построенный по типовому проекту для людей среднего достатка. Летний дворец располагался на берегу Невы в том месте, где берёт начало река Фонтанка. Внимание современников, осматривавших летнюю резиденцию Петра в столи­це, привлекал не сам дворец, а примыкавший к нему парк – «царский огород». Он всегда пользовался особым вниманием и попечением царя. Где бы Петр ни находился, он помнил о Летнем саде и не забывал давать распоряжения о его благоустройстве.

Будучи в Киеве в 1706 г., Петр отправляет в Пе­тербург луковицы белых лилий и велит, чтобы их  бережно укрывали. Послу в Голландии Куракину Б.И. царь поручает закупить 2000 лип. Петр пестовал Летний сад до конца жизни и в конечном счете достиг того, к чему стремился: парк с будто расчерченными на бумаге дорожкам, стриженными деревьями и кустарниками в форме кубов, пирамид и шаров, а также цветниками, многочисленными статуями, вазами, бюстами, фонтанами и прудами не уступал лучшим западноевропейским образцам паркового искусства. Такого парка Россия еще не знала.

Выше Летнего сада находилось здание, пользовавшееся в новой столице огромной популярностью как культурно-просветительское учреждение. Это первый в России музей — Кунсткамера и первая в стране публич­ная библиотека. Сбор редкостей за границей и внутри страны тоже был связан с инициативой Петра. Собирание монстров (уродов) и раритетов (редкостей) населением популяризировала газета «Ведомости». В Кунсткамере хранились также пушки старинного литья. Русскому послу в Голландии князю Куракину царь дважды предписывал покупать в европейских странах старинные пушки русского производства, захваченные шведами в предшествующих войнах.

С 1712 г. в новый столичный город постепенно переехали центральные правительственные учреждения (се­нат, приказы, заменённые в 1718 г. коллегиями), царская семья и двор, дипломатический корпус; сюда были переведены гвардейские полки и учебные заведения. Однако само заселение столицы шло с трудом: сказывались дороговизна и неустроенность жизни, «гиблый» климат тех мест. Поэтому в 1712 г. сенат предписал дворянам, список которых насчитывал более 1200 человек, переехать «на вечное житьё» на берега Невы.

Списки на принудительное переселение были составлены также для лиц купеческого сословия и ремесленников. В 1713 г. последовал указ «царедворцам и прочих чинов людям» строить в Петербурге дома. Точный экономический расчёт и пра­вительственные льготы купцам и ремесленникам постепенно сделали своё дело. К концу царство­вания Петра I население Петербурга составило около 40 тыс. человек, или восьмую часть всего городского населения России.

С перенесением столицы в Санкт-Петербург начиналась новая глава в истории его застройки. Особое внимание уделялось строительству част­ных домов. В 1714 г. Трезини разработал про­екты «образцовых» домов для состоятельных жи­телей. Возведение зданий по образцовым, ти­повым проектам — характерная особенность Пе­тербурга, определившая облик массовой застройки города.

Значение Петербурга было многогранным. Это, прежде всего, столица империи и резиденция царя и его семьи. Петербург, кроме того, крупнейший в стра­не торгово-промышленный центр и ее главный порт, обслуживавший огромную периферию. Петербург — средоточие градостроительных новшеств, город монументальных сооружений гражданского назначения. В столице империи были открыты первые в России научно-просветительные учреждения, здесь же действовало первое в стра­не высшее специальное учебное заведение — Морская академия.

Петербург постепенно становился культурным центром империи. Здесь были созданы новые школы, готовившие специалистов, ранее нанимавшихся за рубежом. К ним относились: Хирургическая школа, открытая при военном госпитале; Инженерная школа; Архитектурная школа; Карповская школа Феофана Прокоповича, готовив­шая из детей сирот и бедняков образованных священников.

Петербург превращался в центр книжного дела — там действовало четыре типографии, печа­тавшие наряду с текстами официального содержания учебники, календари, «Притчи Езоповы», переводные трактаты политического характера. Царевна Наталья Алексеевна, родная сестра царя, организовала в Петербурге театр и сама сочиняла для него пьесы. Петербург к концу царствования Петра становится центром научной мысли – там была создана Академия наук, являвшаяся тоже его детищем.

Ассамблеи, балы открывали новую форму общения людей, по мнению Петра, должны были служить школами светского воспитания. Но непринужденность в общении, неподдельное веселье установились далеко не сразу. Главное значение ассамблей состояло в том, что их введение положило конец затворнической жизни столичных женщин. Постепенно и русские дамы, еще недавно грубые и необразован­ные, так изменились к лучшему, что стали мало уступать немкам и француженкам в тонкости обраще­ния и светскости.