Переворот Петра I — один из решающих моментов в становлении негативных мифов о России. Не потому, что при нем и после него Россия все больше обращается в сторону Запада. Дело в том, что до Петра это делается совсем не так, как при Петре и при его преемниках. До Петра весь XVII век Русь заимствует технологии, технику, способы организации армии. В этот славный и сложный век русской истории закладывается почти все, что впоследствии приписывается Петру.

Создается военный флот. Торговые флоты были в России и до того. С XV века существует очень неплохой рыболовный и торговый флот поморов, который базируется в Холмогорах и в Архангельске (точнее, близ Михайло-Архангельского монастыря, положившего начало городу).

Кочи — российские суда, полностью отвечали всем требованиям, которые предъявлялись в Европе к океанскому кораблю: с килем, палубой, фальшбортом, одной-двумя мачтами, системой парусов. Эти суда могли выходить в открытый океан. Размерами кочи были не меньше каравелл, на которых Колумб открывал Америку, и уж точно больше суденышек Северной Европы — построенных в Швеции, Норвегии, Шотландии, Англии.

О качествах коча говорит хотя бы то, что на этих судах поморы регулярно ходили к архипелагу, который норвежцы назвали Шпицбергеном. У русских для этого архипелага, лежащего на 75-81 градусах северной широты, было свое название: Грумант. Плыли к нему около 2000 километров от Архангельска, из них 1000 километров по открытому океану, вдали от берега. «Ходить на Грумант» у холмогорских моряков было занятием почетным, но достаточно обычным.

Кочи были почти идеальными судами для мореплавания, рыболовства, добычи морского зверя в северных водах. Этот флот возник совершенно независимо от флотов других европейских держав и без малейшего заимствования у них.

Считается,что Ричард Ченслор в 1553 году «открыл» устье Северой Двины, Архангельск и Холмогоры. Виллем Баренц в 1595-97 годах «открыл» море, которое носит его имя, «открыл» Шпицберген и погиб, «открывая» Новую Землю.

Приходится брать в кавычки слово «открыл», потому что все эти острова, проливы и моря были давным-давно известны русским мореходам. Не говоря о том, что «открытие» Архангельска англичанами выглядит ничем не смешнее, чем «открытия» нами Лондона или Глазго. Если Ченслор «открыл» русское Поморье, то и русские «открыли» многие европейские земли. Первые следы пребывания русских на Груманте известны с X века. С XII-XIV веков они добираются до Новой Земли. С начала XV века русские моряки Севера регулярно плавали вдоль всего Мурманского побережья.

А. Строк «Фрегаты "Святой апостол Петр" и "Святой апостол Павел"»

А. Строк «Фрегаты «Святой апостол Петр» и «Святой апостол Павел»»

Огибая самую северную точку Европы, мыс Нордкап, они добрались до Норвегии и наладили с норвежцами торговлю. В 1480 году русские моряки первый раз попали в Англию — между прочим, за 70 лет до Ченслора. Они и потом посещали Англию неоднократно… Но, простите, кто кого открыл? Наверное, лучше и честнее всего учесть и признать все открытия. Все открывали всех, плавая по морям навстречу друг другу. Но ведь и в этом случае мы «открыли» британцев на 70 лет раньше, чем они нас.

Кочи предназначались для северных морей. Их корпус был устроен не так, как у судов, ходивших в незамерзающих морях: обводы судна в поперечном разрезе напоминали бочку. Форма изгиба рассчитывалась так, что если судно затирали льды, то эти же льды, стискивая борта судна, приподнимали его, выталкивали наверх. Течение продолжало толкать лед, льдины продолжали теснить и толкать друг друга, но судну это уже не было опасно.

Таким образом были рассчитаны обводы полярного судна «Фрам» («Вперед»), построенного по проекту Ф. Нансена. Нансен использовал национальный, норвежский вариант «северной каракки». Его расчет оправдался. «Фрам» в полярную зиму затерли льды, корпус его поднялся почти на полтора метра, и как ни бесновался лед, он не смог раздавить корпус судна.

Наши кочи были ничуть не хуже! А наш каспийский бус, плававший по Волге и Каспию? Кочи строили в Холмогорах и в других городках по Северной Двине. Каспийские бусы строили в нескольких местах по Волге и по Оке. России XVII века совершенно не были нужны никакие иностранные инструкторы, никакие мастера из Голландии, чтобы строить корабли.

Но во время своей поездки на Север Петр в 1691 году обнаружил «ужасную» вещь: дикари из Холмогор делали «неправильные» обводы судна! Не такие, как в Голландии! То ли Петр не слушал никаких объяснений, то ли никто не решился объяснить Петру, что так и нужно строить корабли для плаваний по ледовитым морям. Ведь голландский флот севернее Эдинбурга и Осло никогда не забирался. Он никогда не смог бы плавать в таких широтах и в такой ледовой обстановке, как кочи.

Специальным указом Петр повелел прекратить строительство всех «неправильных» кораблей и строить взамен только «правильные», с такими же обводами корпуса, как в Голландии. А каспийский флот?! Там тоже неправильные обводы судов. Сломать! При Петре по его прямому указу бросают гнить, а то и просто ломают прекрасные корабли, которым плавать и плавать, уничтожают два превосходных флота. Из сырого леса, наскоро начинают строить другие — под руководством иноземных специалистов.

Но когда построили новые суда, то оказалось, что мореходными качествами прежних кочей они не обладают. Петр строил фрегаты, но главную свою морскую победу (при Гангуте) одержал с помощью гребных галер. Обратите внимание на цвета флагов над русскими кораблями, изображёнными художником Строком. Россия, русское Поморье, навсегда потеряла свой приоритет в северных морях, свое «ноу-хау», позволявшее ей уверенно конкурировать с любыми иноземцами на Севере. А флот каспийских бусов так и не восстановили — ведь иностранцы никогда не умели строить такие большие и надежные «неправильные» суда.

Да, Петр I строил флот. Для Черного моря под Воронежем, для Балтики — во многих местах. Да, строил… Строил под чутким руководством иноземных мастеров, «разбазаривая на них валютные средства», игнорируя свой национальный опыт. И к тому же невероятно торопился. При таком подходе к делу ничего хорошего не получалось. Корабли строили не вольные мастера Холмогор, а согнанные «даточные люди», толком не понимавшие, что они делают и зачем.

Корабли сколачивались на скорую руку, без всякого соблюдения технологии. Большинство кораблей, построенных Петром, сколочены в ударно короткие сроки из сырого леса, черт-те из чего и представляли собой еле державшиеся на поверхности воды плавучие гробы. Это как если бы вместо поддержки отечественного автопрома вдруг решено было бы выпускать только «линкольны». И без всякого учета того, что «линкольны» не предназначены для наших дорог: на морозе у них стекла изнутри вообще-то покрываются коркой льда. Без всякого представления, что те же «мерседесы» для Швеции, Германии и Эмиратов — это три совершенно разные машины.

В общем, обычное для Петра отсутствие стратегического мышления и любовь к символам. Таким, как «самая блестящая из ошибок Петра», по словам Карамзина, — Петербург. Почему было не запланировать стратегически — взятие, скажем, Риги с ее портом, который в те гораздо более суровые в смысле климата времена на два месяца дольше был свободен ото льда? Выгнать из Риги немцев, а лучше их ассимилировать и закладывать новую столицу не на болоте, а считай, прямо в Европе… Почему этого Петр не сделал, хотя Ригу он все равно спустя несколько лет взял и столицу все рано из Москвы перенес, — загадка.

Такая же, как строительство флота под Воронежем силами никогда не видавших моря русских мужичков. Указы Петра уничтожили строительство русских кораблей. Построенный им флот уже при Анне Иоанновне, в 1730-е годы, не мог в боевом составе выйти из Финского залива. Флот большей частью пришлось создавать заново уже при Екатерине.

Из книги В. Мединский «Скелеты из шкафа русской истории», М., «Алма» торговый дом «Абрис», 2017, с. 13-18.

Как Вы думаете, почему Петр I не использовал опыт российского судостроительства?