После сокрушительного поражения, которое последовало в 1941 г., советское командование сумело реорганизовать свои ВВС и сделало все возможное, чтобы усилить истребительную авиации, придав ей статус важнейшей воздушной силы. Тяжелое военное и экономическое положение предполагало, что этот процесс будет происходить постепенно. Было очевидно, что авиачасти, оснащенные современными истребителями и лучше подготовленными летчиками, будут приданы для усиления сухопутных войск на направлениях главного удара, а части на устаревших типах самолетов, будут использоваться в менее активных секторах фронта.

Ярким контрастом такому положению дел стали события, развернувшиеся на Кубани летом 1942 г., когда русские летчики, сосредоточенные в отборных авиационных частях, оказали яростное сопротивление авиации Германии. Среди них находилась истребительная авиационная бригада ВМФ, которая выделялась хорошей работой штаба, упорством в нападении, выдающимися способностями и богатым опытом летного состава. Таким образом, именно на южном фланге фронта советские истребители, сосредоточив до двух третей своих сил, впервые достигли численного превосходства.

Уже весной 1942 г. истребительная авиация русских по своей численности превзошла немецкую. Реальной точкой перелома войны в воздухе, после которой советская истребительная авиация действительно стала бороться за превосходство в воздухе, можно считать сражение за Сталинград, где Люфтваффе понесли тяжелые потери и не смогли оказать эффективную помощь окруженной группировке своих войск из-за большой удаленность от баз снабжения. Победа в Сталинградской битве придала советским летчикам больше уверенности в своих силах, которую они потеряли в катастрофическом для себя 1941 г., а также дала возможность в какой-то мере восстановить дезорганизованную работу штабов и командования и пополнить свои части новой авиационной техникой.

Истребитель Як-1 полка «Нормандия - Неман»

Истребитель Як-1 полка «Нормандия — Неман»

На протяжении всего 1943 г. наблюдался устойчивый рост численности советской истребительной авиации, повышение тактической подготовки командных и штабных кадров и увеличение боеспособности истребительных частей. Поступление на фронт новых типов советских истребителей и самолетов, поставленных по ленд-лизу союзниками СССР, чье присутствие особенно ощущалось в районе Ленинграда, привело к значительному усилению потенциала советских ВВС.

Подполковник А.Е. Голубов, командир 18 гв. ИАП и его самолет - истребитель Як-7Б. Начало 1943 г.

Подполковник А.Е. Голубов, командир 18 гв. ИАП и его самолет — истребитель Як-7Б. Начало 1943 г.

К концу 1943 г. советскую истребительную авиацию уже нельзя было недооценивать. К началу сражения на Курской дуге немцы сосредоточили в этом районе все свои лучшие истребительные части. В ожесточенных воздушных схватках русские потеряли гораздо больше самолетов, чем немцы. Несмотря на то, что русская истребительная авиация имела значительно больше самолетов, она не смогла достичь превосходства в воздухе, которым в течение нескольких недель в этом секторе владели немцы. Непрерывные воздушные бои,в конце концов, привели к снижению активности немецкой авиации, и численное превосходство русских стало приносить свои плоды.

Истребитель ЛаГГ-3

Истребитель ЛаГГ-3

Однако следует учитывать тот факт, что усиление русской истребительной авиации происходило достаточно медленно, поэтому в течение 1942 г. немецкое превосходство в воздухе было неоспоримым. Высокие потери советской истребительной авиации в многочисленных наступательных операциях немецких войск за этот период не позволяли ей провести быструю реорганизацию и пополнение своих частей.

Истребители Ла-5Ф 303 ИАД на аэродроме в ходе битвы за Смоленск. 1943 г.

Истребители Ла-5Ф 303 ИАД на аэродроме в ходе битвы за Смоленск. 1943 г.

Весьма характерным оказалось высказывание русского летчика — старшего лейтенанта Петра Кулакова, который сбил девять немецких самолетов и сам часто покидал свою поврежденную машину с парашютом. 24 февраля 1942 г. он добровольно приземлился на одном из немецких аэродромов. Кулаков очень высоко оценивал пилотов Люфтваффе, но когда его спросили, есть ли шансы у Германии победить в этой войне, его ответ был краток: «Ни одного!».

Истребитель ЛаГГ-3 на лыжном шасси

Истребитель ЛаГГ-3 на лыжном шасси

Организационно практически все истребительные советские дивизии состояли только из истребительных полков, однако внутренний их состав позволял иметь на вооружении разные типы истребителей. В общем случае, в дивизию входили три авиационных полка, каждый из которых мог быть оснащен разными типами самолетов. Полк по своему составу был однороден, подразделялся на три эскадрильи и имел 30 боевых самолетов и один самолет связи. Персонал полка состоял из 34 офицеров летного состава, 130 специалистов-техников, обслуживающих самолеты, авиационное оборудование и наземную технику, и 15 военнослужащих других специальностей. Для работ на земле часто привлекались и женщины, которые работали оружейниками, укладчицами парашютов и т. д.

Авиационные части ночных истребителей, создание которых к лету 1943 г. активизировалось, передавались в истребительные дивизии системы противовоздушной обороны. Наряду с дивизиями, полками ночных истребителей и отдельными эскадрильями ПВО, имелись соответствующие запасные авиационные части, в которых велась подготовка летчиков для пополнения действующих истребительных частей ПВО. В случае необходимости запасные части привлекались для защиты воздушного пространства в районе своего дислоцирования.

Летчицы одного из истребительных авиаполков (слева направо): Л. Литвяк, Е. Буданова, М. Кузнецова

Летчицы одного из истребительных авиаполков (слева направо): Л. Литвяк, Е. Буданова, М. Кузнецова

Наблюдалась устойчивая тенденция перехода советской истребительной авиации от оборонительных действий к наступательным. До лета 1943 г. заходы русских истребителей в тыловые районы немцев были немногочисленными, но начиная с этого времени такие проникновения стали регулярными. Если раньше истребители вылетали на задание парами или четверками, то теперь нахождение в воздухе эскадрильи или даже большего формирования стало нормой. Управление истребителями с наземных пунктов значительно улучшилось.

По наблюдениям офицеров Люфтваффе действия русских истребителей стали систематическими и целесообразными, а деление авиачастей на фронтовые и ПВО сделало их более эффективными. Это было особенно заметно по отборным истребительным авиачастям, которые практически не уступали своим немецким противникам, что делало их чрезвычайно опасными. В 1943 г. на кубанском плацдарме русские истребители впервые применили специальный тактический прием, названный «кубанская этажерка», суть которого состоял в том, что советские истребители были распределены по разным высотам барражирования над полем боя.

Белл P-39 «Аэрокобра» перед отправкой в СССР. Буффало

Белл P-39 «Аэрокобра» перед отправкой в СССР. Буффало

В сравнении с 1941 г. полетный строй стал более управляемым. На подходе к району боя высота полета составляла обычно 1800-2500 м, что позволяло пилотам иметь достаточный запас высоты для маневренного боя и относительно эффективно использовать устаревшие самолеты первого года войны. Оборонительный круг как основной тактический прием защиты все еще активно применялся большинством истребительных авиачастей.

В объектив фотоаппарата попали сразу три самолета-истребителя разных типов (снизу вверх): МиГ-3, Як-9 и Як-7Б

В объектив фотоаппарата попали сразу три самолета-истребителя разных типов (снизу вверх): МиГ-3, Як-9 и Як-7Б

В отличие от рядовых истребительных авиачастей, элитные гвардейские полки, оснащенные союзническими самолетами, действовали более системно и устойчиво, подход к району боя был хорошо организован и распределен в пространстве. Пилотов этих полков отличала скрытность маневра, они были хорошо эшелонированы по высоте, что позволяло контролировать воздушную ситуацию и сводить к минимуму опасность быть внезапно атакованными. Тактика их боевых действий базировалась на четком выполнении правила «атака — защита»; после боя они быстро собирались в группу и уходили из района боя, придерживаясь того же построения, как и на подходе.

В течение 1943 г. русские летчики-истребители стали не только принимать вызов немецких пилотов, но и сами активно искали встречи с противником. Это говорило о серьезных изменениях после 1941 г. Отборные советские авиационные полки, взяв за основу тактику немцев и западных союзников, хорошо овладели приемами индивидуального боя. Одновременно немецкие пилоты отмечали, что воздушные бои становились все более жесткими.

В отличие от предыдущего года, в 1942-1943 гг. немецкие бомбардировочные части все чаще стали подвергаться нападению со стороны советских истребителей. Майор Бруннер — в годы войны летчик-бомбардировщик, вспоминая о своих встречах с советскими истребителями, говорил, что русские часто атаковали одновременно со всех сторон, пытаясь рассеять вначале истребители сопровождения. Затем они брались за бомбардировщики и, атакуя с хвоста, умело использовали «мертвое» для оборонительного огня пространство, которое было у Не-111. Атака под углом сзади и сверху была менее результативной, так как немецкие бомбардировщики смыкались в плотные боевые порядки и встречали истребители организованным сосредоточенным огнем.

В боях с немецкими пикирующими бомбардировщиками русские пилоты достигли определенного прогресса. Они все чаще перехватывали пикировщики на подходе к цели или на обратном пути, где последние были наиболее уязвимыми, так как в это время не прикрывались истребителями. Русские научились извлекать выгоду из работы усилившейся системы воздушного наблюдения и оповещения, а наземные командные пункты управления передавали по радио своим истребителям точную и ясную информацию.

Майор Мейер пишет, что в 1943 г. в районе Орла его штурмовой авиачасти противодействовали отборные русские истребители, которые были отчаянными сорвиголовами, хорошо обученными, превосходными летчиками, знающими слабые стороны немецких пикирующих бомбардировщиков. Их самолеты Як-9 имели мощный двигатель и были способны с хорошей скороподъемностью совершать атаки снизу. Они вели огонь изо всех стволов с небольших дистанций короткими очередями, стремясь в первую очередь сразить командиров групп (так, восемь из них погибли в течение всего одной недели).

В одном из боев Мейеру пришлось спасаться из горящей кабины своего самолета, который подбил настойчивый русский пилот. Сбросив фонарь кабины, летчик стал выбираться на крыло, но русский пилот продолжал вести огонь. Фонарь, подхваченный тугой струей воздуха, ударил прямо в двигатель русского самолета, тот загорелся и пошел на вынужденную посадку. Мейер раскрыл парашют и, оглядевшись, заметил, что на посадке русский самолет опрокинулся на спину. Приземлившись невдалеке от разбившегося противника, немецкий летчик бросился к самолету и увидел мертвого русского пилота, висящего на привязных ремнях. Мейера поразило, что это была женщина, без воинских знаков различия и парашюта.

Стратегические, тактические и боевые разведывательные полеты, которые предпринимала немецкая разведывательная авиация в 1942-1943 гг., проходили в условиях усиливающегося противодействия русских истребителей, и особенно в районах главного удара. Таким образом, разведывательные действия немцев в значительной степени были затруднены. Например, немецкие самолеты дальней разведки Ju- 88 засекались русскими радиолокаторами задолго до подхода к восточным портам Черного моря Поти и Батуми, после чего в воздух поднимались истребители-перехватчики. Поэтому относительно безопасные разведывательные полеты можно было совершать только под прикрытием облачности, а так как облака летом и осенью в данном регионе были достаточно редким явлением, то в течение многих недель разведка этих очень важных портов была чрезвычайно сложна.

Зимой 1943 г. в районе Орши русские применили новую тактику борьбы с немецкими разведывательными самолетами. Она заключалась в том, что над линией фронта они выстраивали четыре эшелона патрулирования, в каждом из которых были задействованы по четыре истребителя. Два верхних эшелона ходили курсом с севера на юг и обратно в противоположных направлениях относительно друг друга. Два нижних эшелона в том же порядке следовали с запада на восток и обратно. Всякий раз, когда нижние эшелоны сходились, верхние были в крайних точках своего маршрута — и наоборот. Таким образом достигалось взаимное прикрытие и надежная защита воздушного пространства.

До середины 1943 г. русское командование не придавало особого значения развитию ночной истребительной авиации, так как большинство их важных стратегических объектов находились в глубоком тылу вне зоны досягаемости немецких бомбардировщиков. Да и сами немцы предпочитали действовать в ночное время суток вблизи линии фронта, нанося удары по аэродромам, железнодорожным станциям и местам расквартирования войск, где встреча с ночными истребителями русских была маловероятной даже в ясные ночи.

Только летом 1943 г. Люфтваффе сконцентрировали свои силы для нанесения неожиданных бомбардировочных ударов по промышленным предприятиям Горького, Ярославля и Саратова, находившимся в зоне досягаемости. Русским пришлось в срочном порядке организовывать полки ночных истребителей для прикрытия этих стратегических центров. Такие части страдали полным отсутствием квалифицированных пилотов, которые имели совершенно недостаточный налет в ночное время суток и не владели тактикой ведения ночного воздушного боя.

Все эксперты отмечают, что советская истребительная авиация добилась заметных успехов в таком важном аспекте боевой работы, как прикрытие своих бомбардировщиков и штурмовиков во время выполнения боевых задач.

Если в 1942 г. русские истребители сопровождения выполняли свою работу откровенно слабо, то к лету 1943 г. их активность заметно возросла, действия стали более осмысленными и логичными. С осени 1943 г. штурмовики и бомбардировщики русских часто вылетали на задания большими группами до 80 самолетов под прикрытием большого количества истребителей, которые выполняли не только прямые эскортные задачи, но и расчищали воздушное пространство на пути следования к цели.

Советские истребители сопровождения настолько успешно научились выполнять свои задачи, что полковник Купфер, командующий немецкой фронтовой авиацией, в докладе, озвученном в сентябре 1943 г., назвал их действия образцовыми. Он также говорил, что даже когда немецкие штурмовики проходили под русскими бомбардировщиками, которые эскортировали истребители, последние не предпринимали против немцев никаких активных действий, так как не имели права покидать строй и оставлять бомбардировщики без прикрытия ни на секунду.

В 1942-1943 гг. советские самолеты-истребители совершили большой рывок в своем развитии. Современные самолеты, и особенно поставляемые союзниками, с которыми пришлось столкнуться немцам, были хорошо вооружены и оборудованы. В истребительной авиации использовались исключительно одномоторные машины, оснащенные пулеметами и одной или двумя пушками.

Офицеры Люфтваффе констатируют, что устаревшие типы самолетов И-153 и И-16 были сняты с вооружения уже в 1942 г. С этого времени немцы сталкивались только с новыми самолетами Як, МиГи ЛаГГ, а с 1943 г. и с самолетами «Харрикейн», «Спитфайр», «Томагавк», «Киттихок», «Аэрокобра» и даже с некоторыми модификациями «Лайтнингов», которые поставлялись в рамках ленд-лиза союзниками.

Среди советских самолетов наиболее совершенными считались Ла-5, Як-7 и Як-9, мало чем уступавшие немецким истребителям Bf109F и Bf 109G, а так же более совершенному Fw 190. Ла-5 имел меньший радиус виража и не уступал в горизонтальной скорости немецким истребителям, имевшим преимущество только в скорости пикирования. ЛаГГ-3 и Як-9 по своим характеристикам и вооружению также были близки Bf 109 и наравне с Ла-5 являлись самыми популярными самолетами-истребителями среди советских летчиков. МиГ-3 не выдержал конкуренции и постепенно был снят с вооружения. Скорость и скороподъемность союзнических истребителей были несколько ниже, чем у Bf 109 и Fw 190, хотя и здесь наблюдались определенные различия в зависимости от типа. Согласно немецким данным, МиГ-3, ЛаГГ-3, Ла-5, «Спитфайр», Пе-2 и Пе-ЗБС эксплуатировались русскими в качестве ночных истребителей.

В вооружении самолетов-истребителей также был достигнут значительный прогресс: 7,62-мм пулеметы были заменены 12,7-мм; значительно увеличилось количество истребителей, оснащенных 20-мм пушками, а Як-9 иногда имели даже 37-мм пушки. Качество и мощность взрывчатых веществ, которыми снаряжались авиационные снаряды, было достаточно высоким, что вызывало у немецких летчиков закономерное опасение.

Таким образом, немецкие специалисты отмечали значительное усиление советской истребительной авиации как в количественном, так и в качественном отношении; по своим характеристикам русские истребители практически сравнялись с немецкими; увеличились поставки союзнических истребителей; вооружение самолетов решительным образом было усилено; однако бортовое оборудование осталось на достаточно низком уровне.

Основные выводы

Оценка русской истребительной авиации, основанная на опыте и наблюдениях немецких экспертов в 1942-1943 гг., может выглядеть следующим образом.

1. Советская истребительная авиация после трагического первого года войны медленно, но верно восстановила свои силы. Увеличилась боевая практика и опыт летного персонала, возрос количественный состав самолетного парка. К концу 1943 г. немцы понесли значительные потери и уже не имели заметного превосходства в воздухе. Советская сторона получила превосходство в воздухе с лета 1944 г.

2. Индивидуальное мастерство советских летчиков, органически взаимосвязанное с их менталитетом, все еще значительно отставало от выучки их немецких противников. Однако успехи, которых они достигли в воздушных боях, а также поступление на вооружение современных типов истребителей прибавило им уверенности в своих силах. Постепенно они стали избавляться от чувства неполноценности и, как следствие, у них появилось большое количество хороших летчиков и командиров низшего звена.

3. Советские истребители постепенно отказывались от оборонительной тактики. По-прежнему они действовали главным образом в интересах наземных войск и концентрировались вблизи линии фронта на направлении главного удара. Они боролись с немецкими истребителями, бомбардировщиками и штурмовиками; сопровождали на боевые задания свои тяжелые самолеты; иногда действовали в качестве истребителей-бомбардировщиков.

4. Ночные истребители русских в период 1942-1943 гг. ничем себя не проявили и были крайне малочисленными; пилоты этих самолетов — слабо подготовлены, а самолеты не имели соответствующего ночного оборудования.

5. Взаимодействие истребителей с другими родами авиации значительно усилилось. В 1943 г. истребители достаточно эффективно защищали свои бомбардировщики и штурмовики.

6. Прикрытие воздушного пространства над позициями своих наземных войск выступало одной из главных задач советских истребителей. Их редко использовали для штурмовок немецких войск.

7. В 1942-1943 гг. на вооружение советской истребительной авиации стали поступать новые самолеты, которые мало чем уступали немецким. Большую помощь оказывали союзники, поставляя в Россию большое количество современных истребителей. Вооружение русских истребителей стало более мощным и эффективным. Однако бортовое оборудование не отвечало современным требованиям.

Статья написана по материалам книги В. Швабедиссен «Сталинские соколы». Анализ действий советской авиации 1941-1945 гг.», Минск, «Харвест», 2001, с. 158-187.