Всеволод Фёдорович Руднев (19.09.1855-7.07.1913), представитель небогатого, но древнего тульского дворянского рода, потомственный морской офицер, предки которого служили Отечеству под Андреевским флагом более 200 лет. Военно-морская династия началась с матроса Семёна Руднева, отличившегося в 1696 г. под Азовом и получившего офицерский чин. Всеволод Фёдорович стал военным моряком уже в пятом поколении. Его отец давал ему наставления о военно-морской службе: «Не склоняй голову перед врагом, покуда она у тебя цела… Не посрами наш род. Трусов и предателей среди Рудневых не было».

Командир легендарного крейсера Всеволод Федорович Руднев родился 19 августа 1855 г. в крепости Дюнамюнде (ныне — Даугавгрива, один из районов столицы Латвии, Риги), в семье капитана 2-го ранга Федора Николаевича Руднева. После окончания гимназии Всеволод поступил в Морское училище, по окончании которого получил звание гардемарина, а в 1877-м — первый офицерский чин, мичмана.

Дальнейшая служба Руднева В.Ф. проходила на Балтике, на крейсерах «Африка» и «Адмирал Корнилов», миноносце «Котлин», эскадренных броненосцах «Гангут» и «Император Николай I». В 1895 г. капитан 2-го ранга Руднев получает под команду свой первый корабль — броненосец береговой обороны «Адмирал Грейг». Затем он командовал миноносцем «Выборг», канонерской лодкой «Гремящий», броненосцем береговой обороны «Чародейка». В декабре 1901 г. офицер получил чин капитана 1-го ранга, а через год — приказ о назначении командиром нового крейсера, «Варяг».

Командир крейсера "Варяг" В.Ф. Руднев

Командир крейсера «Варяг» В.Ф. Руднев

В октябре 1899 г., в Филадельфии, со стапелей известного судостроительного завода «В. Крэмп и сыновья» был спущен на воду крейсер 1 ранга «Варяг», построенный по заказу русского правительства. Думал ли кто-нибудь тогда, что этот стройный, с красивыми обводами корабль пять лет спустя после своего рождения прославится на весь мир и станет символом стойкости и мужества моряков русского Военно-Морского Флота? По тому времени «Варяг» был не только красавцем, как поется в песне, а и одним из сильнейших и быстроходных кораблей в своем классе.

Бронепалубный крейсер водоизмещением 6604 тонны был оснащен 12-ю 152-миллиметровыми, 12-ю 175-миллиметровыми, 8-ю 47-миллиметровыми, 2-мя 37-миллиметровыми и 2-мя 64-миллиметровыми орудиями, двумя пулеметами, 6 торпедными аппаратами, нес 35 мин заграждения. Команда «Варяга» состояла из 20 офицеров и 550 нижних чинов. Две паровые машины по 10 тысяч лошадиных сил давали возможность развивать ход до 23-24 узлов. Ранней весной 1901 года «Варяг» отправился в Россию и в мае того же года прибыл в Кронштадт. Экипаж крейсера приветствовал главный командир порта Степан Осипович Макаров. Но недолго был «Варяг» на Балтике — он был записан в Тихоокеанскую эскадру. Пять месяцев длился тяжелый переход. Преодолев Атлантический, Индийский, Тихий океаны и несколько море «Варяг» прибыл на Дальний Восток и в Порт-Артуре присоединился к эскадре. В декабре 1902 года командиром «Варяга» был назначен капитан 1 ранга Всеволод Федорович Руднев.

Командир крейсера «Варяг» капитан I ранга Всеволод Фёдорович Руднев с недоумением перечитывал только что полученное от командующего Тихоокеан­ской эскадрой вице-адмирала Старка предписание: идти в маленький корейский порт Чемульпо — (ныне — Инчхон). «Непонятно, — думал он, — почему новый мощный крейсер нужно отрывать от порт-артурской эскадры? И в такое время…» А время действи­тельно было сложное. Корабль должен был исполнять обязанности «стационера». Так назывались военные корабли, во время долговременной стоянки охранявшие служащих русской дипломатической миссии.

В конце XIX века усилилось русское влияние в Китае и Корее. Это не нрави­лось японцам. Россия мешала развивающейся японской империи нападать на Ки­тай. Англия и Соединенные Штаты Америки подстрекали Японию к войне с Рос­сией, и Япония тайно к ней готовилась. Русское правительство путём дипломати­ческих переговоров пыталось предотвратить войну, но сделать это не удалось.

В Чемульпо кроме «Варяга» пришла ещё канонерская лодка «Кореец», кото­рой командовал капитан II ранга Григорий Павлович Беляев. Командиры пре­красно понимали всю тревожность обстановки. Они видели, как подходят и раз­гружаются японские транспорты, высаживая войска и артиллерию. Когда русские матросы появлялись в японских кварталах, за каждым их шагом следили, относи­лись к ним явно враждебно, а иногда даже и нападали из-за угла.

Препятствовать высадке японских войск русское правительство запретило. Ведь война не была ещё объявлена, а к ней Россия вовсе не была подготовлена. Потому и тянули, старались сделать вид, что всё в порядке, надеясь, авось обойдётся. «Что я могу сделать? — тревожно говорил Руднев своему штурману, лей­тенанту Беренсу. — Я не раз пытался убедить нашего посланника в том, что воен­ные действия начнутся с минуты на минуту. Но он мне не верит…»

Крейсер "Варяг" идёт в бой у Чемульпо, 27 января 1904 г.

Крейсер «Варяг» идёт в бой у Чемульпо, 27 января 1904 г.

Чтобы выйти с рейда Чемульпо, надо было пройти узким фарватером около сорока миль между островами. Полу­чалась настоящая ловушка. Кроме русских судов в Чемульпо стояли ещё два анг­лийских крейсера, итальянский, два французских, американский и немецкий ко­рабли, а также японский крейсер «Чиода». Командир «Чиоды» Мураками усилен­но заверял Руднева в дружбе и уважении японцев к русским. Он боялся, чтобы «Варяг» не ушёл из Чемульпо… Конечно, Руднев понимал, что Мураками хочет его обмануть.

Через несколько дней крейсер «Чиода», который стоял в глубине рейда, вдруг перешёл поближе к выходу в море, а затем потихоньку ушёл совсем. А в Токио уже было принято решение атаковать русские корабли в Порт-Артуре и в Чемульпо и высадить десант в Корею, причём сделать это до объявления войны. Объявлять войну заранее японцы считали «совершенно непонятным, глупым европейским обычаем», как писал в дневнике один из японских офицеров.

Вскоре японские крейсера и миноносцы вошли на рейд Чемульпо, окружили русские корабли и на­правили на них орудия. Опасение Руднева сбылось. «Варяг» оказался в ловушке. Руднев поехал к командиру английского крейсера, но ничего не добился. Ведь у Англии был тайный договор с Японией и вторжение в Корею было сделано с ве­дома британского правительства. Японская эскадра высадила десант и ушла.

Гибель крейсера "Варяг"

Гибель крейсера «Варяг»

27 января 1904 г. внезапным напа­дением японского флота на русскую эскадру в Порт-Артуре началась рус­ско-японская война. Она была несправедливой и захватнической. Японский контр-адмирал Сотокити Уриу прислал Рудневу ультиматум, он предлагал русским кораблям немед­ленно покинуть Чемульпо. «В противном случае, — писал Уриу, — я буду обязан открыть против вас огонь в порту».

Момент взрыва канонерской лодки "Кореец" (уникальный снимок)

Момент взрыва канонерской лодки «Кореец» (уникальный снимок)

Первый же день войны ознаменовался бессмертным подвигом экипажа крейсера «Варяг», во главе со своим командиром капитаном первого ранга Рудневым В.Ф. Верный последователь замечательных русских флотоводцев Ушакова и Нахимова, он повседневно учил своих офицеров быть как можно ближе к матросам. Матросы с уважением относились к своим командиром, верили им. Самой главной силой крейсера «Варяг» был его экипаж. «Безусловно, мы идём на прорыв и вступим в бой с эскадрой, как бы она сильна ни была. Никаких вопросов о сдаче не может быть – мы не сдадим ни кораблей, ни самих себя и будем сражаться до последней возможности и до последней капли крови. Исполняйте каждый обязанности точно, спокойно, не торопясь, особенно комендоры, помня, что каждый снаряд должен нанести вред неприятелю», — произнёс Руднев, обращаясь к личному составу «Варяга».

«Надо идти на прорыв, чтобы присоединить­ся к основным силам флота в Порт-Артуре, и принять бой вне рейда, — сказал Руднев своим офицерам, собрав их на совещание, — Здесь слишком тесно, и мы не можем манев­рировать». После совещания Руднев обратился к матросам. Он объяснил им положение и сказал, что придётся биться до последней капли крови. «Если прорыв не удастся, мы потопим крейсер, — сказал боевой ко­мандир. — Русские моряки не сдаются». Экипаж единодушно поддержал своего капитана. На мачтах «Варяга» и «Корейца» взвились боевые флаги.

Памятник В. Рудневу в Туле

Памятник В. Рудневу в Туле

14 япон­ских кораблей получили приказ за­хватить и уничтожить русские суда. Положение было безнадежным. На горизонте у острова Иодольми уже дымили трубы японских кораблей. Один только японский крейсер «Асама» по мощи артиллерии в четыре раза превосходил «Варяга»!

В 11 часов 20 минут 27 января «Варяг» и следующий за ним в кильватере «Кореец» дви­нулись в путь. Матросы всех иностранных кораблей, мимо которых они проходили, посылали им прощальные приветы, а на итальянском крейсере оркестр играл рус­ский гимн. Все знали, что в это тихое утро русские идут почти на верную гибель, и восхищались их храбростью. Полным ходом русские корабли пошли в от­крытое море на сближение с япон­ской эскадрой.

А японская эскадра уже ждала героев. «Это будет хороший подарок императору! — сказал контр-адми­рал Уриу, наблюдая в бинокль за приближавшимся «Варягом». — Сегодня наш флот пополнится прекрасным крейсером!» На японском крейсере «Нанива» взвился сигнал: «Предлагаем сдаться без боя». В ответ на предложе­ние сдаться русские моряки открыли огонь.

Начался тяжелый, неравный бой. Вдвоем против целой эскадры, под градом снарядов упорно шли вперед русские корабли. Каждый матрос, каждый офицер чувствовал, что палуба под их ногами — это часть России, часть Родины, которую невозможно предать или посрамить. Обливаясь кровью, не покидали своих мест раненые. С последним стоном падали убитые, в разных местах вспыхивали по­жары, но орудия «Варяга» по-прежнему били по врагу. Не на жизнь, а на смерть бились русские моряки. Мысль о сдаче никому даже в голову не приходила. Раненый Руднев не покидал мостика.

В 45-минутном бою русские моряки проявили чудеса храбрости. Вот метким выстрелом старшего комендора Федора Елизарова разрушен кормовой мостик «Асамы». Из друго­го орудия снаряд за снарядом выпу­скает старший комендор Кузьма Хватков, у него бледное лицо, горящие глаза: несколько дней назад Хватков перенес операцию и теперь пришел к своему орудию прямо с больничной койки. Досталось и другому японскому крейсеру «Такачихо».

Но силы были слишком неравными, дым застилает глаза, шквальный огонь обрушивается на людей. Вражеские снаряды пробивают борт «Варяга». Рискуя жизнью, кочегары Жигарев и Журавлев влезают в отсек и закрыва­ют горловины, прекращая доступ хлынувшим потокам воды. Канонир Зи­новьев заменяет сбитый вражеским снарядом флаг на мачте объятого пла­менем «Варяга». На «Варяге» бушевали пожары. Матросы под руководством старшего штурмана Беренса быстро тушили их. Корабль получил несколько подводных пробоин. Аварийные партии быстро подводили пластыри, откачивали воду за борт. Бой продолжался. «Варягу» становилось все труднее и труднее…

От русских снарядов загораются два крейсера, а один из японских ми­ноносцев уже потоплен. Всего артиллеристы «Варяга» выпустили 1105 снарядов. Однако продолжать неравный бой бессмысленно — «Варяг» получил серьезные по­вреждения, почти все орудия выбыли из строя, 31 человек погиб (мичман граф Алексей Нирод и 30 матросов), 6 офицеров и 85 матросов было ранено. Сильный пожар, пробоины, повреждение рулевого устройства и других частей судна помешали «Варягу» продолжать сражаться. «Варяг» получил 4 пробоины ниже ватерлинии. Непобежденными русские суда возвратились в Че­мульпо, чтобы попробовать исправить повреждения, прежде чем вступить в новый бой. Но их исправить оказалось невозможно.

В ходе боя Руднев В.Ф. убедился в том, что вырваться из ловушки, которой для русских кораблей стал Чемульпо, невозможно. В 13.15 израненный «Варяг» вернулся на место прежней стоянки. К крейсеру немедленно устремились шлюпки с врачами. Чтобы крейсер не до­стался японцам, нужно его взорвать. По морскому уставу, утвердить такую последнюю крайнюю меру мог только совет офицеров… В тяжёлом молчании смотрели офицеры на потемневшее от горя лицо коман­дира. Взорвать «Варяг»! Погубить дорогой всем корабль, второй дом для каждого моряка… Как решиться на такое? Но ведь отдать крейсер врагу ещё страшнее! Это уже было бы предательством.

И офицеры единодушно согласились. Не возражали и офицеры «Корейца». Однако взрыв мог оказаться опасным для стоявших вокруг иностранных судов. Поэтому можно было только затопить «Варяг». По приказу Руднева моряки открыли кингстоны (клапаны в подводной части суд­на), и корабль медленно стал погружаться в мор­скую пучину. В 18 часов 10 минут «Варяг» скрылся под водой. Героический экипаж корабля до конца выполнил свой долг перед Родиной…

Одновременно раздался оглушительный взрыв — это экипаж «Ко­рейца» взорвал свою лод­ку… Французские, английские и итальянские шлюпки подошли к обречённому крейсеру, чтобы забрать оставшихся в живых. Только американский командир Мар­шалл отказался принять русских моряков… Последним, поцеловав поручни и сказав: «Прощай, «Варяг»! — в шлюпку спустился Руднев.

Крейсер медленно погружался. Японскому контр-адмиралу так и не удалось подарить своему императору пленённый «Варяг»… Героизм русских моряков вызвал огромный отклик в российском обществе. Из письма от 31 января 1904 г. княжны Софьи Васильчиковой жениху, мичману князю Александру Щербатову: «Сегодня меня так потрясла история с «Варягом» — как он выступил в бой один против пяти японских броненосцев и, получив массу пробоин, спустил в шлюпках оставшуюся в живых команду (кажется, очень многие погибли) — французский крейсер их подобрал, а сам «Варяг» с командиром на мостике взорвал себя. Просто сердце обливается кровью! Каково Ниродам, у которых сын был на «Варяге», и теперь от него ни слуху ни духу. Господи! Сколько еще прибавилось несчастных и убитых горем людей!»

Когда оставшиеся в живых моряки с «Варяга» и «Корейца» прибыли в Одессу, триумфальные ворота высились на площади перед Приморской лестницей. Гре­мели артиллерийские салюты, далеко разносилось «ура», и тысячи встречающих осыпали цветами героев-моряков. Им торжественно вручили георгиевские кресты, в честь их легендарного подвига была выбита особая медаль с изображением обоих кораблей. А в память тех, кто не вернулся, на морском кладбище Владивосто­ка вырос пятиметровый обелиск из серого гранита, увенчанный Георгиевским крестом. Беспрецедентным стало массовое награждение экипажа — все офицеры «Варяга» получили ордена Святого Георгия IV степени, а все матросы — Знак отличия Военного ордена.

Уже в советские времена 9 февраля 1954 г. главнокомандующий ВМФ Советского Союза адми­рал Кузнецов Н.Г. в ознаменование 50-летия со дня героического подвига русских моряков, наградил 15 героев Чемульпо, доживших до этого дня, меда­лями «За отвагу».

Самому же крейсеру «Варяг» оказалась суждена вторая жизнь. Японцы подняли его со дна, отремонтировали и ввели в строй под названием «Сойя». В 1915 г. корабль был продан России, где получил прежнее название — «Варяг». Однако два года спустя легендарный крейсер был продан на слом в Великобританию и погиб во время шторма у берегов Ирландии. Сейчас это место отмечено памятным знаком… Имя «Варяг» стало одним из почетнейших наименований в русском военно-морском флоте — с 1996 г. его носит флагманский ракетный крейсер Тихоокеанского флота.

В 1905 г. Руднев В.Ф. вышел в отставку с производством в чин контр-адмирала. Последние годы жизни герой провел в усадьбы Мышенки Алексинского уезда Тульской губернии. В 1907 г. японцы прислали Рудневу В.Ф. орден Восходящего Солнца — он принял его, но никогда не носил. 7 июля 1913 г. командир «Варяга» скончался в возрасте 57 лет и был похоронен около храма Казанской Божьей Матери в тульском селе Савино.

Память об участниках героического боя «Варяга» свято хранится в России. В 1956 г. в Туле был открыт памятник Рудневу В.Ф., в 2004-м, к столетию со дня боя при Чемульпо, появился музей командира «Варяга». Имя Руднева В.Ф. носят улица во Владивостоке и переулок в Липецке. Главный памятник «Варягу» и его героям — это, конечно, песня, давно уже ставшая народной. Не было и нет в России человека, который не знал бы этих гордых строк:
Наверх вы, товарищи, все по местам!
Последний парад наступает:
Врагу не сдается наш гордый «Варяг»,
Пощады никто не желает…