В июне 1940  г. немцы начали переброску 30 дивизий с За­падного фронта на восток, приступая к конкретным действиям по подготовке войны с СССР. К началу 1941 г. планировалось сосредоточить на границе с Советским Союзом около 150 диви­зий. Одновременно немецкий генералитет начал детальную проработ­ку оперативно-стратегических планов вторжения на территорию Советского Союза. В этой работе принимал участие руководящий состав управлений всех видов вооруженных сил Германии.

К разра­ботке предложений по разгрому Красной Армии были привлечены: от военно-морского флота — адмирал Редер, от сухопутных войск — генерал Эрих Маркс, от верховного командования — подполковник Лосберг. В работе по подготовке вариантов нападения и последова­тельности проведения военных операций на территории Советского Союза принимали участие и многие другие генералы вермахта, по­сле войны отрицавшие свое участие в подготовке похода на восток. Гитлер лично контролировал разработку вариантов планов нападе­ния на СССР и требовал обеспечить возможность завершения воен­ных действий в кратчайшие сроки. Их затягивание еще до начала войны он приравнивал к поражению.

5 декабря 1940 г. немецкое верховное командование — Гальдер, Браухич, Кейтель и Йодль — доложило Гитлеру план предстоящих боевых действий на востоке. Разработанный на основе этого докла­да план «Барбаросса» (назван именем императора Фридриха I Барбаросса, который погиб в XII в. во время крестового похода) — директива № 21, — был утвержден 18 декабря  1940 г. Он предусматривал: «Германские вооруженные силы долж­ны быть готовы разбить Советскую Россию в ходе кратковременной кампании еще до того, как будет закончена война против Англии. Решающее значение должно быть придано тому, чтобы наши на­мерения напасть не были распознаны.

Основные силы русских сухопутных войск, находящиеся в за­падной России, должны быть уничтожены в смелых операциях по­средством глубокого, быстрого выдвижения танковых клиньев. От­ступление боеспособных войск противника на широкие просторы русской территории должно быть предотвращено.

Первоочередные цели, поставленные перед немецкими войсками при вторжении на территорию СССР: Ленинград, Москва, Киев

Первоочередные цели, поставленные перед немецкими войсками при вторжении на территорию СССР: Ленинград, Москва, Киев

Конечной целью операции является создание заградительного барьера против азиатской России по общей линии Волга — Архан­гельск. Таким образом, в случае необходимости последний индуст­риальный район, остающийся у русских на Урале, можно будет па­рализовать с помощью авиации.

Эффективные действия русских военно-воздушных сил должны быть предотвращены нашими мощными ударами уже в самом нача­ле операции. Театр военных действий разделяется Припятскими болотами на северную и южную части. Направление главного удара должно быть подготовлено севернее Припятских болот. Здесь следует со­средоточить две группы армий.

Южная из этих групп, являющаяся центром общего фронта, име­ет задачу наступать особо сильными танковыми и моторизованны­ми соединениями из района Варшавы и севернее ее и разбить силы противника в Белоруссии. Таким образом, будут созданы предпо­сылки для поворота мощных частей подвижных войск на север, с тем, чтобы во взаимодействии с северной группой армий, насту­пающей из Восточной Пруссии в общем направлении на Ленинград, уничтожить силы противника, действующие в Прибалтике. Лишь после выполнения этой неотложной задачи, за которой должен по­следовать захват Ленинграда и Кронштадта, следует приступить к операциям по взятию Москвы — важного центра коммуникации и военной промышленности.

И только неожиданно быстрый развал русского сопротивления мог бы оправдать постановку и выполнение этих обеих задач одно­временно. По окончании сражений южнее и севернее Припятских болот в ходе преследования следует обеспечить выполнение следующих задач: на юге своевременно занять важный в военном и экономическом отношении Донецкий бассейн; на севере — быстро выйти к Москве. Захват этого города означает как в политическом, так и в экономическом отношениях решающий успех, не говоря уже о том, что русские лишатся важнейшего желез­нодорожного узла». (Гальдер Ф. «Военный дневник: 1941 год. Ежедневные записи начальника Генерального штаба сухопутных войск Германии»,  Смоленск, 2006 г., с. 886-889.).

План «Барбаросса» был военно-стратегическим воплощением идей Гитлера, изложенных в его «Майн кампф»: это громадное государство на востоке созрело для гибели и должно быть порабощено «Великой Германией».

В директиве штаба оперативного руководства № 44125/41 от 13 марта 1941 г. уточнялась конечная цель военных операций: «Занимаемая в ходе военных действий русская территория долж­на быть, как только позволит обстановка, разделена согласно специ­альным указаниям на отдельные государства с самостоятельными правительствами». (Там же).

Согласно этому же документу, все ресурсы поверженной России должны быть использованы в интересах Германии. Эта директива подчеркивала особую роль частей СС в ходе военных операций и в де­ле усмирения оккупированных областей. Начальник отдела колонизации имперского министерства оккупи­рованных восточных областей Ветцель уже в ходе войны видел зада­чи Германии еще более конкретно: «Речь идет не только о разгроме государства с центром в Москве… Дело заключается, скорее всего, в том, чтобы разгромить русских как народ, разобщить их».

И еще: «Разделение территории, населяе­мой русскими, на различные политические районы с собственными органами управления, чтобы обеспечить в каждом из них обособ­ленное национальное развитие… Важно, чтобы на русской террито­рии население в своем большинстве состояло из людей примитив­ного полуевропейского типа». При этом планировалось «…доведе­ние рождаемости русских до более низкого уровня, чем у немцев».

Используя результаты своих агрессивных завоеваний в Европе, Германия подключила к подготовке войны с Советским Союзом промышленность всех покоренных ею стран. Это позволило Гитлеру резко ускорить выпуск новых видов вооружений, а людские ре­сурсы, включая подконтрольные территории, составлявшие вместе с Германией 290 миллионов человек, бросить на подготовку к войне на востоке и даже к участию в ней.

Военный союз фашистских государств, вначале включавший Германию, Италию и Японию, после завершения военных действий в Европе был расширен за счет Венгрии, Румынии, Словакии, Бол­гарии и Финляндии. К июню 1941 г. общая численность вооруженных сил фашист­ской Германии составляла 8,5 млн. человек.

Из 214 дивизий, которыми располагал вермахт, на границе Со­ветского Союза было сосредоточено вместе с войсками Италии и Румынии 190 дивизий. В них насчитывалась 5 млн. чело­век. На их вооружении состояло 4300 танков и штурмовых ору­дий, около 5000 самолетов. (По немецким данным, 3680 танков и 1830 самолетов соответственно.)

Силы Германии были развернуты на границе Советского Союза эшелонами, в первом из которых было до 100 дивизий. В процессе подготовки к нападению немцами было обеспечено превосходство по численности в 1,5-2 раза и многократно на основных направле­ниях танковых ударов. Путем дезинформации и по ряду других причин немцам удавалось обеспечить внезапность нападения.

Против Прибалтийского особого военного округа была сосре­доточена группа армий «Север» под командованием генерал-фельдмаршала Лееба в составе 16-й и 18-й армий и 441-й танко­вой группы генерал-полковника Гепнера. Им противостояли 8-я и 11-я армии советских войск, в составе которых было 30 дивизий и 8 танковых бригад.

Против Западного особого военного округа были выдвинуты вой­ска группы армий «Центр» под командованием генерал-фельдмарша­ла фон Бока в составе 94-й и 4-й армий и двух танковых групп — 3-й под началом генерал-полковника Гота и 2-й под началом генерал-пол­ковника Гудериана. На нашей стороне размещались 3-я, 10-я и 4-я ар­мии, в составе которых было 45 дивизий и 15 танковых бригад.

На Киевский особый военный округ были нацелены войска гене­рал-фельдмаршала Рундштедта в составе 6-й и 17-й армий и 1-й тан­ковой группы генерал-полковника Клейста. Против них на территории Украины находились 5-я, 6-я, 12-я и 26-я армии, включавшие 64 дивизии и 14 танковых бригад. Основной удар противник предполагал нанести в центре советской обороны, в то время как руководство Красной Армии ожидало его на юго-западном направлении.

Ввиду важности вопроса о направлениях главных ударов немецких войск, предусмотренных в их планах на проведение Восточной кампании в Советском Союзе, следует подробнее остановиться на формировании конкретных стратегических решений немецкого командования. Изначально Генеральный штаб немецких сухопутных войск вермахта предлагал запланировать наступление основных подвижных группировок немецко-фашистских войск на Москву.

Однако Гитлер считал, что до этого европейскую часть Советского Союза следует взять в «экономические клещи», лишив советскую экономику до­ступа к портам Балтики и к источникам нефти на Кавказе. По на­стоянию Гитлера на этом акцентировалось внимание в проекте «Барбаросса», отдавались предпочтения наступлению на Ленинград и в сторону Украины и Кавказа.

Однако в реализацию такого плана действий внесла коррективы ситуация, сложившаяся на Балканах. Возникла задержка в планах нападения Германии на Советский Союз, вызванная необходимо­стью подавления сопротивления Югославии немецкой оккупации в апреле 1941 г. Боевые действия немецких войск в Югославии привели к отсрочке реализации плана «Барбаросса» на месяц и бо­лее относительно ранее предусмотренного времени начала вторже­ния в Советский Союз.

В окончательном варианте плана «Барбаросса», скорректирован­ного главнокомандованием немецких сухопутных сил, задачу захва­та Москвы вновь предлагалось решать после захвата Ленинграда. Несмотря на это на исходных позициях сил вторжения на германо-советской границе основные танковые группировки были сконцент­рированы на центральном, московском направлении.

Это обстоятельство в конечном счете и привело к тому, что с первых шагов немецкого вермахта по земле Советского Союза основные силы гитлеровской Германии в ходе приграничных сражений, в боях под Минском и в сражении за Смоленск прорывались к Москве.

Реальная расстановка сил немецко-фашистских войск на Восточном фронте с концентрацией основных танковых дивизий на центральном направлении на Москву не выпячивалась представителями генералитета немецких сухопутных сил в беседах с Гитлером и на совещаниях по обсуждению плана «Барбаросса».  Браухич и Гальдер считали вопреки настояниям Гитлера,  что основной целью предстоящей кампании является взятие Москвы, хотя и были вынуждены подчиниться указаниям фюрера и действовать в соответствии с директивой № 21.

Вразрез с основным положением плана «Барбаросса» (сначала Ленинград затем Москва) генерал-полковник Гудериан вплоть до двадцатых чисел августа 1941 г. считал, что его 2-я танковая группа идёт на Москву. Аналогичным военным порывом были охвачены сол­даты и офицеры 3-й танковой группы. По свидетельству Германа Гота, «… в 3-й танковой группе все стремились поскорее оказаться на пути к Москве» (Гот Г. «Танковые операции», М., 1961 г., с 58.). Командование 3-й танковой группы не было ознакомлено руководством сухопутных войск в полном объеме с основными поло­жениями плана «Барбаросса».

По указанию Гитлера до войск доводи­лись только приказы относительно боевых действий на ближайшее будущее. Поэтому командование 3-й танковой группы не было инфор­мировано о возможном повороте танковых дивизий группы в сторону Ленинграда, как это было предусмотрено директивой № 21.

Как выяснилось впоследствии, привлеченных к вторжению в Со­ветский Союз немецко-фашистских войск было недостаточно для преодоления героического сопротивления Красной Армии, как при штурме Ленинграда, так и для взятия Киева. Существенных практи­ческих результатов в ходе боевых действий удалось добиться толь­ко группе армий «Центр», наступавшей на Москву. Выход основных сил группы армий «Центр» к Смоленску и Ельне подготовил базу для завершающего броска на столицу Советского Союза.

Поэтому промежуток времени с 22 июня по 21 августа 1941 г. фактически был первым этапом сражения Германии за Москву. П. Карель (автор книг «Гитлера идет на восток» и «Выжженная земля»), имевший доступ к информации о планах и боевых дей­ствиях вермахта в России, первую часть своей книги «Гитлер идет на Восток», охватывающую период времени начиная от пригранич­ных сражений до битвы за Киев, так и озаглавил: «Москва». Уже после войны Вернер Хаупт в предисловии к своей книге «Сражения группы армий «Центр» прямо указал, что группа армий «Центр» сдавалась с целью захвата советской столицы.

Что касается размещения основных сил Красной Армии на юго-западном направлении, то варианты плана «Барбаросса», несколько месяцев циркулировавшие в штабах Берлина, могли стать достоянием со­ветской разведки и послужить основанием для размещения наиболее сильной группировки советских войск на украинском и кавказском направлениях.

Для выхода на центральное направление немецко-фашистским войскам было необходимо выиграть приграничное сражение с частя­ми НКВД, охранявшими границу, и передовыми частями Красной Ар­мии, а также обеспечить защиту флангов группы армий «Центр». Пла­ном «Барбаросса» предусматривалось уничтожение войск Советской Армии на северном фланге группы армий «Центр», сначала в Прибал­тике, а затем на подступах к Ленинграду, с последующим захватом города.

В случае успеха на этом направлении обеспечивалась возмож­ность доставки военного снаряжения и подкреплений в войска с се­верного направления, со стороны Финляндии. При подготовке плана «Барбаросса» не исключалась возможность наступления немецко-фа­шистских войск с севера и на Москву после взятия Ленинграда. Безопасность южного фланга группы армий «Центр» должна бы­ла гарантироваться захватом Киева и развитием наступления в сто­рону Донбасса, Крыма и Кавказа.

Уже в плане «Барбаросса» была учтена возможность упорного сопротивления Красной Армии войскам группы армий «Север», и в свя­зи с этим планировалась временная переброска 3-й танковой группы к Ленинграду после взятия Смоленска. Дальнейшие события характеризовались существенными отступ­лениями от плана «Барбаросса», что с самого начала военных дейст­вий показало его несостоятельность.

Следует заметить, что план «Барбаросса» был рассчитан на мол­ниеносный исход войны и практически содержал план действий только для начального этапа войны в СССР. Авантюризм этого плана состоял еще и в том, что немцы, запланировав начальный пе­риод войны, не предусмотрели вариантов ее окончания. Гитлер, рассчитывавший на то, что после захвата Москвы он вынудит Ста­лина на мирное соглашение с Германией, просчитался. Советский Союз, хотя и не успел подготовиться к отражению немецкой агрес­сии, был несравненно могущественнее Франции, капитулировав­шей перед Германией. Немцы не предполагали, что район боевых действий на востоке окажется не по зубам вооруженным силам Германии и их окажется просто недостаточно для занятия территории до 3000 километров по фронту и до 1000 километров в глубину. Надежда Гитлера и его генералов привлечь на свою сторону население оккупированных территорий также оказалась несбыточной.

Вместо сотрудничества немцев ожидало активное противодействие населения. Партизанские отряды не давали покоя немецким захватчикам, уничтожая их транспортные коммуникации и линии связи. Для борьбы с партизанским движением вермахт использовал жесткие карательные меры, чем еще больше вызывал ненависть к ок­купантам.