Шипкинский перевал, или короче, Шипка… Здесь стоя­ла Круглая батарея, чуть дальше — Стальная. За Лесной горой находится Лысая, на которой сидели турки. Гору Николай обороняли вместе с русскими солдатами и болгарские ополченцы. Верхняя точка горы Николай, на которой стоит памятник, называется вершиной Столетова.

У известного физика  Александра Столетова был столь же прославленный старший брат,  генерал Николай Григорьевич —  не­устрашимый защитник Шипки, в честь которого и названа эта высота. Родился Николай Столетов 2 (14) ноября 1831 г. в семье купца.

Владимирский купец третьей гильдии Григорий Столетов мечтал, «чтобы сыновья, прежде всего, пошли в крупное учение». Он даже дочерей выдал замуж за женихов, окончивших университетскую науку. Старший из сыновей, Василий, по окончании Владимирской гимназии поступил в Мос­ковский университет.

Этой проторенной дорожкой за ним зашагали и Николай, окончивший гимназию с золотой медалью, и младшие братья Александр и Дмитрий. Александр и впрямь пошел в крупное учение: стал известным физиком, преподавал в том же Москов­ском университете, работал в Гейдельберге, Геттингене и Берлине. Николай же, а потом по его примеру и Дмитрий после университета, к большому огорчению родителей, пошли в военную службу.

Начальник болгарского ополчения генерал Столетов Н.Г.

Начальник болгарского ополчения генерал Столетов Н.Г.

Решение посвятить себя военному делу созрело и укрепилось в Николае еще до университета. Еще когда ему было всего четырнадцать лет, он объявил, что будет военным, и стал готовить себя к этому: вел спартанский образ жизни, закалялся, запоем читал военно-историче­скую литературу.

Родители и братья с сестрами еще и еще раз пытались об­разумить Николая, отговорить его от опрометчивого, как им казалось, юношеского решения, но ничто не помогло. Они отговаривали вообще не по­ступать в военную службу, а «устроить себя получше». Ти­хий, застенчивый от природы Николай проявил удивив­шую родителей твердость.

В двадцать лет мечта его сбылась. Ускорила дело начавшаяся война с Турцией. Сразу же по окончании университета, летом 1854 г. Николай Столетов определился в 10-ю артиллерийскую бригаду фейерверкером (нижний чин в артиллерии, равный по званию унтер-офицеру). Как он радовался, получив назначение в действую­щую армию! Будто не на войну (Крымскую), а в увлекательную про­гулку отправлялся.

Участие в постоянных боях под Севастополем скоро из вчерашнего студента сделало закаленного воина. А из­вестное дело под Инкерманом дало ему солдатский Ге­оргиевский крест и офицерский чин. Как-то поздней осенью 1854 г. вскоре после Инкерманского сражения произошла у Николая Столетова памятная на всю жизнь встреча. Это была встреча со Львом Николаевичем Толстым, в то время поручиком артиллерии.

Еще раз им довелось увидеться уже в августе 1855 г., во время отступления на Черной речке. Новая встреча произошла в 1858 г. в Петербурге, когда Столетов учил­ся в Академии Генерального штаба, он случайно услы­шал о приезде Толстого и пошел к нему. В 1910 г. Николай Григорьевич сопровождал, ставшего знаменитым писателя в последний путь…

Сразу же по окончании Севастопольской кампании прапорщик Столетов был направлен в Академию Гене­рального штаба. Пройдя полный курс академии, Николай Григорьевич уже в чине штабс-капитана получил назна­чение в главный штаб Кавказской армии.

К месту своей новой службы, в Тифлис, он прибыл летом 1860 г. А вскоре с ним произошел незначитель­ный, в сущности, эпизод, который, однако, имел очень и очень далекие последствия. При представлении начальнику штаба генералу Милютину Д.А., который через некоторое время получил назначение на пост товарища военного министра, Столетов запомнился последнему знанием турецкого языка.

Служба на Кавказе в должности начальника Закатальского округа шла у Столетова успешно. За короткое время он успел заиметь репутацию хорошего ад­министратора и распорядительного военного начальни­ка, получить чин подполковника и ордена Станислава и Владимира.

И все же Милютин посчитал, что наибольшую пользу Столетов может принести своей службой в другом крае — Туркестанском, начавшем к тому времени свое присоеди­нение к России. Летом 1865 г. Столетов переводится в Ташкент.

И здесь он берется за порученное дело со всей прису­щей ему энергией и обстоятельностью. Он не только близко знакомится с положением дел в Прикаспийском крае и Средней Азии, по и, пользуясь знанием восточных языков, трижды посещает пограничные с Россией Пер­сию и Афганистан.

В 1868 г. с особой резкостью обозначилось усиление могущества афганского эмира, заключившего союз с Англией — с одной стороны, и явно враждебные по отно­шению к России действия хивинского хана — с другой.

В связи с этим было принято решение вместе с увеличе­нием войск оренбургского военного округа немедленно занять нашими войсками также и юго-восточный берег Каспийского моря с центром в Красноводске. И начальни­ком экспедиционного корпуса был назначен генерального штаба полковник Столетов Н.Г.

Однако в самый разгар деятельности Красноводского отряда Столетов в результате затеянных против него интриг был отчислен от этой должности и какое-то время коман­довал пехотным Уральским полком. На окружном смотре в присутствии царя и военного министра полк отличился в стрельбе; последовала новая встреча Столетова с Ми­лютиным, а вскоре и новое назначение на прежнее место службы — на этот раз начальником «особой ученой экспедиции для исследования старого русла реки Аму-Дарьи и для производства других изысканий, намеченных военным министерством в согласии с императорским Географическим обществом».

С ранней весны до поздней осени 1874 г. пробыла экспедиция на Аму-Дарье, был основан город Красноводск. Затем несколько месяцев ушло на составление обстоятельного отчета о её работах. Как военное министерство, так и географическое общество при­знали, что «просвещенное участие Николая Григорьеви­ча Столетова в этом деле оживило работы, причем дало им много таких сторон успеха, каких трудно было ожидать и ни в каком случае не получилось бы без его участия и без его указаний». Столетов опубликовал несколько научных статей, и Географическое общество избрало его своим действительным членом. Столетов был принят во дворце и пожалован чином генерал-майора. Не многие дослуживались до генераль­ского звания в столь молодые годы: Столетову только-только исполнилось сорок.

Когда начал формироваться штаб действующей армии для войны с Турцией в 1877 г., Николаю Григорьевичу Столетову было поручено собрать воедино и обучить болгарское ополчение. Переправа через Дунай; поход за Балканы с Гурко; оборона Шипки… И вот теперь уже второй переход через Балканы вместе с болгарскими братушками в составе авангарда от­ряда Скобелева.

Первый раз Шипкинский перевал был обойден слева через Хаин-богаз; на этот раз справа, через Иметлинский проход. Словно бы вся война для Столетова и его дру­жинников сосредоточилась в одной точке с коротким и одинаково попятным для болгар и для русских названи­ем — Шипка.

Вся война или на Шипке, или вокруг Шипки… На этот раз переход через Балканы в рождественские морозы был несравненно тяжелей первого, июльского. Приходилось пробиваться по колено, а где и по пояс в снегу. И по ночам нельзя было разжечь костров, чтобы раньше времени не обнаружить себя…

Однако бой окончился нашей полной победой. Неприятель вы­нужден был выкинуть белый флаг. Командующий турец­кой армией Вессель-паша прислал Скобелеву с полков­ником-парламентером свою саблю в знак того, что сдает­ся на милость победителя. Всего под Шейновом и соседней деревней Шипкой сдались два паши, четыре полков­ника, 280 офицеров и 12 тысяч солдат.

Но на господствовав­шей над Шипкинским перевалом Лысой горе продолжал оставаться неприятель — Хаджи-Осман-паша с войском, насчитывавшим больше двадцати таборов.

Приказ от Весселя-паши о сдаче на высотах был отправлен на Лысую гору с начальником его штаба и двумя высшими офицерами. С русской стороны вместе с турецкими офицерами был направлен генерал Столетов. И не только потому, что он знал по-турецки. Со Столетова шипкинская эпопея на­чиналась — не самое ли правильное ему и ставить по­следнюю точку?! Но Хаджи-Осман отказался сдаваться. Ему дали время на размышление. Переговоры начинали затягиваться. И всё-таки Столетову Н.Г. удалось склонить Хаджи-Османа сложить оружие…

За отличие в сражениях освободительного похода русской армии Столетов Н.Г. был награждён орденами святого Георгия 4-й степени, святого Владимира 1-й степени с мечами и святой Анны 1-й степени с мечами.

После русско-турецкой войны 1877-1878 гг. Столетов Н.Г. возглавлял дипломатическую миссию в Афганистане, дослужится до «полного» генерала — генерала от инфантерии. С 1899 г. Николай Григорьевич стал состоять членом Государственного со­вета.

Скончался прославленный герой Шипки, Столетов Николай Григорьевич 27 июня (10 июля) 1912 г. в Царском Селе, похоронен в г. Владимире.