Василий Иванович Шуйский (1606-1610) Царь и Великий государь Всея Руси был сыном князя Ивана Андреевича Шуйского из рода суздальско-нижегородских князей. По своему происхождению Василий Шуйский действительно имел права на русский престол. Он принадлежал к роду Рюриковичей и был дальним потомком великого князя Владимирского и Суздальского Ярослава Всеволодовича, потомок князя Андрея Ярославича, брата Александра Невского.

После убийства Лжедмитрия I Россия вновь осталась без царя. Поначалу предполагалось собрать Земский Собор и избрать нового царя так же, как в свое время избрали Годунова. Но на этот раз Шуйские, принадлежавшие к одному из самых древних и влиятельных боярских родов, не собирались выпускать власть из своих рук, поэтому Земский Собор, решение которого могло быть непредсказуемым, был им совершенно не нужен.

Василия Ивановича Шуйского избрали на царство бояре и подкупленная ими толпа, собранная на Красной площади Москвы 19 мая 1606 года. Подобное избрание являлось незаконным, но это никого не смущало. 1 июня 1606 года Василий Иванович Шуйский венчался на царство в Успенском соборе Московского Кремля. Это событие нельзя назвать самым счастливым в российской истории: Шуйский не годился на роль государя в стране, охваченной смутой.

Вот как описывал его писатель XVII века: «Был царь Василий Иванович ростом мал, лицом не красив, глазами подслеповат. В книжном учении искусен и разумен, но весьма скуп и упрям. К тем только ласков был, которые на уши ему ложь на людей нашёптывали; он же их слушал с удовольствием». Его положение на престоле с самого начала было непрочным: царя признала Москва, но не вся Россия. Да и в самой Москве Василию Ивановичу пришлось пережить немало тяжёлых минут.

Василий Шуйский. Портрет из «Титулярника» 1672 г.

Василий Шуйский. Портрет из «Титулярника» 1672 г.

Костомаров Н.И. писал о нем: «Трудно найти лицо, в котором бы до такой степени олицетворялись свойства старого русского быта, пропитанного азиатским застоем. В нем видим мы отсутствие предприимчивости, боязнь всякого нового шага, но в то же время терпение и стойкость — качества, которыми всегда русские приводили в изумление иноземцев; он гнул шею перед силою, покорно служил власти, пока она была могуча для него, прятался от всякой возможности стать с нею вразрез, но изменял ей, когда видел, что она слабела, и вместе с другими топтал то, перед чем прежде преклонялся.

Он бодро стоял перед бедою, когда не было исхода, но не умел заранее избегать и предотвращать беды. Он был неспособен давать почин, избирать пути, вести других за собою. Ряд поступков его, запечатленных коварством и хитростью, показывает вместе с тем тяжеловатость и тупость ума… Мелочный, скупой до скряжничества, завистливый и подозрительный, постоянно лживый и постоянно делавший промахи, он менее, чем кто-нибудь, способен был приобресть любовь подвластных, находясь в сане государя… Знатность рода помогла ему овладеть престолом главным образом оттого, что другие надеялись править его именем. Но когда он стал царем, природная неспособность сделала его самым жалким лицом, когда-либо сидевшим на московском престоле…» (Костомаров Н.И. «Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей», М., 1991, с. 404-405).

Василий Иванович Шуйский

Василий Иванович Шуйский

Шуйский сумел захватить власть, хоть и несколько ограниченную боярскими привилегиями, но удержать ее оказалось выше его сил. «Ни в ком не имея опоры, Шуйский не обладал способностями правителя и не умел действовать смело и решительно. Все его царствование было сплошной смутой», — отмечается в «Иллюстрированной хронологии истории Российского государства». («Иллюстрированная хронология истории Российского государства в портретах», М., 1990, с. 83).

Вскоре после венчания на царство Шуйский повелел перенести в Москву из Углича мощи царевича Дмитрия. 2 июня их торжественно внесли в столицу и поместили в Архангельском соборе; возле обретённых нетленными мощей начались чудеса и исцеления. Тогда же Церковь причла царевича Дмитрия к лику святых; были установлены дни его празднования — 15 мая (день смерти) и 2 июня (день перенесения мощей в Москву). Прославление царевича должно было положить конец всяким разговорам о Самозванце. Однако на деле получилось совсем не так.

Царевич Димитрий Угличский. Икона XVII в.

Царевич Димитрий Угличский. Икона XVII в.

Не успел еще Шуйский стать царем, как прошел слух о том, что в Кремле убили не Лжедмитрия, а кого-то другого. И новый Лжедмитрий не замедлил объявиться. 23 мая 1607 года войска Лжедмитрия II перешли русскую границу. Самозванец дошел до Москвы, но саму столицу взять не смог и разбил лагерь в селе Тушино, находившемся в 12 верстах от Москвы (сегодня это один из районов столицы). Почти на полтора года Тушино стало второй столицей Руси.

Оттуда его шайки, состоявшие в основном из поляков, разбредались по всей стране, грабя и насильничая. Благодаря этим грабежам Лжедмитрий II получил прозвище «Тушинский вор». Дать отпор польским отрядам было некому, поскольку царские войска оказались связаны армией мятежников, возглавляемой Иваном Болотниковым. А между тем отряды поляков осадили Троице-Сергиеву Лавру. Почти полтора года выдерживал осаду поляков Троице-Сергиев монастырь. Стойкость его защитников избавила москвичей от ужасов полной блокады.

В этой ситуации Шуйский не нашел ничего лучшего, как обратиться за помощью к шведам. Карл IX Шведский предоставил в распоряжение Скопина-Шуйского, племянника государя и талантливого полководца, 5 000 человек. Отряд Скопина-Шуйского выступил из Новгорода по направлению к Москве, очищая окрестности столицы от шаек Самозванца, и освободил Троице-Сергиеву Лавру. Узнав об этом, Польский король Сигизмунд объявил войну России и осадил Смоленск, потребовав, чтобы все войска, сопровождавшие Лжедмитрия II, отправились ему на помощь. Лжедмитрий, оставшись в одиночестве, испугался и бежал в Калугу (1610 год), в результате тушинский лагерь прекратил свое существование, и войска Скопина-Шуйского вошли в Москву.

Но успех оказался недолгим. Очень скоро Скопин-Шуйский, любимец народа и самая надежная опора Василия Шуйского, умер, скорее всего, был отравлен. Примерно в это же время полководцы Сигизмунда разбили войска Шуйского и двинулись к Москве. Туда же направился с оставшимися у него людьми Самозванец, и противостоять этим силам было некому. Костомаров Н.И. писал: «Положение царя Василия в Москве было самое жалкое. Никто не уважал его. Им играли, как ребенком…» (Костомаров Н.И. Указ. Соч., с. 410).

17 июля 1610 года бояре, во главе с Захаром Ляпуновым, низложили Шуйского и постригли его в монахи, надеясь заслужить этим признательность поляков. А в сентябре 1610 года Шуйского выдали полякам, которые отвезли его в Речь Посполитую. Василий Иванович Шуйский умер в польской тюрьме 12 сентября 1612 года (по одной из версий был убит) и похоронен в Варшаве. Позднее его останки были перевезены в Россию и захоронены в Архангельском соборе Московского Кремля.