Он был самым старшим по званию среди болгар-офицеров — командир первой ополченческой дружины подполковник Константин Кесяков.

Кесяков родился в 1839 году в Пловдиве и принад­лежал к старинному роду из города Копривщица. А пер­вым наставником его в Пловдивском классном училище был один из талантливейших и патриотически настроен­ных педагогов, прививавший своим ученикам идеи неза­висимости, свободы. Не менее важен и другой факт из биографии Константина Кесякова.

Его ближайшим дру­гом и соучеником был выдающийся писатель, публицист и общественный деятель, основоположник критического реализма в болгарской литературе Любен Каравелов. До 1857 года Любен Каравелов и Константин Кесяков учились вместе в Копривщице и Пловдиве. А затем оба двадцать лет своей жизни в эмиграции посвятили осуще­ствлению юношеских идеалов — борьбе за освобождение Болгарии. И оба поначалу решили стать военными, из­учить военное дело, чтобы в дальнейшем с оружием в руках бороться за свободу своей родины.

От Пловдива через Царьград, Одессу и Петербург два неразлучных друга добрались до Москвы. И, как свиде­тельствует племянник Константина Кесякова Искро Ке­сяков: «Несколько лет друзья терпят вместе все лишения, делят поровну кусок хлеба, деньги, жилище. Не поступив в кадетское училище, без какого бы то ни было пособия, средств к существованию оба готовятся к приемным экзаменам на физико-математический факультет Москов­ского университета».

Командир первой дружины болгарского ополчения подполковник Константин Кесяков

Командир первой дружины болгарского ополчения подполковник Константин Кесяков

Но выдержать экзамены удалось только одному из них — Константину Кесякову (Каравелов поступил воль­нослушателем на филологический факультет Московского университета). После нескольких лет упорных занятий он закончил Московский университет, защитил диссер­тацию и получил научную степень магистра математиче­ских наук.

И все-таки он стал не ученым, а военным. Святой долг перед родиной заставил его вновь вспомнить свою юношескую мечту. И, уже закончив Московский универ­ситет, защитив ученую степень, Константин Кесяков по­ступает во 2-е Константиновское военное училище, кото­рое закончил с отличием. А результат — назначение в знаменитый Преображенский полк.

Магистр и одновременно поручик Преображенского полка Константин Кесяков знакомится с прогрессивной русской интеллигенцией, сближается с болгарскими эми­грантами и становится членом Болгарской дружины в Москве, переименованной в 1867 году в Южнославянскую дружину.

Среди московских друзей Кесякова, помимо друга юности Любена Каравелова, ротмистр Раевский Н.Н., кото­рый, кстати, тоже окончил физико-математический фа­культет Московского университета и принадлежал к про­грессивным кругам русского офицерства. Был он связан и с Московским славянским комитетом, председателем ко­торого был Иван Сергеевич Аксаков.

Славянский комитет возложил на Кесякова ряд задач, и в первую очередь связь с национальным освободительным движением южных славян. Именно Кесяков в 1867 году был направлен Славянским комитетом в Белград для организации и об­учения 2-го Болгарского легиона. «В течение зимы 1868 года Болгарский легион посетили два русских офи­цера, — свидетельствует легионер Михаил Греков, — как можно было догадываться, они были направлены русским правительством для изучения дел и оказания помощи ле­гионерам.

По национальности эти офицеры были болга­рами — поручик Кесяков и полковник Кишельский. И оба они показали себя высокообразованными, знающими во­енное дело…» Вернувшись в Москву, Константин Кесяков полностью отдает себя деятельности Южнославянского общества, становится членом его руководящего комитета. Попав под благотворное влияние великих русских демократов и писателей Герцена, Белинского, Писарева, Добролюбова, Чернышевского, Некрасова, Тургенева, Успенского и дру­гих, он изучает и распространяет их идеи в среде бол­гарской эмиграции.

К тому времени Константин Кесяков был уже значительной фигурой, числился среди идейных лидеров. Не случайно газета «Голос» опубликовала 25 июня 1867 года следующее сообщение: «…По дошед­шим в Россию достоверным сведениям Кесяков, Караве­лов, Христович (Иван Христов-Ванката) и другие бол­гарские идейные вожди самим Мидхад-пашой и Турцией оценены как реальная политическая сила, лишь ожидаю­щая случая привести свои планы в исполнение».

И такой случай наступил — в июле 1875 года вспых­нуло восстание в Боснии и Герцеговине. В 1876 году, едва лишь началась война между Сербией и Турцией, многие офицеры стали поступать добровольцами в русско-болгарскую бригаду. «Из России прибыли болгары, — вспоминал участник той войны Стефан Кисов, — и среди них в качестве представителей Славянского комитета ге­нерал Кишельский, поручик Кесяков и Иван Иванов.

Они просили содействия сербского правительства в орга­низации особого болгарского отряда из 2500 человек, ко­торому предстояло затем проникнуть на территорию Бол­гарии. А вооружался, снаряжался и обмундировывался отряд на средства, собранные Славянским комитетом».

Еще большую роль сыграл Константин Кесяков в ор­ганизации болгарского ополчения, командиром которого он и стал в Освободительной войне. Именно он убедил Аксакова, чтобы все оказавшиеся в Сербии болгарские добровольцы были возвращены назад и влились в ряды будущего ополчения. Объезжая русские и румынские го­рода, он давал ценные советы и распоряжался по набору, обучению и вооружению болгар. В то время Константин Кесяков был в чине капитана.

А 16 ноября 1876 года генерал Столетов послал начальнику штаба действующей армии следующий рапорт: «Прошу ходатайства Вашего превосходительства об откомандировании в мое распоря­жение подполковника Генерального штаба Ринкевича из Первого Туркестанского стрелкового батальона, майора Калитина и находящегося в гвардейской пехоте капитана Кесякова (родом болгарин) с производством его в под­полковники».

18 апреля 1877 года подполковник Кесяков был на­значен командиром Первой ополченческой дружины в Плоешти. При вручении Самарского знамени представите­лями города Самары Кожевниковым и Алабиным он был переводчиком. 7 мая 1877 года подполковник Кесяков вме­сте с С. Ивановым и В. Оджаковым поднесли благодар­ственный адрес самарцам от имени болгарского народа.

Подполковник Константин Кесяков провел свою дру­жину от Плоешти через Дунай до Свиштова и Тырнова. Он первым преломил символический теплый болгарский хлеб с солью, преподнесенный освобожденными братьями-болгарами. Ополченцы вошли с триумфом как освободи­тели в болгарские города и были встречены венками, цветами и теплыми отеческими объятиями.

Включенное в состав Передового отряда под командованием генерала Гурко болгарское ополчение перевалило Балканы и на­правилось к Старой Загоре. Гурко обратился к ополчен­цам через Кесякова со словами: «На вас наша надежда, герои! Оправдайте же наше доверие и исполните свой святой долг. Отомстите своим вековым врагам! Нашей общей кровью купим свободу для Болгарии!»

Вошедшие в состав старозагорского отряда четыре ополченческие дружины вместе с русскими воинами-бо­гатырями приняли удар далеко превосходящей числен­ностью армии Сулеймана-паши. Первая ополченческая дружина заняла позицию напротив правого фланга про­тивника и держала ключ обороны -горную теснину, че­рез которую могла прорваться турецкая армия.

После ожесточенного сражения 31 июля 1877 года дружина подполковника Калитина врезалась в турецкие цепи и про­рвалась вперед. Но в результате Первая дружина, стояв­шая на правом фланге, оказалась открытой. «Когда про­тивник начал предпринимать стремительные атаки, под­полковник Кесяков, видя, что между Первой и Третьей дружинами осталось голое пространство, не занятое на­ми, отдал приказ капитану Колесникову, командиру первой роты, занять его, послать туда цепи солдат.

С самого начала сражения дружина понесла большие потери от выстрелов невидимого врага, скрытого за густыми деревьями и кустарниками», — вспоминал ополченец, уча­стник этого боя. И тогда подполковник Кесяков повел дружину в бой с песней: «Вперед, вперед, на бой пойдем». Ополченцы закричали «ура!», рядом подхватили, и все бросились на турок, не обращая внимания на ружейные и орудийные залпы.

Через некоторое время, в Шипкинской эпопее, Первая ополченческая дружина проявила чудеса храбрости и самоотверженности. Остававшаяся вначале на цент­ральной позиции в качестве резерва, она в решительный бой 23 августа была переведена на передний край и от­бивала нестихающие турецкие атаки.

«Следующая атака Третьей дружины была поддер­жана Первой дружиной подполковника Кесякова, — пи­шет полковник Депрерадович, — во главе которой, кроме самого Кесякова, находился и командир бригады граф Толстой. Рассказывают, что Первая дружина бросилась в атаку так же стремительно, как и Третья». А после боя, по воспоминаниям другого очевидца, «всегда благо­душный Кесяков тяжело дышал от волнения».

За высокие командирские качества и проявленную личную храбрость во время Освободительной войны под­полковник Константин Кесяков был награжден золотым оружием с надписью «За храбрость» и орденом «Св. Вла­димира» 4-й степени с мечом и бантом. После чего был произведен в чин полковника.

Полковник Константин Кесяков был одной из обаятельнейших личностей в болгарском ополчении. И память о нем осталась навечно среди благодарного болгарского народа.

И. Мермерков (перевод с болгарского Т. Кажаевой), из книги «Герои Шипки», сборник М., «Молодая гвардия», 1979 г. с. 337-341.