Если попытаться в нескольких словах охаракте­ризовать качества такой яркой личности, как Алек­сандр Иванович Гучков, то, прежде всего, следует назвать мужество, непреклонность воли, последователь­ность, откровенность и прямоту, глубокую порядоч­ность, искренний патриотизм. Эти свойства Александра Ивановича вызывали восхищение у одних и раздражение у других, самому ему помогая добиваться в жизни поставленных целей и осложняя его отношения с окружающими.

Гучков А.И. родился в богатой московской купеческой семье 14 октября 1862 г. Окончив гим­назию, он с 1881 г. продолжал образование на ис­торико-филологическом факультете Московского университета. После окончания университета в 1885 г. Александр Гучков вознамерился было защищать магистер­скую степень по истории, но был призван на дей­ствительную военную службу в 1-й лейб-гвардии Екатеринославский полк рядовым. Но уже в ок­тябре, выдержав экзамен, Гучков был произ­веден в младшие унтер-офицеры и уволен в запас.

Затем он прослушал курсы лекций по филосо­фии и истории в Берлинском и Гейдельбергском уни­верситетах. Но научная карьера Гучкова А.И., человека по­рывистого и увлекавшегося, не состоялась. Вернув­шись из-за границы, он стал заниматься обществен­ной деятельностью в Москве. Начав в 1886 г. с должности почетного мирового судьи, в 1893-м он уже работает в городском управлении, где и избира­ется на два срока подряд членом городской управы. Четыре месяца Гучков исполняет обязанности товарища московского городского головы, а в 1897 г. он становится одним из «отцов города» Москвы, бу­дучи избранным гласным городской думы.

Гучков А.И.

Гучков А.И.

Начав служебную карьеру с чина коллежского секретаря (10-й класс), он в 1912 г. получил чин дей­ствительного статского советника (4-й класс), при­обретя при этом статус потомственного дворянина. «За труды и усердие» Александр Иванович в разное время был награжден орденами: Анны 3-й степени и Станислава 2-й степени.

Но повседневная работа на общественном по­прище не могла удовлетворить порывистый нрав Гучкова, которому требовались новые и ост­рые впечатления. Еще совсем молодым человеком он совершил рискованное путешествие в Тибет, за­гадочный для России край, был на приеме у далай-ламы. В 1895 г. он совершает опасную поездку в Турцию, посещает ряд провинций, охваченных ан­тиармянскими волнениями.

Почти полтора года он находился на службе в корпусе охранной стражи Восточной железной до­роги в Маньчжурии. Когда русское общество внимательно следило за событиями в англо-бурской войне, Александр Ива­нович в 1900 г. отправляется с братом Федором в Южную Африку. Здесь, в составе одного из отрядов русских добровольцев, он принимает участие в бое­вых действиях на стороне буров. В этой кампании Гучков был ранен (хромота осталась на всю жизнь), по­пал в плен к англичанам.

В боевой обстановке Алек­сандр Иванович проявил себя храбрым человеком, хотя порой храбрость его граничила с безрассудст­вом. Эту сторону его характера подчеркивали даже те, кто к числу его друзей не принадлежал. «Гучков лю­битель сильных ощущений и человек храбрый», – от­мечал в своих мемуарах Витте С.Ю.

В 1903 г. Гучков А.И., несмотря на предстоя­щую осенью свадьбу с Марией Иль­иничной Зилоти (1871-1938), едет в Македонию, где вспых­нуло восстание против турок. В 1904 г. у них родилась дочь Вера (в заму­жестве Трэйл, в судьбе которой оказалось романти­ки и приключений не меньше, чем у ее отца: член­ство во Французской компартии, в 1937 г. посещение Москвы, бегство от ареста, немецкий концлагерь и бегство оттуда, проживание в Португалии, Англии, в 60-е годы новое посещение Москвы); в 1905 г. ро­дился сын Лев, который умер в 1916-м.

В начале русско-японской войны Гучков в ка­честве представителя Московской городской думы и уполномоченного Красного Креста выезжает на фронт. После целого года напряженной работы по организации помощи раненым, видя бездарность ко­мандования, равнодушие к нуждам армии, возмущен­ный трусливым бегством из госпиталей обслужива­ющего персонала, бросавшего раненых, Александр Иванович принимает чрезвычайно мужественное решение, произведшее глубокое впечатление на со­временников.

Он остается в Мукдене с целью со­действия передаче неэвакуированных из города госпиталей японской армии в соответствии с меж­дународными нормами. Этот шаг Московская го­родская дума расценила как подвиг. Появление Гучкова в зале заседаний думы 17 мая 1905 г. было встре­чено бурными овациями.

На аудиенции у Николая II в июне 1905 г. Гучков А.И. прямо указывал Николаю II на не­достатки в армии и на неизбежность поражения, если ничего не будет предпринято. Но и не предла­гал немедленно заключить мир. По мысли Александра Ивановича, Николай II должен безотлагательно «изменить всю обстановку в стране и этим воздействовать на армию».

Для этого Гучков советовал выработать какой-нибудь простой избирательный закон и созвать Земский собор, на котором царь мог бы заявить о том, что после окончания войны в государственном строе будут произведены измене­ния. Это, по мнению Александра Ивановича, по­могло бы довести войну до победы и воспрепят­ствовать расползанию революционных настроений по стране.

Практически, как и все представители россий­ского либерализма, Гучков А.И. был конституцио­налистом. Но, в отличие от многих, для его полити­ческих взглядов характерно было постоянство. Гучков не корректировал свои взгляды в зависимос­ти от складывавшейся политической конъюнктуры. Александр Иванович был сторонником консти­туционной монархии, считая, что это именно та фор­ма государственного устройства, которая обеспе­чит полное и коренное обновление жизни граждан России.

Он являлся одним из немногих политических деяте­лей, которые считали необходимым для спасения страны использовать компромисс с существующей властью, добиваясь ее уступок, завоевывая новые позиции с целью достижения истинной конституци­онной монархии.

После введения в России воен­но-полевых судов авторитет Гучкова А.И. в либераль­ной среде пошатнулся. Александр Иванович дал интервью газете «Новое время», в котором совершенно определенно выска­зался одобрительно и вообще высказался о необхо­димости суровыми мерами подавить революционное движение, которое определённо мешает проведению назрев­ших либеральных реформ.

Это же заявление Гучкова А.И. послужило и причиной его знакомства с Столыпиным П.А., пе­реросшего затем в довольно близкие отношения, ос­нованные на общности взглядов. Именно при под­держке Столыпина Гучков в мае 1907 г. был избран в Государственный совет как представитель торгово-промышленных кругов. Столыпин П.А. предложил ему стать членом Совета Министров в каче­стве министра торговли и промышленности, но в силу ряда причин, в том числе из-за давления, оказанного Николаем II на премьер-министра, назначение не состоялось.

Сообщая Столыпину о своем отказе от поста министра, Александр Иванович произнес фразу, которая во многом определила его позицию на долгое время: «Вы ссылаетесь на государя. Если спасать Россию, и ди­настию, и самого государя, это надо силой делать, вопреки его желаниям, капризам и симпатиям». И это высказывание отнюдь не была простой фразой. Именно так он и поступал в критические моменты россий­ской истории.

В 1907 г. Гучков А.И. наконец становится депутатом III Государственной думы, он баллотировался и в первые две Думы, но избран не был. И лишь после изменения избирательной системы он смог пройти на выборах. Но для этого Гучкову пришлось отказаться от членства в Государственном совете. Фракция октябристов, к которой принадлежал Александр Иванович, в III Государственной думе оказалась самой многочисленной – 170 человек. Но это было лишь около трети всех депутатов, и для парламентского большинства фракции необходимо было пойти на блок с правыми.

Первоначально Гучков А.И. в Думе стал пред­седателем комиссии государственной обороны. Об­стоятельно ознакомившись с проблемами организа­ции обороны, он пришел к выводу: для того чтобы поднять обороноспособность на должный уровень, чтобы намечаемые военные реформы дали положи­тельный результат, необходимо произвести, прежде всего, реорганизацию верхов военного ведомства.

Главным же в этой реорганизации Гучков считал обязательное устранение от руководства ар­мией великих князей. Причем он отдавал себе отчет в том, что некоторые из них были неплохими специ­алистами в различных областях военного дела, но их окружение, их собственный статус мешали про­ведению реформ в армии.

Убедившись в том, что другими способами уда­лить это препятствие нельзя, кроме как публичным выступлением в Государственной думе, Гучков А.И. решил использовать для этого момент обсуждения сметы военного министерства. О том, что собирает­ся говорить о влиянии великих князей, он никому не сообщал. В своей речи он сделал ряд обоснован­ных предложений относительно военного ведомства, поддержал все финансовые запросы министерства, а закончил ее обращением к великим князьям, что­бы они «принесли себя в жертву насущной потреб­ности возрождения нашей военной мощи», назвав их поименно и предложив добровольно уйти.

Эффект на общество эта речь произвела потря­сающий. Некоторые депутаты, соглашаясь с Гучковым, опасались, что царь распустит Думу. Николай II был недоволен не самим содержанием, а тем, что это было вынесено на публику. Но, тем не менее, цель была достигнута. Через несколько меся­цев специально для великих князей в армии ввели должности генерал-инспекторов, предоставив им права только контроля, но не распоряжения.

Такой смелый шаг Гучкова А.И., его вмеша­тельство в дела армии, которая считалась «привиле­гированной территорией» Николая II, привели к тому, что у него установились хорошие связи с предста­вителями военных кругов. Эти связи значительно упрочились в годы Первой мировой войны и стали весомым подспорьем Гучкову в период его де­ятельности на посту военного министра. Но наибольшее недовольство «венценосных суп­ругов» вызвал факт выступления Гучкова против Рас­путина

8 марта 1910 г. Гучков А.И. избирается предсе­дателем Государственной думы. Вскоре у него со­стоялась дуэль (слава дуэлянта за ним ходила с мо­лодости) с жандармским офицером Мясоедовым С.Н., которого Гучков обвинил в шпионаже в пользу Австрии. Мясоедова к суду не привлекли, а лишь попросили уйти в отставку. Гучков, чтобы не создавать прецедента, после сессии Думы также подает в отставку и уведом­ляет об этом прокурора. После непродолжительного заключения в Петропавловской крепости он возвращается к работе в Думе и снова избирает­ся ее председателем.

Второй раз Гучков А.И. ушел в отставку с это­го поста в марте 1911 г. На этот раз причиной послу­жило принципиальное расхождение с Столы­пиным П.А. по поводу проведения одного из законов. В IV Государственную думу Гучков из­бран не был, что весьма порадовало Николая II. Гучков был одним из немногих либералов, кто еще в 1913 г. уловил первые признаки надвигавшейся революции и предстоящего в связи с ней краха царской динас­тии.

С началом Первой мировой войны Александр Иванович отправляется на фронт в качестве особоуполномо­ченного Красного Креста и начинает заниматься про­блемами санитарного обеспечения нужд армии. Ки­пучая энергия, с которой он решает все эти сложные проблемы, резко увеличивает его авторитет и попу­лярность, как в кругах военных, так и среди либера­лов.

Весной 1915 г. он становится председателем Центрального военно-промышленного комитета, а в сентябре снова избирается в Государственный со­вет. Нарастающий политический кризис заставляет его искать пути вы­хода из него. У Гучкова начинает выри­совываться вариант дворцового переворота. Вмес­те с Некрасовым Н.В. и Терещенко М.И. он со­ставляет группу, которая начинает разрабатывать несколько планов возможного предприятия. Основ­ная цель – отречение Николая II в пользу сына при регенте великом князе Михаиле.

Но замыслу не дано было осуществиться: поме­шала Февральская революция. Александр Иванович был непосредственным участником этих событий и делал все возможное, чтобы спасти монархию. По рекомендации Временного комитета Государствен­ной думы вместе с Шульгиным В.В. он 2 марта 1917 г. выехал в Псков. Там они приняли деятельное учас­тие в акте отречения Николая II в пользу своего бра­та.

После отказа великого князя Михаила от престола Александр Иванович не соглашался входить в состав Времен­ного правительства. И только после многочисленных уговоров он принял на себя ответственность за одно из сложнейших и ответственнейших министерств – военно-морское. Заняв пост министра, Гучков А.И. столкнулся с тем, что в армию уже проник принятый Петроград­ским Советом «Приказ № 1», положивший начало катастрофическому развалу армии в 1917 г.

Всеми возможными способами Александр Иванович ста­рался уменьшить влияние этого приказа. Но, совер­шив несколько поездок по фронтам, ознакомившись с поведением командного состава в дни февральского переворота и его отношением к происходящим со­бытиям, Гучков приходит к мысли о необходимости борьбы непосредственно с Советами.

Уже в начале апреля он обсуждает эту мысль с командующим Пе­троградским гарнизоном генералом Корнило­вым Л.Г. В дни апрельского кризиса из всего состава Временного правительства только Гучков поддерживает предложение Корнилова силой по­давить демонстрации. После отказа он подает в от­ставку.

Но отставка не охладила политической актив­ности Гучкова А.И. Он снова становится председа­телем Центрального военно-промышленного коми­тета. Это позволяет ему оставаться в центре событий. К моменту своей отставки Александр Иванович уже твердо был убежден в том, что в сложившихся условиях необходима решительная борьба с революционным движением, во главе которой должна стоять «силь­ная личность». Такую личность он видел в Кор­нилове Л.Г.

В момент «корниловского мятежа» Гучков А.И., находившийся в штабе 12-й армии, был арестован. Через несколько дней он был освобожден и после недолгого пребы­вания в Петрограде через Москву уехал в Кисло­водск. С началом формирования в декабре 1917 г. До­бровольческой армии он становится ее горячим при­верженцем: агитирует за вступление в ее ряды, переводит деньги. За такую активность власти Кис­ловодска решили его арестовать, и Гучкову А.И. при­ходится перейти на нелегальное положение.

С приходом в Екатеринодар белых Гучков перебирается туда. В начале 1919 г. командующий вооруженными силами на юге России, старый знако­мый Гучкова генерал Деникин А.И. предложил Александру Ивановичу возглавить миссию в Западную Европу. Цель этой миссии заключалась в попытках использо­вать старые политические связи и знакомства для уве­личения военной помощи белым армиям.

На протяжении двух лет Александр Иванович с присущей ему энергией и упорством пытался осу­ществить невозможное: обеспечить победу в проиг­ранном деле. За это время он посетил большинство европейских столиц, встречался, переписывался со всеми крупнейшими политиками и государственны­ми деятелями Западной Европы. И, как обычно, ему удалось достичь определенного результата: транспор­ты с вооружением для белых армий из Европы от­правлялись. И это было в условиях, когда многие подобные миссии в Европе кончались неудачами, поскольку европейские страны к тому времени уже охладели к российским делам и занимались своими внутренними проблемами.

Но та помощь, которую оказывал белому делу Гучков А.И., лишь продлевала агонию. Последние надежды рухнули после падения Крыма в 1920 г. Александр Иванович с семьей обосновался в Па­риже. В эмиграции он играл заметную роль, хотя и не принадлежал ни к одной из многочисленных груп­пировок. С 1921 г, он являлся членом управления зарубежного Красного Креста.

По роду деятельно­сти – а он занимался организацией помощи рус­ским беженцам, подавляющая часть которых оказа­лась в крайне сложном материальном и моральном положении – Гучков совершает многочисленные по­ездки по разным странам, в которых сконцентриро­валась значительная часть соотечественников. Но эта, казалось бы, благородная деятельность затруднялась неприятием Гучкова определенной частью влиятель­ной русской эмиграции.

Эта часть, состоящая из мо­нархических элементов, не могла простить Алексан­дру Ивановичу того, что он принимал участие в отречении Николая II, и считала его чуть ли не глав­ным виновником крушения империи.

Но ни статьи в эмигрантской прессе, ни пуб­личные скандалы, ни даже физическое насилие (было и такое) не могли помешать Гучкову А.И., тем более повлиять на его монархические убежде­ния. И хотя до самой смерти оставаясь убежден­ным монархистом, он не вошел ни в одну из эмиг­рантских монархических группировок, так как считал, что в сложившейся ситуации вся эта возня вокруг претендентов на российский престол может сыграть только во вред самой идее монархической власти. Возрождение же России он видел лишь под эгидой монархии.

Мысль о возвращении на родину никогда не покидала Александра Ивановича. Он жадно ловил все сведения, которые приходили из Советской Рос­сии, надеясь найти в них признаки близкого краха большевизма. Но шло время, и таких надежд стано­вилось все меньше. Со временем Александр Иванович все меньше и меньше принимает участие в общественной дея­тельности.

Сказывался возраст и болезни. Послед­ний год жизни он практически был прикован к по­стели. Умер Александр Иванович 14 февраля 1936 г., похоронен на кладбище Пер-Лашез. Надо заметить, что Александр Иванович незадолго до смерти завещал, чтобы после «падения больше­виков» его прах перевезли в Москву.