В Великой Отечественной войне героически сражались наравне со взрослыми  подростки и даже дети. Они воевали как настоящие солдаты, совершали воинские подвиги. В действующие части ребята часто попадали с оккупированной территории, осиротев, прибивались к воинским подразделениям, становились сынами полков, или уходили в партизаны. Воевали и мальчики и девочки. А было и по-другому – просто убегали из дома на фронт.

Привожу несколько таких, берущих за душу, военных историй.

Разведчик Федя Ананенков

О Фёдоре Ананенкове написал его первый командир Матвей Григорьевич Вайнруб, ставший Героем Советского Союза, генерал-лейтенантом танковых войск. «Вспомнился сорок первый год. Ельня, наша первая крупная боевая победа и… хрупкий мальчонка.

– Федька! – так представился он в штабе танкового соединения.
– А сколько же тебе лет, сынок? – спросил я.
– Уже тринадцать, – ответил парнишка, хотя на вид ему трудно было дать и десять.

Помощник начальника разведки нашего соединения старший лейтенант Тимофеев рассказал, что Федя из местных жителей и хорошо знает район Ельни. Был на территории, занятой противником, а в июле провел группу разведчиков в тыл врага, в деревню Каськово. Берется пройти через линию фронта и принести интересующие нас сведения о противнике. Не сразу мы согласились дать ему боевое задание. Но все же решились.

Задание было сложным. Паренек готовился к переходу через линию фронта в направлении Панское, Беззаботный, Ивановка, Совкино, Марьино. Под гул артиллерийской и минометной стрельбы мы вышли на передний край. На ничейной полосе стеной стояла рожь. Федя пополз через поле. Рожь, где он двигался, колыхалась чуть сильнее… Медленно тянулось время. Прошло более суток. Вернулся Федя. Стоит перед нами, такой же веселый, только грязный и посеревший от усталости. Данные принес очень важные. Точно показал расположение вражеской артиллерии, окопанные танки противника, пункты боеприпасов. По ним хорошо «сработали» наши артиллеристы…

Потом наш юный разведчик стал частым «гостем» в расположении гитлеровцев. Федя хорошо знал, когда они обедают и ужинают, где остаются в это время дежурные у огневых точек, куда уходят остальные и многое другое, без чего невозможно «путешествовать» по боевым порядкам врага. Во второй половине августа Федя получил очередное задание и ушел в расположение противника. Не появлялся долго. Мы заволновались: не случилась ли с ним беда? Обычно Федя был очень дисциплинированным и всегда возвращался в срок. Шли пятые сутки… Федя вернулся на шестые и рассказал, что он увидел в лесах западнее Ельни.

…Расположившись в кустах, юный разведчик насчитал до сорока фашистских танков. Зашел с другой стороны – насчитал пятьдесят. В это время его и схватили гитлеровцы, потащили в штаб. Федя не струсил. Он хорошо заучил свою роль, знал, что говорить в случае провала. Из-за отсутствия улик его отправили на кухню чистить картошку, откуда пареньку удалось сбежать. Федя принес ценнейшие сведения. В частности, он подтвердил, что на этом участке находится дивизия СС и несколько других подошедших частей противника.

В начале сентября мы перешли в наступление. В боях на окраине Ельни я был ранен, отправлен в госпиталь и потерял связь с Федей…» Федя не хотел расставаться с фронтом. Партизанил, выполнял задания по сбору оружия, словом, делал все, что нужно было для уничтожения фашизма. В партизанском отряде Журавлева выполнял задания до декабря 1943 года. А 2 декабря партизаны соединились с регулярными войсками Красной Армии.

Чайка Теберды

Вспоминает писательница Мария Прилежаева: «Путешествуя в своей жизни порядочно и по воде, и по суше, я никогда не бывала в таком живописном месте, как Теберда. Наконец осенью 1971 года собралась.

Нам не повезло: яркий день, с утра весь синий, оранжевый, к обеду нахмурился, наползли на небо тучи, горы укутались плотным туманом, и стало ясно, что красот кавказских нам не видать, – не повернуть ли обратно? Однако поехали дальше. И тут одно впечатление резко и сильно поразило меня.

В Тебердинском ущелье над озером Кара-Кель (в переводе на русский – Черное озеро, действительно черное, так оно глубоко и густо настояно опадающей хвоей) мы увидели под великанской пихтой скульптуру девочки.
– «Чайка Теберды», – сказали нам.

Так прозвали в Теберде Галю Пеплет. В первые месяцы войны она эвакуировалась на Кавказ из Крыма вместе с детским костнотуберкулезным санаторием, где ее мать работала врачом.

Отважная Галя излазила все окрестные горы, добывая для прикованных к постелям больных ребятишек цветы и ягоды, сосновые шишки, а повезет, так и ежика. Когда осенью 1942 года фашисты ворвались в Теберду, санаторий не успел вторично эвакуироваться. Немецким командованием была послана сюда отборная горнолыжная дивизия «Эдельвейс» с заданием выйти через Клухорский перевал по Военно-Сухумской дороге к морю. Как предупредить о замысле врага партизан? Кому доверить это смертельно опасное и абсолютно тайное поручение? Кто может уйти в горы, не вызывая подозрения у фашистов? Галя – ведь она постоянно бегает в лес. «Галя, иди!» Каково было матери сказать это: «Галя, иди!» Сказала. И Галя пошла.

Был осенний, угрюмый, туманный, сырой, гудящий от ветра, стонущий лес. Ночной лес. Тропки ослизли от дождей. Галя падала, ползла, поднималась, карабкалась выше. Может быть, плакала от усталости и страха: ведь боязно в глухом лесу одной. Добралась до партизан, предупредила… Дивизия «Эдельвейс» была сброшена с Клухорского перевала, не допущена к морю.

Скульптура над озером Кара-Кель будет вечно рассказывать людям о девочке, которая совершила воинский подвиг, заплатив за него жизнью: фашисты проведали о связи ее с партизанами, Галю расстреляли. Сначала мать на глазах девочки, потом ее…»

Зигис Пукинский

Летом 1943 года в помещении центрального Комитета ВЛКСМ паренек из Латвии собственноручно написал: «Я, Пукинский Зигис Робертович, родился 12 сентября 1927 года в Риге, в семье рабочего. Отец был грузчиком порта и с 1934 года состоял в Коммунистической партии Латвии. 27 июня 1941 года наша семья эвакуировалась в Ярославскую область, где работала в колхозе. 25 августа 1941 года я с отцом добровольно вступил в 201-ю Латышскую стрелковую дивизию. Отец в дивизии в последнее время являлся комиссаром батальона, а я служил во взводе музыкантов. В боях под Наро-Фоминском отец мой погиб, а я заболел и был направлен в госпиталь. Там познакомился с одним танкистом, который взял меня с собой в часть. Там я выучился башенным стрелком, участвовал в боях, был ранен, снова был в госпитале. Имею звание старшего сержанта, награжден медалью «За боевые заслуги».

Обратите внимание: в неполных 14 лет Зигис добровольно уходит на фронт, юнцом, почти ребенком, удостаивается воинского звания и боевой награды. А биографию писал он в здании ЦК ВЛКСМ лишь потому, что добивался отправки в тыл врага. Сохранилось последнее исьмо, которое перед вылетом на «купированную территорию Зигис послал матери. «Дорогая мама! Спасибо тебе за хорошие письма, я тебя очень люблю. Я рад, что у меня такая мама, что у меня был такой папа, которым я могу гордиться. Я даю тебе слово, что тебе не придется краснеть за меня. Может быть, скоро я буду близко от наших родных мест и не смогу тебе писать. Ты понимаешь, что это значит? Но помни, мама, я иначе поступить не мог».

С группой партизан, которыми командовал Владимир Маркушенко, Зигиса на парашюте сбросили с самолета у местечка Межениеки Бауского уезда. Шпики и агенты гестапо, наводнившие здешнюю округу, напали на след десанта. После жесточайших пыток оборвалась жизнь юного героя – Зигиса Пукинского, до конца сохранившего верность воинской присяге.

Юные партизаны Латвии

Геройски проявила себя в годы войны семья крестьянина деревни Заборье Лудзенского уезда Михаила Грома. Старшие его сыновья – Михаил и Петр с первых дней фашистского нашествия ушли в Красную Армию. Вместе с женой Анастасией Марковной и детьми Ниной, Александром, Евгением и Леонидом глава семьи подался к партизанам, Леньке тогда едва минуло тринадцать. Парнишка оказался настолько смышленым, что был зачислен в разведку Латышской партизанской бригады.

Вместе с легендарным Имантом Судмалисом он участвовал в знаменитой Вецслабадской операции, во время которой народные мстители разгромили созданное гитлеровцами волостное управление, полицейский участок, частично вывезли, а частично уничтожили большие запасы зерна, подготовленные для отправки в Германию. Ленька Гром находился рядом с Имантом Судмалисом и тогда, когда тот в форме немецкого офицера ворвался в Рунденскую волостную управу и сжег списки мирных жителей, которых оккупанты намеревались угнать на фашистскую каторгу.

Латышские партизаны гордились и другим своим сыном — юным разведчиком Брониславом Подскочим. Его отец, активист Букмуйжской волости, в рядах 202-й Латышской стрелковой дивизии сражался под Москвой и геройски погиб. А сын тем временем подбирал в своем озерном крае гранаты, мечтая взорвать мост. Из этой детской затеи ничего, разумеется, не получилось. Полицейские поймали его за недозволенным занятием и жестоко выпороли. Паренек удрал в лес к партизанам.

Сначала его сделали связным. Подсадят на лошадь (сам он не мог на нее взобраться) и под видом пастушонка отправят с заданием в окрестные деревни и хутора. Бронислав поражал всех отличной памятью. Тогда и зародилась мысль сделать его разведчиком. Из белорусских лесов он добирался до железнодорожных станций на линии Даугавпилс – Резекне и запоминал наизусть расписания поездов. Ходит по перронам с лукошком, а коли задержат – твердит одно: иду к бабушке в Прейли. В лукошке – хлеб, мясо, нитки, а под ними – магнитная мина. Выполняя задание партизанского командования, парнишка подкладывал мину под рельсы либо в груженый железнодорожный состав и только после того, как раздавался взрыв, возвращался на базу.

Во время одной из карательных операций против народных мстителей создалась трагическая ситуация: у балтийского моряка Михаила Рушева, командовавшего партизанским пулеметным расчетом, погиб второй номер. Заряжающего заменил Бронислав. Он успевал не только подавать ленты, но и автоматными очередями отбиваться от наседавших врагов.

Сколько лет было в ту пору юному партизану, можно судить по тому, что после изгнания фашистов с латвийской земли партизаны проводили своего любимца в ремесленное училище.

Хочется рассказать и ещё об одном юном партизане. Во время военных операций он был настолько мал ростом, что никак не мог сладить с тяжелой винтовкой. Партизаны специально раздобыли для него карабин – он короче и легче. Вот выписка из наградного листа, датированного сентябрем 1944 года. «Товарищ Поздняев Федор Ермолаевич, 1930 года рождения, 31 марта 1944 года при схватке отряда с карателями уничтожил из карабина одного офицера и трех вражеских солдат… Поздняев – отважный, серьезный и исключительно исполнительный партизан, который, несмотря на свою юность, неоднократно показывал другим партизанам примеры дисциплинированности и бесстрашия».

Санитарка Люда Солодухина

21 июня 1941 года ей исполнилось тринадцать лет, а через несколько часов началась Великая Отечественная война… От Невской Дубровки, от знаменитых Синявинских болот под Ленинградом, где насмерть стояла героическая 86-я стрелковая дивизия, почти до Берлина прошла за четыре года войны воспитанница 14-го отдельного медико-санитарного батальона Люда Солодухина. Ее ратный Путь отмечен несколькими правительственными наградами. Тысячам раненых оказала умелую помощь эта мужественная девочка. Круглосуточные дежурства около перенесших тяжелые операции бойцов, введение противостолбнячных прививок прибывающим днем и ночью в медсанбат раненым, заполнение медкарт, помощь хирургам при операциях…

Убедительнее всяких слов свидетельствуют о подвиге юной ленинградки бесценные документы, бережно хранящиеся в семье Людмилы Георгиевны Копниной (Солодухиной). «Дорогой товарищ Солодухина Людмила Георгиевна! Приказом № 271 Верховного Главнокомандующего Маршала Советского Союза товарища Сталина Вам объявлена благодарность за участие в овладении городом Эльбинг – мощным опорным пунктом обороны немцев на подступах к Данцигской бухте в Восточной Пруссии.

Ваше мужество и отвага, беспредельная любовь к Отечеству сломили упорное сопротивление заклятого врага. Немцы понесли новое крупное поражение. Все ближе наша окончательная победа. Советская Родина никогда не забудет Ваших подвигов в этих боях за полный разгром немецко-фашистских мерзавцев.Горячо поздравляю Вас с полученной благодарностью. Выражаю уверенность, что Вы будете еще крепче бить врага, покроете ещё большей славой боевое знамя нашей части, заслужите новую благодарность великого Сталина.       .

Командир войсковой части (подпись)
Полевая почта № 67748».

продолжение

Из книги “Медаль за бой, медаль за труд”, составитель В. Караваев, М., “Молодая гвардия”, 1975 г.