Продвижение России в Среднюю Азию вызвано было теми же причинами, что и стремление захватить Крым. Весь XVIII век русские только отбивались от набегов работорговцев из среднеазиатских ханств и от вторжений кочевых племен.

Городки и крепости Оренбургской линии, блестяще описанные Пушкиным в «Капитанской дочке», – типичные крепости на рубежах России. Башкиры и казахи совершают набеги на русские поселения с теми же целями, что и крымские татары: крадут или захватывают людей, продают их в государства Средней Азии. Государств этих три: Кокандское ханство в Фергане и Бухарское и Хивинское ханства.

Численность оседлых жителей Кокандского ханства не превышает 4 млн. человек. В Бухаре проживает не более 3 млн. человек, в Хиве – не более полутора миллионов. Абсолютное большинство из них – до 95 % – крестьяне. Почти все они прозябают в чудовищной нищете. Остальные – ремесленники и купцы, сосредоточенные в столицах ханств.

Все три ханства – неограниченные монархии, словно сошедшие со страниц сказок «Тысячи и одной ночи». Невероятная, показная пышность одежд ханов и их приближенных, гаремы, верблюды, глинобитные и каменные крепости, минареты, пение муэдзинов, барханы, джейраны, караваны. Экзотика! Темная сторона этой «экзотики» – дикий произвол правителей, устрашающая жестокость. Обыденная часть повседневной политики – бесправие и рабство населения.

Великий таджикский писатель Садриддин Айни описал свое детство, проведенное в Бухаре. Со страниц его воспоминания ярко предстает восточный город с высокими стенами домов, образующих кривые улочки, с горами нечистот, устрашающей антисанитарией и совершенно обыденной работорговлей. Все знают, на каких именно рынках и в какое время продают рабов, сколько стоит раб и куда каких рабов следует вывозить, чтобы заработать на этом занятии. Точно так же, как знают, когда собирать урожай винограда и алычи, и как надо делать саман.

И даже эти ханства – еще самая цивилизованная, культурная часть Средней Азии. Казахи, киргизы и туркмены живут родовым строем, у них только зарождается государство. Кочевники то мирно торгуют с оседлыми, то нападают на них, когда скот гибнет от бескормицы, есть нечего и торговать тоже нечем. Они же охотно торгуют рабами: теми, кого привезли из русских земель, и пойманными в государствах-оазисах. Садриддин Айни в романе «Рабы» очень хорошо описал, как шайки людокрадов ловили крестьян и горожан прямо в загородных садах, заковывали в цепи и увозили в другие области Средней Азии или в Персию.

Самый большой из кочевых народов – казахи делились на три жуза, то есть орды. Старший жуз – на юго-востоке, в Семиречье, Средний – в центральном Казахстане и Младший – на западе страны. В 1731 году хан младшего жуза Абулхаир принял русское подданство. В 1740 году стали принимать русское подданство ханы и султаны Среднего жуза.

Причины две. Первая: Россия стала основным потребителем скота и продуктов скотоводства. В России можно было получить хлеб, которого в степях всегда не хватало. Вторая причина в том, что над казахами нависла угроза завоевания со стороны Джунгарского ханства. Во время походов начала 1720-х годов джунгары завоевали земли Старшего жуза и часть земель Среднего. Джунгары грабили, отбирали скот, угоняли казахов в рабство. Некоторые аулы совсем запустели, потому что при малейшем сопротивлении джунгары истребляли казахов поголовно. Традиция степной войны – истребление врага. Врагом же считался даже младенец в люльке, чтобы не вырос из него мститель.

Восстания казахов, их победы на реке Сарысу в 1726 году и к югу от озера Балхаш в 1729 году вытеснили джунгар из Казахстана. Но угроза нашествия оставалась. В 1741 году джунгары снова вторглись в Казахстан, но, продолжая движение на запад, столкнулись с военными постами: русские ввели войска на территорию новых подданных. Джунгары не приняли боя с регулярной европейской армией и тут же ушли к себе.

Русские запрещали торговлю рабами, не позволяли творить произвол при сборе налогов, ограничивали права султанов и родовых вождей. В 1822 году они ликвидировали власть ханов Среднего жуза, в 1824 году – ханов Младшего жуза. Ханам это совершенно не понравилось. В Среднем жузе восстание против нововведений возглавил султан Касым и его сыновья, Саржан и Кенесары. Кенесары Касимов воевал с русскими до 1847 года, стараясь опереться на Хиву и Бухару. Ханы оседлых государств послали хлеб и оружие, но своих армий не двинули.

Поражение восстаний было совершенно неизбежно, и не только из-за превосходства русских в вооружении и организации. Но и потому, что абсолютное большинство казахов не поддерживало повстанцев: они оставались кучкой феодалов, отстаивавших свои средневековые права.

В 1830 году Старший жуз пошел было под державную руку Коканда, но затем рассудил, что под покровительством русского царя находиться выгоднее. В 1846 году Старший жуз, самый богатый и сильный, присягнул России. В его землях в 1854 году построили типичный укрепленный форпост «Верное». Позже укрепление стало городом Верный (ныне Алматы, в русском варианте – Алма-Ата, то есть «отец яблок»).

«Замирение» казахов позволило задуматься и о том, чтобы завоевать ханства Средней Азии. Экономической необходимости в этом не было ни малейшей. Наоборот, война заставляла нести новые расходы. Однако надо было обезопасить свои новые рубежи. Казахская степь проходима во все стороны точно так же как Русская равнина и как равнины Сибири. Поэтому были поставлены укрепленные пункты в Казахстане. Оренбург и другие города Предуралья оказались в глубоком тылу. Но ведь и новая граница нуждается в надежной защите…

Другая причина красочно описана в книге К. Е. Мейендорфа «Путешествие из Оренбурга в Бухару». В 1834 году он добрался до Хивы и Бухары, лежащих в оазисах и отделенных от других стран поясом страшных пустынь. В этих государствах было немало русских рабов. Впрочем, почему только русских? После взятия генералом Михаилом Дмитриевичем Скобелевым Хивы среди русских рабов оказались люди с именами Фарид и Юсуф, пойманные детьми «где-то на Волге». «От 500 до 600 русских томятся в рабстве: они были проданы киргизами или туркменами, захватывающими потерпевших кораблекрушение рыбаков на восточном берегу Каспийского моря, или хивинцами».

Офицер русской службы Егор Казимирович Мейендорф пишет, что «участь рабов в Бухаре внушает ужас. Почти все русские жаловались на то, что они… измучены побоями. Я видел одного раба, которому его хозяин отрезал уши, проткнул руки гвоздями, облил их кипящим маслом и вырезал кожу на спине, чтобы заставить его признаться, каким путем бежал его товарищ.

Большая часть русских невольников… содержались в заключении и работали с кандалами на ногах в продолжение нескольких недель нашего пребывания в этом городе. Лишь один из них сумел присоединиться к нам верстах в ста от Бухары после 18-дневного скитания по пустыне. В течение этого времени он поддерживал себя только водой и мукой. …Я не могу описать бурного восторга десятка русских невольников, которых мы выкупили в Бухаре и во время пути» (Мейендорф Е.К. «Путешествие из Оренбурга в Бухару», М.: Наука, 1975, с. 145.).

Далее Егор Казимирович рекомендует русскому правительству «задержать по всей империи хивинцев и бухарцев с их товарами», чтобы «вернуть на родину, в круг родных, к своей вере тысячи людей, исторгнутых из пределов России». Этой рекомендации, рекомендации одного из своих генералов, Российская империя не приняла: хивинских и бухарских купцов не задержали. Но почему Российская империя стремилась завоевать гнезда работорговли, уже ясно.

Первый хивинский поход 1839-1840 годов Оренбургского генерал-губернатора В. А. Перовского оказался крайне неудачен. 14 ноября 1839 года на войну вышел отряд из 5 тысяч человек и 20 орудий. Для похода выбрали зиму, чтобы избежать убийственной для европейцев жары. Но континентальный холод убивал ничуть не меньше: во время перехода половина отряда погибла от холода, и большая часть верблюдов – от изнурения.

В 1860 году Кокандское ханство объявило газават (войну) по отношению к Российской империи. Это вызвало движение русской армии на Фергану. Картины Верещагина «Нападают врасплох» и «У крепостной стены» как раз о реалиях этой войны. В 1865 году, после взятия Ташкента, ханство стало вассалом Российской империи. И тогда вспыхнуло восстание мусульман, которые собирались продолжить «газават» до победного конца, независимо от капитуляции государства.

Уже после разгрома войска хана часть его подданных продолжала воевать. Именно в это время (а не в Гражданскую войну, как мы полагаем) появились «басмачи»: от слова «басмак» – атаковать, нападать. Сами себя басмачи называли «армией ислама». В 1868 году Бухара подписала с Российской империей договор, по одному их пунктов которого Бухарское ханство возвращает в Россию всех русских рабов, которые не приняли ислама.

Как же реагировала Европа? Европа осталась совершенно равнодушна и к судьбе русских, а также татарских, армянских и грузинских рабов, и к операциям по их освобождению. Вспомним, у Генриха Сенкевича судьба европейских детей, захваченных в рабство, вызывает величайшее сочувствие. Освободить их – доблесть и заслуга. Европа «увидела» только одно: российская империя реально угрожает «интересам» Британской империи.

Действительно, в интересы Британской империи уже входило полмира! К Средней Азии с юга, из Индии, двигались отряды британцев. До среднеазиатских походов у Британии не было конкурентов, и ничто не угрожало их планам. Можно было даже не торопиться: спокойно и последовательно «разобраться» сначала с Афганистаном, потом двинуться в Фергану и в другие ханства… А тут появилась Россия! В представлении британцев, это выглядело как вырывание куска, на который уже разинул пасть британский лев. Монополия нарушена. Британия вынуждена была признать русские завоевания в Средней Азии. С Россией приходится договариваться, черт возьми!

В 1873 году между Российской и Британской империями достигнуто соглашение «о буферном поясе в Средней Азии», которое «устанавливало северную границу Афганского эмирата». Две европейские империи попросту решали, где должны проходить границы других государств, например, Афганистана. В 1880-1881 годах Скобелев присоединил Туркмению. После этого в 1885 году Российская и Британская империи едва не начинают военные действия – русские и афганские войска столкнулись около Кушки. Британцы считали Афганистан своей «зоной влияния».

22 июня 1887 года был подписан Англо-русский протокол об установлении Афганской границы. В 1907 году Российская империя официально признала Афганистан «лежащим за пределами сферы ее интересов». В том же году Российская и Британская империи разделили Персию на три зоны. В южной зоне господствовала Британия, в северной – Россия. Средняя зона была признана «областью столкновения интересов». Сформулировано просто. Но со вкусом.

По материалам книги В. Медынский «О русском рабстве, грязи и «тюрьме народов», М.: ОЛМА Медиа Групп, 2008, с. 320 – 327.