Первой женой Иосифа Джугашвили стала юная грузинская девушка Екатерина (Като) Сванидзе. Иосифу тогда исполнилось всего 26 лет, но у него уже была репутация пламенного революционера. Правда, средства, которыми большевики достигали цели, оказались кровавыми – смерть и разрушения шлейфом тянулись за ними… Но в те времена это только придавало ореол романтиков этим мрачным и беспощадным молодым людям, прошедшим ссылки, тюрьмы, побеги…

Они считали себя благородными рыцарями – например, Иосиф Джугашвили придумал себе прозвище Коба – в честь литературного героя, разбойника, грабившего богатых и отдававшего деньги бедным. 16-летняя Като была сестрой такого же фанатичного революционера Александра Сванидзе. В 1904 году Иосиф и Като обвенчались и поселились в маленькой бедной комнатушке. При этом через руки Джугашвили проходили огромные средства, экспроприированные у богачей – но все они отправлялись на нужды партии.  Сам Коба дома практически не появлялся – слишком сложная и напряженная у него жизнь, в которой все подчинено служению революции, но отнюдь не семейному очагу и любимой женщине, которая жила в страшной нищете.

В 1907 году у супругов родился сын Яков. Жизнь Като стала еще тяжелее, и она, надорванная родами, заболела тифом. У мужа не было денег на лечение. Ослабший организм не справился с болезнью, и Като умерла… Иосиф искренне переживал ее смерть, и по свидетельствам очевидцев, стал с удвоенной яростью уничтожать своих врагов. А маленький Яков оказался в семье родителей Като, у которых прожил до 14 лет… Заботу о ребенке взяли на себя сестра Екатерины Сванидзе Александра и брат Алеша вместе со своей женой Марико. Все они жили в селении Бадзи под Кутаиси. Мальчик рос в любви и ласке, как часто бывает, когда ближайшие родственники стараются компенсировать отсутствие отца и матери.

И.В. Сталин

И.В. Сталин

Со своим старшим сыном Яковом Сталин не виделся 13 лет. Последний раз перед долгой разлукой он видел его в 1907 году, когда умерла мать Якова – Екатерина Сванидзе. Их сыну тогда не было еще и года. Сталину, женившемуся на Аллилуевой, было не до сына, и Яков пробивал себе дорогу в жизни сам, лишь изредка отец помогал ему деньгами. Своего первенца Иосиф Сталин вновь увидел только в 1921 году, когда Якову было уже 14 лет. Он жил в семье отца, учился в электротехнической школе. Но отношения с отцом не заладились, конфликты случались постоянно.

Яков Джугашвили

Яков Джугашвили

В 18 лет Яков решил жениться. Сталин был, конечно же, категорически против столь раннего брака, тогда Яков решил застрелиться, но пуля прошла навылет. У него оставался после этого случая шрам на груди. Парень после долго болел. Отец просил передать, что он «хулиган и шантажист», но все же позволил ему поступать, как тот хочет. Однако брак вскоре распался… От связи с Ольгой  Голышевой Яков имел сына Евгения.

Я. Джугашвили окончил электромеханический факультет Института инженеров путей сообщения и железнодорожного транспорта. Второй раз он женился в 1936 году на балерине Юлии Мельцер. По совету отца Яков в это же время поступил в Артиллерийскую академию РККА. В 1938 году в семье Якова родилась дочь Галина.

23 июня 1941 года Яков Джугашвили отправился на фронт. С отцом он увидеться не успел. Он лишь позвонил ему по телефону и услышал благословение: «Иди и воюй». С фронта Яков не успел отправить ни одной весточки. У дочери Галины Джугашвили хранится единственная почтовая карточка, направленная отцом жене Юлии из Вязьмы по пути на фронт. Она датирована 26 июня 1941 года: «Дорогая Юля. Береги Галку и себя. Скажи ей, что папе Яше хорошо. При первом удобном случае напишу более пространное письмо. Обо мне не беспокойся, я устроился прекрасно. Весь твой Яша».

Яков Джугашвили, предвоенное фото

Яков Джугашвили, предвоенное фото

11 июля 1941 года немцы ворвались в Витебск. В результате сразу три наши армии оказались в окружении. В их числе 14-й гаубично-артиллерийский полк 14-й бронетанковой дивизии, в котором командиром 6-й батареи служил старший лейтенант Яков Джугашвили. Согласно общепринятой версии, 16 июля 1941 года после боя под Лиозно при попытке выйти из гитлеровского окружения в руки к немцам попал такой козырь, о котором они и мечтать не могли – старший сын Сталина – Яков.

Разумеется, советское командование о Якове Джугашвили не забыло. Все знали, что случится с командиром любого ранга в случае гибели или пленения сына Сталина. Поэтому приказ командира дивизии полковника Васильева начальнику особого отдела взять Якова в свою машину при отступлении был жестким. Но Яков не был бы самим собой, если бы не отказался от этого предложения. Узнав об этом, комдив Васильев вновь приказывает, несмотря ни на какие возражения Якова, вывезти его на станцию Лиозно.

Как следует из донесения начальника артиллерии, приказ был выполнен, однако в ночь с 16 на 17 июля, когда остатки дивизии вырвались из окружения, Якова Джугашвили среди них не оказалось. Георгий Жуков приказал немедленно выяснить и донести в штаб фронта, где находится старший лейтенант Джугашвили Яков Иосифович. Искали его или нет, мы вряд ли узнаем. Но каждый старался оправдаться или свалить все на соседа. Приказ – доложить о результатах поиска Якова Джугашвили – исполнили лишь 24 июля.

Сведения от мотоциклистов, посланных на поиски Якова, выглядели, как попытка окончательно запутать ситуацию: группа во главе со старшим политруком Гороховым якобы встретила у озера Каспля красноармейца Лапуридзе. Тот рассказал, что выходил из окружения вместе с Яковом. 15 июля они переоделись

в гражданскую одежду и закопали свои документы. Убедившись, что немцев поблизости нет, Яков решил передохнуть, а Лапуридзе пошел дальше и встретил ту самую группу мотоциклистов. Старший политрук Горохов, как бы не понимая, кого он ищет, возвратился назад, решив, что Джугашвили уже вышел к своим. Звучало все это не очень убедительно.

Ситуация более-менее прояснилась благодаря письму близкого товарища Якова Джугашвили – Ивана Сапегина. Письмо было отправлено брату Якова Василию Сталину 2 августа 1941 года. «…Я – полковник, который был у вас на даче с Яковом Иосифовичем в день отъезда на фронт. Полк попал в окружение. Командир дивизии бросил их и уехал с боя на танке. Проезжая мимо Якова Иосифовича, он даже не поинтересовался его судьбой, а сам в танке прорвался из окружения вместе с начальником артиллерии дивизии. Иван Сапегин».

Немецкая листовка с фото Я. Джугашвили

Немецкая листовка с фото Я. Джугашвили

…Оглушительная новость пришла 13 августа. В политотдел 6-й армии Южного фронта была доставлена немецкая листовка. На ней значилось: «Разбросана в Никопольской области 13 августа 1941 года. Начальник политотдела, бригадный комиссар Герасименко». На листовке была помещена фотография небритого мужчины в красноармейской шинели в окружении немецких солдат. Текст гласил: «Это Яков Джугашвили, старший сын Сталина, командир батареи 14-го гаубичного артиллерийского полка 14-й бронетанковой дивизии, который 16 июля сдался в плен под Витебском вместе с тысячами других командиров и бойцов. Следуйте примеру сына Сталина, переходите и вы!»

О том, что Яков в плену, немедленно доложили Сталину. Для него это был очень сильный удар. Ко всем бедам начала войны добавилась еще и эта, личная. А немцы продолжали свою пропагандистскую атаку. В августе появилась еще одна листовка, где воспроизводилась записка Якова отцу, доставленная Сталину дипломатическим путем: «19 июля 1941 года. Дорогой отец, я в плену, здоров. Скоро буду отправлен в один из офицерских лагерей в Германии. Обращение хорошее. Желаю здоровья. Привет всем. Яша».

Немецкие офицеры допрашивают Якова Джугашвили

Яков Джугашвили (?) на допросе

На советские войска и прифронтовые территории продолжали сбрасываться тонны листовок, на которых сын Сталина был изображен рядом со старшими офицерами вермахта и германских спецслужб. Под фотографиями стояли призывы складывать оружие. Никто тогда не замечал, что на каких-то фотографиях свет падает с одной стороны, а тень в другую, что китель у Якова застегнут на левую сторону, по-женски. Что в жарком июле Яков почему-то стоит в шинели. Что ни на одной из фотографий он не смотрит в камеру…

31 мая 1948 года в немецкой Саксонии при разборке архивов советская военная переводчица Прохорова обнаружила два листа бумаги. Это был протокол первого допроса Якова Джугашвили 18 июля 1941 года. «Так как у военнопленного никаких документов обнаружено не было, а Джугашвили выдает себя за сына Председателя Совнаркома СССР Иосифа Сталина-Джугашвили, то ему было предложено подписать прилагаемое при этом заявление в двух экземплярах. Джугашвили владеет английским, немецким и французским языками».

Что это был за человек, протокол допроса которого нашла военная переводчица? Был ли это действительно Яков Сталин или кто-то, выдававший себя за сына вождя и таким образом надеющийся на смягчение участи в немецком плену?

В протоколах допросов сплошные клише. Из них следует, что Яков отказался от сотрудничества с немцами. Его отправили в Берлин в распоряжение департамента Геббельса. Надзор за пленным сыном Сталина осуществляло гестапо. После нескольких неудачных попыток заставить Якова Джугашвили участвовать в пропагандистских акциях его переместили сначала в офицерский лагерь Любек, а затем в концлагерь Хаммельбург.

А вот это выглядит странно. Неужели в Берлине не нашлось места для сына Сталина? Неужели немцы отказались использовать в игре такой козырь, каким, несомненно, являлся сын Верховного главнокомандующего противоборствующей страны? Странно и то, что за 2 года плена немецкие спецслужбы и пропагандисты почему-то не сняли ни одного кадра кинохроники, нет и ни одной записи голоса Якова Джугашвили.

Удивительно, что немцы не использовали такую возможность «передать привет» Сталину. Может быть, всё-таки Яков погиб в бою? Интересно, что немецкий медэксперт, осматривавший тело, якобы, Якова, после гибели не отметил на нем не только электроожогов, но и шрама на груди, оставшегося после его выстрела в 1926 г. Напрашивается мысль, что в плену находился другой человек, которого выдавали за Якова Джугашвили. Настоящего сына Сталина немцы бы берегли, как зеницу ока. Но они опасались разоблачения, поэтому «двойника» ликвидировали.

А что же Сталин? Ему предлагали обменять сына на фельдмаршала Паулюса, на что он резко ответил «солдата на фельдмаршала не меняю». Существует мнение, что слова Сталина «Я солдата на фельдмаршала не меняю» выдумал А. Чаковский. Позже Сталин и вовсе опровергал информацию о том, что его сын в немецком плену. Тем самым он оставил Якова на произвол судьбы. Несмотря на такое безразличие, вождь решил, что виновата в пленении Якова его жена Юлия, и с осени 1941 по 1943 гг. она находилась в тюрьме. Отпустили ее только весной 1943, когда «внезапно выяснилось», что она здесь не причем, и когда поведение Якова убедило Сталина, что он не сам сдался в плен.

Вождь прекрасно понимал, что обмен Якова Иосифовича на Паулюса незамедлительно вызвал бы негативную реакцию, как в тылу, так и на фронте, подорвав тем самым обороноспособность страны». Кроме этого, Сталин не мог выдать Гитлеру на расправу ни Паулюса, ни кого-либо из немецких генералов. Как бы немецкие генералы после этого сдавались нам в плен? А немцы Паулюса расстреляли бы без колебаний, поскольку они генералов и за гораздо меньшее расстреливали.

Яков Джугашвили бросился на колючую проволоку

“Яков Джугашвили” в концлагере бросился на колючую проволоку

По одной из версий, в апреле 1943 года Яков (?) мог услышать по радио выступление отца, в котором тот сообщал, что в плену у Гитлера нет советских солдат, а есть только изменники, с которыми надлежит расквитаться по окончании войны. Также он заметил, что его сын не может быть в плену, т.к. никакого сына Якова у него нет. Это был сильный удар и последняя капля…

Похоже, всё же, что мы имеем дело с одной из самых изощренных операций немецких спецслужб. Одним ударом они убивали двух зайцев: держали в напряжении Сталина и ждали группы освобождения у себя в тылу. Действительно, известно о нескольких попытках освободить Якова из плена. Все они окончились неудачами.

Обстоятельства смерти Якова стали известны после войны из обнаруженного письма рейхсфюрера СС Гиммлера министру иностранных дел Риббентропу, а затем из опубликованных показаний охранника особого лагеря «А» в Заксенхаузене Конрада Харфика.

Из показаний Харфика следует, что около 20 часов 14 апреля 1943 года он получил задание запереть дверь в проволочном заборе, разделявшем бараки с военнопленными. Вдруг Яков Джугашвили с криком «Часовой, стреляй!» стремительно бросился мимо Харфика к проволоке, через которую проходил ток высокого напряжения. Харфик какое-то время пытался образумить Якова, но, когда тот все-таки ухватился за проволоку, выстрелил ему в голову с расстояния 6-7 метров. Джугашвили разжал руки и откинулся назад, оставшись висеть на проволоке.

Представьте себе контакт человека с проволокой, по которой проходит напряжение 500 вольт. Смерть от паралича должна наступить мгновенно. Зачем нужно было еще стрелять, причем не в ноги, не в спину, а сразу в затылок? Не означает ли это, что Якова или человека, выдававшего себя за Якова, вначале застрелили, а потом уже бросили на проволоку? Яков был убит сбоку или сзади пистолетным выстрелом, и на проволоку он не бросался.

И почему неожиданная смерть Якова совпала с моментом, когда по линии Красного Креста активизировались переговоры об обмене фельдмаршала Паулюса на Якова Джугашвили? Случайно ли это совпадение? И наконец, почему фотография висящего на проволоке Якова, представленная в уголовном деле Имперского управления криминальной полиции фашистской Германии, такая нечеткая? Почему Якова не показывали иностранным корреспондентам?

Сегодня со стопроцентной уверенностью можно утверждать лишь одно: ушедший 23 июня 1941 года на фронт старший сын Сталина Яков Джугашвили домой не вернулся. Был ли он убит сразу после пленения, вывезен на Запад или просто погиб в бою, теперь вряд ли когда-то будет известно.

Весной 2002 года после официального обращения в Федеральную службу охраны были проведены несколько экспертиз фотографий, листовок и записок Якова Джугашвили. Прежде всего, необходимо было установить авторство записки, якобы написанной Яковом Джугашвили в плену 19 июля 1941 года и адресованной Сталину. Эксперты Центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Министерства обороны располагали подлинными текстами, написанными рукой старшего сына Сталина незадолго до начала и в первые дни войны. Экспертиза выявила 11 несоответствий!

Справка-консультация номер 7-4/02 из заключения экспертов: «Письмо от имени Якова Иосифовича Джугашвили от 19 июля 1941 года, начинающееся словами «дорогой отец», исполнено не Джугашвили Яковом Иосифовичем, а иным лицом. Специалисты Виктор Колкутин, Сергей Зосимов». Но кто тогда изображен на фотоснимках, сделанных немцами в период с июля 1941 по апрель 1943 года? На фотографиях, полученных из немецких архивов, после исследований методом сопоставлений и сканирования были отчетливо зафиксированы следы фотомонтажа и ретуширования.

Судебно-медицинский эксперт Сергей Абрамов: «Вырезалось изображение лица, переносилось на снимок, вместо головы другого человека переносилась эта голова». Промашку допустили немецкие пропагандисты и при монтаже фотографии, где сын Сталина якобы запечатлен на допросе. Если изображение двух немецких офицеров не вызывает никаких сомнений, они настоящие, то фотооблик мужчины, выдаваемого за Якова Джугашвили, не безупречен. Видны следы ретуши, и одет человек очень странно: китель на нем застегнут на левую сторону, по-женски.

Оказывается, при изготовлении этого снимка было использовано зеркальное изображение другой фотографии Якова Джугашвили, а вот перевернуть обратно немецкие спецы забыли. Справка-консультация номер 194/02 из заключения экспертов: «Снимки изготовлены путем фотомонтажа. Изображение головы исследуемого лица перенесено из других снимков и ретушировано. Судебно-медицинский эксперт Сергей Абрамов».

Главный судмедэксперт Министерства обороны Виктор Калкутин утверждал: «Ни в одном, с авторством Якова Джугашвили, ни в другом случае, ни одного достоверного фотоизображения на представленных снимках при криминалистическом исследовании не выявлено».

При написании статьи использованы материалы журнала “Наша история”, № 4 2018, с.22-24.