У Константина Константиновича Рокоссовского была увлекательная жизнь, которая могла бы стать основой для создания шедевра мировой литературы, подобного «Трём мушкетерам». Но, увы, маршалу Рокоссовскому не достался свой Александр Дюма. Хотя, впрочем, возможно, всё ещё впереди.

Путаница в биографии Рокоссовского начинается с момента рождения. День известен точно – 21 декабря, а вот с годом и местом всё не так однозначно. В официальной биографии значился 1896 год, а местом рождения – город Великие Луки. Этот город появился в биографических данных уже после того, как маршал стал дважды Героем Советского Союза. Дело в том, что по закону на родине дважды Героя устанавливался бронзовый бюст. Ставить такой бюст в Варшаве, где на самом деле родился Рокоссовский, было не слишком корректно. В итоге выбрали Великие Луки.

Год рождения в разных анкетах тоже указан разный – где-то 1896-й, а где-то 1894-й. 100-летие маршала официально отметили всё-таки в 1996 году. Настоящее отчество Константина Рокоссовского – не Константинович, а Ксаверьевич. Его отец, обедневший польский дворянин, работал на железной дороге, мать, белоруска по национальности, была учительницей. Когда Рокоссовский стал известным советским полководцем, биографию скорректировали, убрав из неё упоминание о дворянстве – любимый маршал должен был быть ближе к народу.

Впрочем, «ближе к народу» Костя стал очень рано, в шесть лет, когда умер отец. В 15 лет будущий маршал стал круглым сиротой, а из близких родственников у него осталась лишь сестра, с которой он потеряет связь с началом Первой мировой войны на долгих тридцать лет.

К.К. Рокоссовский - мл. унтер-офицер 5-го Каргопольского драгунского полка

К.К. Рокоссовский – мл. унтер-офицер 5-го Каргопольского драгунского полка 5-й кавалерийской дивизии, Северо-Западный фронт

С началом войны в 1914 году молодой Костя Рокоссовский добровольцем поступает в 6-й эскадрон 5-го Каргопольского драгунского полка 5-й кавалерийской дивизии 12-й армии. На войне Рокоссовский зарекомендовал себя как кавалерист смелый и решительный, был отмечен наградами. Там же, на фронте, он сблизился с революционерами, с которыми в декабре 1917 года из распавшегося драгунского полка перешёл в Красную Гвардию. К августу 1918 года красный кавалерист Рокоссовский дослужился до командира эскадрона 1-го Уральского имени Володарского кавалерийского полка.

Командир 35-го кавалерийского полка Константин Рокоссовский (в центре)

Командир 35-го кавалерийского полка Константин Рокоссовский (в центре)

Рокоссовский был не только умелым командиром, но и непревзойдённым мастером конного боя. 7 ноября 1919 года красный командир сошёлся в поединке с заместителем начальника 15-й Омской Сибирской стрелковой дивизии армии Колчака, полковником Вознесенским. Удар шашки Рокоссовского стал смертельным для белогвардейца.

Рокоссовский никогда не жалел себя. В 1921 году полк под его командованием разгромил 2-ю бригаду генерала Резухина из Азиатской конной дивизии барона Унгерна. В том бою Рокоссовский был тяжело ранен. За победу в данном сражении он был награждён орденом Красного Знамени.

По окончании Гражданской войны, в 1923 году, молодой, но перспективный военный женился на Юлии Барминой, дочери обедневшего купца из Троицкосавска. Она останется его супругой до самого конца, хотя их отношения нельзя назвать простыми и безоблачными. Родные маршала вспоминают, что Константин Константинович всегда тянулся к домашнему уюту, но служба не позволяла ему жить подобной жизнью.

С женой Юлией Петровной

С женой Юлией Петровной

В 1924 году Константин Рокоссовский стал слушателем Кавалерийских курсов усовершенствования командного состава, где вместе с ним учился ещё один человек, которому предстояло сыграть великую роль в истории страны, – Георгий Жуков. Интересно, что по карьерной лестнице Рокоссовский поднимался быстрее – в 1930 году он командовал 7-й Самарской кавалерийской дивизией, в которой Жуков под его началом служил комбригом.

Константин Константинович вспоминал: «В самом начале 30-х годов наши пути сошлись в Минске, где мне довелось командовать кавалерийской дивизией в корпусе С.К. Тимошенко, а Г.К. Жуков был в этой же дивизии командиром бригады». В характеристике Жукова Рокоссовский, отмечая все его достоинства, обращал внимание и на негативные черты: «По характеру немного суховат и недостаточно чуток. Обладает значительной долей упрямства. Болезненно самолюбив». Для Рокоссовского, в одной из характеристик которого того же периода значилось, что он «в отношении подчиненных недостаточно требователен».

Блестящая военная карьера Рокоссовского, как и многих других военных, прервалась во время «Большого террора». В июне 1937 года его исключили из партии, в июле уволили из РККА, а в августе арестовали по обвинению в связях с польской и японской разведкой (Рокоссовский долгое время служил в Забайкалье и был кавалерийским инструктором в Монголии).

Он угодил в машину террора в самый разгар репрессий и, казалось, был обречён. Однако признавать свою вину Константин Константинович не стал и на товарищей показаний не дал. О том, что происходило с ним в тюрьме, маршал впоследствии говорить не любил, бросая коротко: «Если за мной ещё раз придут, живым не дамся».

После смены руководства НКВД и прекращения «Большого террора» начался пересмотр многих дел. В условиях надвигающейся войны стране необходимы были грамотные военные кадры, и власти возвращали из мест не столь отдалённых тех, кого ещё можно было возвратить. По ходатайству Тимошенко, наркома обороны, 22 марта 1940 года Константин Рокоссовский был освобождён из ленинградского следственного изолятора «Кресты», реабилитирован и полностью восстановлен в правах. Вскоре ему было присвоено звание генерал-майора. После отпуска Рокоссовский был назначен командиром 5-го кавкорпуса.

Теперь его бывший подчиненный Жуков (командующий Киевским особым военным округом) стал его командиром. По воспоминаниям дочери Георгия Константиновича, бывая в Киеве, комкор Рокоссовский заходил к Жуковым. Константин Константинович говорил о старом приятеле в тот период: «У него всего было через край – и таланта, и энергии, и уверенности в своих силах».

Начало Великой Отечественной войны Рокоссовский встретил в качестве командира 9-го механизированного корпуса в городе Новоград-Волынский. Гитлеровцы сразу почувствовали, что здесь они столкнулись с серьёзным противником. Разгромить силы Рокоссовского и окружить корпус им так и не удалось. Военачальник умело изматывал противника в боях, а отступал только по приказу.

Таких командиров, как Рокоссовский, в начале войны остро не хватало, и генерал превратился в «пожарного». В июле 1941 года ему было поручено наладить оборону в районе Смоленска. При этом генералу выделили группу офицеров, радиостанцию и два автомобиля, а войска он должен был собрать сам, останавливая хаотично отступающие и выходящие из окружения подразделения.

Самое удивительное, что с этой задачей Рокоссовский справился блестяще. Соединение, собранное им, в течение некоторого времени так и называлось – «группа генерала Рокоссовского», пока ему не было присвоено наименование 16-я армия. Сам Рокоссовский за умелые действия был произведён в генерал-лейтенанты.

Пройдёт совсем немного времени, и после окружения в районе Вязьмы Рокоссовскому придётся вновь выполнять ту же задачу – из разрозненных, павших духом частей собирать силу, способную прикрыть Москву. Именно под началом Рокоссовского дрались курсанты военных училищ, бойцы дивизии Панфилова, конники Доватора… В битве за Москву засиял на весь мир талант двух отечественных военных гениев – Константина Рокоссовского и Георгия Жукова.

Жуков и Рокоссовский отныне всё время будут идти рядом, хотя их личные отношения вряд ли можно назвать простыми. «…Мы по-разному понимали роль и форму проявления волевого начала в руководстве», – вспоминал Рокоссовский.

16-я армия под командованием Рокоссовского в тяжелейших условиях при многократном превосходстве сил противника в октябре 1941 года обороняла Волоколамск. Жуков приказал провести расследование, почему 27 октября город все же был занят врагом.

Давая объяснение специальной комиссии, Рокоссовский сказал, что он не отдавал приказа о сдаче Волоколамска, а резервов не выделил, потому что  их просто не было. Он взял под защиту командира 316-й стрелковой дивизии генерал-майора И.В. Панфилова, на бойцов которого пришелся главный удар фашистских войск, ведь его солдаты стояли насмерть. Спецкомиссия признала, что у командира 16-й армии «примиренческое отношение к нарушителям приказа». Рокоссовский вспоминал: «Жест недоверия к подчиненным со стороны такого большого военачальника и в такой обстановке возмутил меня до глубины души».

Командующий войсками Донского фронта К.К. Рокоссовский на боевой позиции в районе Сталинграда, 1942 г.

Командующий войсками Донского фронта К.К. Рокоссовский на боевой позиции в районе Сталинграда, 1942 г.

Рокоссовского возмущала грубость Жукова с подчинёнными. Он считал, что «достоинством военного руководителя в любой обстановке являются его выдержка, спокойствие и уважение к своим подчиненным». Отношения между двумя полководцами оставались натянутыми на протяжении всей войны, хотя судьба сводила их вместе почти на всех ключевых сражениях Великой Отечественной от Сталинградской битвы до освобождения родной для Рокоссовского Польши.

В январе-апреле 1942 года Жуков, командуя Западным фронтом, проводил Ржевско-Вяземскую операцию, завершившуюся неудачей и колоссальными потерями. После этого он два с половиной года координировал действия фронтов в роли заместителя Верховного главнокомандующего, нигде подолгу не задерживаясь.

В 1942 году Рокоссовский на Западном фронте очередной раз спасал операцию под Сухиничами. В марте 1942 года генерал Рокоссовский был тяжело ранен осколком снаряда. Неделю был между жизнью и смертью. На восстановление ушло два месяца, и уже в мае 1942 года он возглавил Донской фронт. При участии Рокоссовского была разработана операция «Уран» по окружению и разгрому 6-й немецкой армии Паулюса под Сталинградом. Именно войска Рокоссовского во исполнение этого плана будут громить взятых в кольцо гитлеровцев, и именно ему сдастся сам немецкий фельдмаршал Фридрих Паулюс.

За операцию под Сталинградом Рокоссовский получил звание генерал-полковника, а сам Сталин начал называть его по имени-отчеству. Подобного обращения, кроме Рокоссовского, удостаивался только начальник Генерального штаба Борис Михайлович Шапошников. Авторитет Рокоссовского вырос неимоверно. Ему, уже в звании генерала армии и командующего Центральным фронтом, удалось отстоять оборонительную стратегию Курской битвы, которая принесла успех советским войскам. Практически во всех операциях, которые проводил Рокоссовский, у него не было поражений.

Жуков, что признают даже его горячие поклонники, ничем существенно не обогатил военное искусство, выигрывал сражения благодаря сверхчеловеческой воле и энергии и готовности не считаться с потерями, особенно проявившейся в ходе Ржевской и Берлинской операций. На каких бы фронтах он ни командовал, всегда нагнетал страх на подчиненных. Редкий его приказ не содержал слова «расстрел». Рокоссовский минимум дважды, перед Курской битвой и операцией «Багратион», предложил нестандартные стратегические решения. К.К. Рокоссовский отличался от многих высших советских полководцев того времени такими ценными человеческими качествами, как простота в общении, тактичность в отношении к подчинённым и способность «не рубить с плеча». Поэтому люди тянулись к нему, и служить с Рокоссовским считалось большой честью и удачей.

К.К. Рокоссовский. Официальный портрет

К.К. Рокоссовский. Официальный портрет

В 1944 году Рокоссовский вместе Георгием Жуковым и Александром Василевским разработал план наступления в Белоруссии – операцию «Багратион». Именно Рокоссовский отстоял идею двух главных ударов во время наступления, позволивших сломить оборону противника и устроить гитлеровцам разгром, сопоставимый с катастрофой, которую пережили советские войска в 1941 году. Фашисты боялись Константина Константиновича и прозвали «генерал-кинжал» за молниеносные рассекающие удары прорыва обороны.

Летом 1944 года войска 1-го Белорусского фронта под командованием маршала Рокоссовского прорвались к предместьям Варшавы, где полыхало антигитлеровское восстание. Позже польские историки будут обвинять советские войска в бездействии и нежелании помочь полякам. Можно только догадываться, какие чувства бушевали в душе у маршала, когда он видел вблизи родной город, которому ничем не мог помочь. Войска были вымотаны, тылы отстали – в этих условиях помочь Варшаве было невозможно. Бросать же своих солдат на бессмысленную смерть никогда не было стилем Рокоссовского.

К осени 1944 года стало ясно, что задача наступления на Берлин и взятия гитлеровской столицы будет поставлена 1-му Белорусскому фронту. Рокоссовский уже размышлял над тем, как её выполнять, когда внезапно поступил приказ Сталина: принять 2-й Белорусский фронт, командование 1-м передать Георгию Жукову. «За что такая немилость?» – спросил Рокоссовский.

Маршалы К.К. Рокоссовский и Г.К. Жуков

Маршалы К.К. Рокоссовский и Г.К. Жуков

«Мне кажется, что после этого разговора между Константином Константиновичем и мною, – вспоминал Г.К. Жуков, – не стало тех теплых товарищеских отношений, которые были между нами долгие годы. Видимо, он считал, что я в какой-то степени сам напросился встать во главе войск 1-го Белорусского фронта. Если так, то это его глубокое заблуждение». Но, несмотря на явное ухудшение отношений, именно Георгий Константинович приложил усилия для воссоединения Рокоссовского с сестрой Хеленой, всю жизнь прожившей в Варшаве и уже 30 лет не имевшей никакой связи с братом.

В чём была причина такого решения Сталина? Честь взятия Берлина вождь решил отдать русскому? Сталин вбивал клин между полководцами? Об этом спорят до сих пор. Но факт есть факт – Берлин брали войска под командованием Георгия Жукова. 2-й Белорусский фронт под командованием Константина Рокоссовского действовал также блестяще, нанеся поражение группировке немцев в Восточной Померании.

Парад Победы в Берлине 7 сентября 1945 г.

Парад Победы в Берлине 7 сентября 1945 г.

Два самых успешных полководца Великой Отечественной войны будут главными участниками Парада Победы 1945 года – Георгий Жуков принимал Парад, а Константин Рокоссовский командовал им. Но после триумфа на Параде обоих героев войны направили подальше от Москвы – Жуков возглавил советскую военную администрацию в Германии, а Рокоссовский – Северную группу войск в Польше. Они встретились только в Варшаве на церемонии подписания 14 мая 1955 года Варшавского договора.

Их личные отношения так и останутся сложными – в 1957 году, когда Жуков попадёт в опалу, Рокоссовский окажется среди тех представителей генералитета, кто выступит против него.

В послевоенной биографии Рокоссовского будет совершенно уникальный период – с 1950 по 1956 год он станет министром обороны Польши и в этой должности сделает многое для реформирования польской армии. Националисты будут называть его «сталинским наместником», а после разоблачения «культа личности» власти Польши добьются у СССР согласия на смещение Рокоссовского с поста. Однако те поляки, которые работали вместе с маршалом, сохранили о нём самые тёплые воспоминания.

По возвращении в СССР Рокоссовский дважды будет занимать пост заместителя министра обороны и до последних дней останется в строю. В декабре 1966 года маршал Константин Рокоссовский станет одним из тех, кто будет нести на своих плечах гроб с останками Неизвестного солдата и опустит его в могилу в Александровском саду. Так великий полководец отдаст последний долг своим бойцам, вместе с которыми он отстоял Москву в 1941-м.

В последний раз Жуков и Рокоссовский встретились в Кремлевской больнице незадолго до смерти Константина Константиновича. После недолгого разговора Рокоссовский сказал старому приятелю: «Прощай, Георгий!» Они обнялись и заплакали. Константина Константиновича Рокоссовского не стало 3 августа 1968 года. Военачальника всего за несколько месяцев погубил рак. Незадолго до своей смерти он закончил книгу мемуаров «Солдатский долг». Прах маршала был похоронен в Кремлёвской стене.

Легенды о маршале

Легенды, связанные с именем маршала Рокоссовского, в первую очередь касаются его побед на любовном фронте. Существует даже байка о том, что после очередного сообщения о любовных похождениях маршала Берия спросил Сталина:
– Что будем делать?
– Что делать? – прищурился Сталин. – Завидовать будем!

Официальная жена у Рокоссовского была одна – Юлия Бармина, которая в 1925 году родила ему дочь Ариадну. Но во время битвы под Москвой Рокоссовский, разлучённый с семьёй, познакомился с военврачом Галиной Талановой. Эта женщина стала фронтовой подругой Рокоссовского на всю войну, и 7 января 1945 года у них родилась дочь Надежда.

Маршал помогал внебрачной дочери, дал ей свою фамилию, хотя после войны вернулся в семью. Рокоссовский ни дочерей, ни внуков друг с другом не знакомил, и правду они узнали уже после смерти маршала. При этом потомки Надежды и Ариадны подружились и наладили добрые отношения.

Ещё одна легенда – это история любви маршала и выдающейся советской актрисы Валентины Серовой. В кругах отечественных деятелей искусства она считается неоспоримым фактом, про неё даже снимают сериалы. Потомки маршала настаивают, что это миф. Серова действительно писала Рокоссовскому письма, в которых выражала надежду на нечто большее, чем простое знакомство, но к тому времени у Константина Константиновича уже были две женщины, и в условиях войны крутить роман с актрисой полководец просто не мог – воевать-то когда? Роман с польской актрисой Александрой Щленской, который не смог подтвердить никто из друзей и знакомых маршала, – это тоже слухи.

Другая легенда о Рокоссовском гласит, что он не сидел в тюрьме, а воевал в Испании под именем Мигеля Мартинеса. Но, несмотря на то, что Рокоссовский и не любил рассказывать о периоде жизни с 1937 по 1940 год, нет ни одного доказательства «испанской версии».