…С первых же часов войны Москва ожидала ударов фашистской авиации. Уже на рассвете комендант Кремля генерал-майор Спиридонов Н.К. ввел на территории Кремля Чрезвычайное Положение (ЧП). Генерал Спиридонов вспоминал: «Я сделал вывод, что в связи с неизбежными налетами фашистской авиации, а также быстрым продвижением врага сохранить тело Ленина в Москве даже в специальном убежище не удастся. Я возбудил вопрос об эвакуации…

26 июня предложение было рассмотрено Политбюро ЦК партии. Я изложил свои соображения и высказался за эвакуацию тела Владимира Ильича в Тюмень. На вопрос Сталина, почему туда, ответил: «Малонаселенный, тыловой город. Нет промышленных и военных объектов. Не привлекает внимание немецкой авиации…»

В Кремль вызвали профессора Збарского Б.И., возглавлявшего группу ученых-бальзаминаторов. Почти два десятка лет они трудились с забальзамированным телом вождя в идеальных условиях, поэтому боялись тряски, перепадов температуры, влажности, яркого света. Эти сомнения были высказаны коменданту Кремля, который убедил все же Сталина в правильности своего решения.

По этому поводу чекист из кремлевской комендатуры Рыбин А.Т. писал: «Сталин молча постоял у саркофага. И тихо сказал, как бы говоря сам с собой:
– Под знаменем Ленина мы победили в Гражданской войне. Под знаменем Ленина мы победим и этого коварного врага».

Поздним вечером 3 июля 1941 года поезд покинул Москву. В одном вагоне находился саркофаг с телом Ленина, в других – взвод охраны, медработники, обслуживающий персонал, их семьи. О степени секретности мероприятия говорит тот факт, что о пункте назначения знали только двое: профессор Збарский Б.И. и начальник поезда полковник госбезопасности Лукин К.П. 13 сентября 1945 года Мавзолей Ленина вновь был открыт.

* * *

Литерные поезда серии «А» совсем не выдумка сталинской эпохи. Да, это правда, в войну Сталин боялся летать на самолетах. В небе тогда господствовала немецкая авиация. Поэтому Президиум Верховного Совета СССР запретил членам Политбюро пользоваться воздушным транспортом на большие расстояния. И вот тогда специалисты вспомнили о литерных поездах.

Немного истории. Дело в том, что первый российский литерный вагон появился еще у Николая Первого. 3 ноября 1836 г. он с императрицей и наследником совершил в восьмиместном купе вагона 1-го класса первую поездку. Потом в 1874 году появился поезд с четырьмя вагонами. Особо выделялся императорский вагон голубого цвета, – он был длиннее других – 36 метров. Со временем состав увеличился до пятнадцати вагонов.

Николай Второй обладал уже несколькими литерными поездами. В нем было предусмотрено практически все для полной жизнедеятельности августейших особ и свиты: отопление и вентиляция, канализация и внутренняя телефонная связь, снабжение водой, опочивальня и салон-столовая, мужской и дамский вагон для царской фамилии. Стены кабинета для царя были отделаны кожей. На окнах – бархатные занавески и светлые шелковые шторы. Передвижение царских поездов проходило в обстановке полной секретности.

В годы Гражданской войны идея литерных поездов была захоронена из-за распространенного бандитизма. По рассказу дочери полковника Лукина Кузьмы Павловича у истоков сталинских литеров стоял именно ее отец… Первый межгосударственный сталинский литер начал действовать в конце 1943 года при подготовке к Тегеранской конференции. Был сформирован особый состав. В него вошли несколько вагонов-салонов, вагон для охраны, штабной вагон с отдельным купе для коменданта поезда, других сотрудников, вагон-гараж на две автомашины, вагон-ресторан и продуктовый. В начале и в конце так называемого литера «А» — платформы с защитными установками и спаренными крупнокалиберными пулеметами.

У вагона-салона не было одного тамбура, за счет чего салон удлинялся. Он являлся бронированным вагоном, а потому весил на двадцать тонн больше обычного вагона. Практически Лукиным было подготовлено три поезда. Перед отправлением основного поезда со станции Николаевка ушел контрольный, на расстоянии перегона, второй локомотив тащил основной – литерный. Третий замыкал состав на расстоянии тоже не дальше одного перегона…

Другая поездка на таком поезде была организована для Сталина, выезжавшего на Ялтинскую конференцию. Она прошла без эксцессов. Единственное, что мешало, – это паровозный дым. В третий раз в Берлин на Потсдамскую конференцию литерный состав тянули американские тепловозы серии Да 20-27 из числа полученных по ленд-лизу. Они были доставлены морем. Сборка проходила в Раменском депо под Москвой. В организации всех этих трех поездок вождя участвовали полковник Лукин К.П. и его помощники – машинисты Виктор Лион и Николай Кудрявкин.

Перед основной поездкой Лион с Кудрявкиным для изучения профиля пути провели пробный поезд по маршруту Москва – Потсдам – Москва. Состав с вождем не ехал, а «плыл» – мягко, без рывков, с остановками «по требованию». Сталин любил короткие прогулки. Лукин вспоминал: «Во время одной из прогулок Сталин подошел к тепловозу.
– Доедем мы на этой машине до Берлина? – спросил он у машиниста Кудрявкина.
– Не только до Берлина, но и обратно в Москву вернемся, товарищ Сталин, – ответил Николай. Потом Сталин направился к паровозу и побывал в кабине машиниста. Там было чисто, даже коврики постелили…

В Потсдам прибыли вечером 16 июля строго по графику, составленному в НКВД. На следующий день около семнадцати часов во дворце Цецилиенхоф открылась международная конференция… При возвращении в Москву, правда, произошла накладка, по независящим от машиниста Лиона причинам, вагон Сталина остановился не точно возле ковровой дорожки. Была дождливая погода, и генералиссимусу пришлось топать к машине по лужам.

Машиниста по этому поводу заставили написать объяснительную записку. Но все обошлось – разобрались наверху. Лукин принимал в этом непосредственное участие. Оказалось, бригада действовала по инструкции, только не по правительственной, а по железнодорожной. Позже машинистам были вручены по ходатайству Лукина медали «За боевые заслуги».

Для обеспечения спецрейса, как писал В. Михайлов в статье «Рейс особого назначения», на всех крупных и узловых станциях заранее готовились и стояли под парами сотни паровозов. Причем не день и не два они стояли. А с ними на круглосуточной вахте находились тысячи машинистов, помощников, кочегаров, поездных диспетчеров, станционных работников всех рангов… Это только по транспортной линии, по ведомству генерала Ковалева (наркома путей сообщения).

Но помимо этого, необходимо было еще обеспечить надежную охрану литерного маршрута. Здесь, разумеется, распоряжались Берия, Абакумов, в целом два ведомства – НКВД и НКГБ, а потом МГБ СССР. В Белоруссии, например, в охране трассы литерных маршрутов участвовало более 80% личного состава работников НКВД. Они стояли через 100-200 метров с двух сторон путей на всех железнодорожных перегонах. Особенно тщательно охранялись мосты. На линии курсировало несколько бронепоездов. Московскому и Белорусскому военным округам было приказано привлечь к этой операции несколько стрелковых и танковых дивизий.

* * *

По рассказам дочери Лукина Аллы Кузьминичной, отец часто выезжал в Сочи – готовить «оперативно» дачу для Хозяина «под соответствующий уровень функционирования». Сталин любил здесь отдыхать в конце лета или начале осени, а его семья наслаждалась в этом живописном месте только в летние месяцы. Место, где была основана дача Сталина в 1937 году, было и до сих пор остается одним из популярных в Сочи. Дача расположена на вершине горного хребта между Мацестинской долиной и Агурским ущельем. Захватывающий дыхание, изумительный вид открывается отсюда на сказочные заснеженные горные вершины Главного Кавказского хребта.

Сталин обожал выходить на большой балкон и любоваться вершинами гор. Море, горы, замысловатый ландшафт, бодрящая девственная природа, лечебные источники, неограниченная возможность наслаждаться горным воздухом, наблюдать, как оранжевый диск дневного светила медленно садится за горы, как поблескивают на морской воде солнечные лучи, – все это, несомненно, производило на отдыхающих здесь Сталина и его соратников из Политбюро, а также лидеров различных партий и глав государств неизгладимое впечатление…

Из  рассказа “Забытое имя” из книги Терещенко А.С. «Невидимый фронт. Военные контрразведчики в бою», М., «Яуза», «Эксмо», 2013 , с. 398-407.