К 1 сентября 1854 года неприятельский флот доставил к берегам Евпатории Союзную армию, достигавшую 60 тысяч при 134 полевых и 72 осадных орудиях. Из общего числа союзников ок. 30 тыс. чел. приходилось на долю французов, ок. 22 тыс. чел. — на долю англичан, а 7 тыс. чел. при 12 орудиях составляли турки. В тот же день трехтысячный отряд неприятеля вытеснил из Евпатории слабосильную команду егерей-тарутинцев и захватил в складах 60 тыс. пудов пшеницы, обеспечив армию этим провиантом на 4 месяца.

Со 2 по 6 сентября союзники высаживали свои войска на берег между Евпаторией и д. Кюнтоуган совершенно в мирных условиях, так как попыток помешать с нашей стороны не предпринималось. Русская армия, руководимая своим главнокомандующим, адмиралом князем Меншиковым, в период Крымской войны 1853-1856 гг., силою в 35 тыс. чел., сосредоточилась, на левом берегу реки Альмы на пути высадившихся союзников к Севастополю. «Не признав возможным атаковать высаженные войска на плоском береге, обстреливаемом с флота», князь Меншиков решает померяться силою с противником на занятой им выгодной позиции, прикрывавшей путь к цели действий неприятеля — к г. Севастополю.

Располагаясь по обе стороны дороги Евпатория-Севастополь, Альминская позиция представляла из себя плато левого берега реки Альмы, высотою 150-350 футов, с весьма крутыми, обрывистыми, труднодоступными даже для пехоты скатами на участке от устья до селения Алматамак, составлявшего левый фланг нашей позиции; выше этого селения возвышенности левого берега сворачивают к югу и отходят от реки, приобретая постепенно характер открытых террас.

В центре позиции фронт ее пересекался у селения Бурлюк спадающей к реке Альме балкой, по которой проложена главная Евпаторийская дорога. К востоку от этой дороги находится довольно значительная возвышенность, отдельный холм которой отстоял от реки в 300 саженях, составляя крайний правый фланг нашей позиции. Высоты левого берега Альмы представляли все удобства обзора и обстрела обширной равнины правого берега, покрытой густыми виноградниками, садами и селениями (Алматамак, Бурлюк и Тарханлар) лишь непосредственно у реки.

Оборона Севастополя. 1854-1855 гг., худ. Франц Рубо (1901-1904, фрагмент)

Оборона Севастополя. 1854-1855 гг., худ. Франц Рубо (1901-1904, фрагмент)

Альма проходима во многих местах вброд, мост же (деревянный) имелся лишь против селения Бурлюк. Выгодными сторонами позиции являлись: 1) командование впередилежащей местностью (обзор, обстрел); 2) скрытое расположение наших войск; 3) обстрел с моря затруднялся, благодаря высотам на нашем левом фланге. К числу недостатков позиции надо отнести: 1) растянутость — 7 верст, хотя левый фланг мог обороняться, в силу своей труднодоступности, весьма небольшими силами, и 2) укрытия правого берега (сады, селения) могли служить защитою врагу. И без того сильная позиция на Альме могла, конечно, быть доведена средствами фортификации до высокой степени обороноспособности, но, несмотря на избыток времени, средств и рабочих, ничего в этом отношении сделано не было.

Пространство от моря до левого фланга нашего расположения, т. е. до дороги Алматамак — Аджибулат, обеспечивалось только батальоном Минского полка, высланного к д. Аклес с целью мешать возможной высадке в бухте Улукул. Обход нашего левого фланга считался ввиду его труднодоступности невозможным.

С вершины этого утеса, почти вовсе недоступного, вьется лишь одна искусственная тропинка к реке, и преградить здесь наступление неприятелю представлялось делом весьма легким. Но в роковой день сражения ни к бухте, ни к утесу не было выслано ни войск, ни наблюдателей. К востоку от дороги Алматамак — Аджибулат, по обрыву Альмы, располагались в ротных колоннах 5-й и 6-й батальоны Белостокского и Брестского полков, имея за собою тарутинцев в колоннах к атаке. Московский полк, составляя вместе с 4 батареями 17-й артил. бригады резерв участка, располагался в версте за его серединою.

В центре позиции у подошвы гор и почти над самым виноградником левого берега Альмы стояли легкие № 1 и № 2 батареи 16-й артил. бригады. Позади них на полугоре стоял построенный в колоннах к атаке Бородинский полк. На правом участке позиции, восточнее Евпаторийской дороги, на северо-западном склоне имеющейся там возвышенности, стояла в эполементе (бруствер), в расстоянии картечного выстрела от Бурлюкского моста, батальонная № 1 батарея 16-й артиллерийской бригады; за нею — егерский великого князя Михаила Николаевича полк (впоследствии — Казанский); на вершине той же горы в эполементе стояла №3 батарея 14-й артил. бригады, а правее ее — Суздальский пех. полк, с легкою № 4 батареею той же бригады. На южном склоне горы, во второй линии, были расположены Владимирский и Углицкий полки и за ними в резерве — батарейная № 5 легкая резервная № 4 Донская батарея. Казаки, располагаясь за правым флангом, прикрывали его.

6-й стрелковый, 6-й саперный и сводный морской батальон были рассыпаны в садах деревень Бурлюк и Алматамак. Общий резерв, располагавшийся в ложбине при Евпаторийской дороге, составляли 3 батальона Минского полка, Волынский полк с легкою № 5 батареей 17-й артил. бригады и гусарская бригада 6-й кавал. дивизии. Командование войсками, размещенными в центре и на правом фланге (вправо от Евпаторийской дороги), было вверено генералу кн. Горчакову; войсками же левого фланга командовал генер.-лейт. Кирьяков.

Неприятельская армия, закончив приготовления, 7 сентября выступила к реке Альме и, после небольшого авангардного дела, остановилась невдалеке от нашей позиции, с целью атаковать ее с рассветом 8-го. Сообразно этому, 4 дивизии французов и 1 дивизия турок должны были составить правое крыло атакующих войск, левое же состояло из пяти английских дивизий, еще левее которых должна была следовать конница Кардигана. Союзники предполагали атаковать, пользуясь превосходством сил, одновременно позицию русских с фронта, обойти дивизией Боске наш левый фланг и нанести решительный удар нашему правому флангу, также обойдя его. В целях одновременности действий, выступление дивизии Боске с ночлега было назначено в 5.30 час. утра, англичанам — в 6 часов утра, прочим войскам — в 6.30 час. утра.

Однако до девяти часов наступление Боске и остальных французских дивизий сильно тормозилось тем обстоятельством, что англичане, ожидая почему-то утром вторичного приказания, только в 9 часов утра двинулись с мест ночлега. Тогда и генерал Боске, успевший уже произвести тщательную разведку местности зуавами (колониальные войска) и алжирскими стрелками, перешел в наступление двумя колоннами. Правую колонну составила бригада генерала Буа, двинутая по отмели вдоль морского берега, а левую — бригада генерала д’Отмара, направленная по пролегавшей в овраге тропинке. Генерал Боске шел во главе левой колонны.

Зуавы быстро поднялись на утесы левого берега, а один их батальон немедленно продвинулся к д. Улукул и, найдя ее свободной, занял. Когда наступавшая под прикрытием стрелков и огня с пароходов дивизия Боске развернулась на высотах левого берега Альмы, прочие войска союзной армии построили боевой порядок. Против с. Алматамак развернулись французы, имея в 1-й линии дивизии Канробера и Наполеона, а дивизии Форе и турецкую, двинутую по пути правой колонны генерала Боске, — во второй линии.

Против селения и моста через Альму выстроились в боевой порядок англичане. У них в 1-й линии были дивизии Эванса и Броуна, а во второй — Ингленда и герцога Кембриджского. Резерв, составленный из дивизий Каткара и бригады конницы Кардигана, расположился за левым флангом. Боевой порядок союзников прикрывался огнем 3 батарей и цепи рассыпанных впереди штуцерных.

Сосредоточение дивизии Боске к нашему левому флангу было замечено с 8 час. утра. Видя наступление спускающихся к реке батальонов, главнокомандующий переехал на левый фланг как раз в тот момент, когда враг уже преодолел высоты правого берега. Между тем зуавы рассыпали цепь и, обойдя второй батальон Минского полка, открыли в тыл ему огонь. Посланный на помощь батальон московцев встретили успевшие устроиться пять батальонов дивизии д’Отмара, а новое подкрепление в лице всего остального Минского полка нарвалось уже на 10 батальонов подоспевшей бригады Буа. Огонь с судов и превосходство в силах сломили отвагу русских батальонов. Загнув флангом к позиции, Минский полк и Московский батальон неоднократно повторяли попытки штыками сбросить в реку наступавшего неприятеля, но, не принимая атаки и пользуясь превосходством вооружения, французы безнаказанно расстреливали ряды русских.

В то время когда загорелся бой на левом фланге, маршал С. Арно приказал французским дивизиям начать наступление с фронта. Преимущество вооружения союзников скоро склонило успех боя на сторону французов, и сначала штуцерные 3-го батальона Московского полка, занимавшие селение Алматамак, а потом и весь Московский полк, спустившийся с высот в долину Альмы с целью обстрелять наступающие французские колонны, понес громадные потери, а безрезультатный огонь наших ружей — не мог остановить наступление дивизий Канробера и принца Наполеона.

Англичане вступили в бой позднее французов и притом вышли не против правого фланга русской позиции, а развернулись с фронта на селения Бурлюк и Тарханлар. Слабо занятые нашими стрелками сады правого берега Альмы скоро перешли в руки неприятеля. Овладев правым берегом, союзники перешли в наступление с фронта сразу всеми силами. Перешедшие вброд Альму батальоны понесли тяжелые потери от огня упорно оборонявшихся русских стрелков и 4-й легкой батареи 17-й артиллерийской бригады. Не успевшие подать на высоты свою артиллерию, наступавшие дивизии воспользовались помощью генерала Боске, приславшего одну батарею. В то же время маршал С. Арно поддержал наступавшие войска дивизией генерала Форе, направив одну ее бригаду на содействие генералу Боске, а другую — генералу Канроберу.

Высланная в голову колонн артиллерия успела повлиять на исход боя на этом участке поля сражения, и около двух часов пополудни наше левое крыло отошло. Около этого времени медленно, но в образцовом порядке подходили к с. Бурлюк английские колонны лорда Раглана. Наши отступившие части подожгли селение (Бурлюк), а саперы, видя продолжающееся наступление неприятеля, кинулись разрушать мост, «но совершенно в этом не успели». Однако и англичане, понеся громадные потери, на некоторое время залегли.

Вынесшаяся было к мосту бригада Кардигана, не выдержала нашего огня и отхлынула. Но стрелки противника, продвинувшиеся вперед и залегшие в виноградниках и за камнями, довели огонь до высшего напряжения, и Бородинский полк с легкими батареями, понеся огромные потери, понемногу стал отходить. Новое наступление англичан в 3 часа дня было встречено огнем батарейной № 1 батареи 16-й артиллерийской бригады. Первые же, с большим трудом переправившиеся, 5 английских батальонов были двинуты для атаки этой укрытой эполементом батареи.

Для защиты ее двинулись два батальона Казанского полка. Но когда они миновали батарею, то тем самым, заслонив ее огонь, лишили себя огневой поддержки, дали передохнуть англичанам, которые, не приняв атаки, стали издали расстреливать наступавших русских. Бессильные против английского огня, Казанские батальоны стали отходить, а на их плечах на батарею ворвались англичане.

Два новых батальона Владимирского полка, не ожидая пока враг устроится в эполементе, ударили на англичан и штыками погнали их к реке. Безостановочно наступавшие владимирцы, с генералами кн. Горчаковым и Квицинским во главе, скоро начали обстреливаться с фланга двумя английскими орудиями, в то время когда с фронта трещали штудера подкрепленных подошедшими поддержками и начавших устраиваться англичан. Охватив наступавших, неприятель поставил владимирцев под перекрестный огонь и в несколько минут вырвал из среды полка всех офицеров и громадное число рядов. Израненный, несомый на носилках генерал Квицинский стал возвращать из боя остатки славного полка, рассчитанного после сражения лишь на 4 роты.

Суздальский и Углицкий полки прикрыли отступление наших войск, а неприятель с возвышенностей былой нашей позиции громил отходящие по дороге за правым флангом наши колонны. Одновременно с правым крылом и центром отходили вдоль долины Улукул и части левого крыла. Для заполнения образовавшегося в середине промежутка, несколько позади места расположения нашего главного резерва, развернулись: Волынский полк с тремя выехавшими на позицию батареями, гусары и казаки. Этот арьергард принудил утомленного и расстроенного боем неприятеля прекратить преследование.

Двойное превосходство врага в силах, важное преимущество в вооружении, неиспользование нами всех средств фортификации в целях возможного усиления позиции, недостаточность разведки, не выяснившей возможности обхода нашего левого фланга, отсутствие наблюдения за флангами и за движением неприятельских колонн и, наконец, разрозненность в действиях частей нашего боевого порядка, не имевших общего руководства и предоставленных самим себе, сделали свое дело, и, понеся громадные потери в 5709 чел. (1,2 тыс. убитыми, 3174 ран. и 735 без вести пропавшими), наша армия 9 сентября отошла к Севастополю.

Из статьи генерал-лейтенанта А. М. Зайончковского «Восточная война 1853-1856 гг.», из книги «История русской армии», М., «Эксмо», 2014, с. 445 – 449.