Потерпев неудачу в наступлении по кратчайшему расстоянию до Будапешта, немцы решили радикально поменять стратегию. Теперь удар должен был последовать по танкодоступной местности к северу от Балатона. В документах IV танкового корпуса СС операция проходила под кодовым наименованием «Сад пряностей», в штабе армейской группы «Бальк» она называлась «Конрад III». Выход дивизий на исходные позиции для наступления происходил буквально за несколько часов до начала операции.

В этих условиях на своевременный захват разведчиками контрольных пленных надежды было мало. Возможности авиаразведки также были не безграничны. Подход к фронту осуществлялся немецкими частями по ночам с тщательной маскировкой от воздушного наблюдения днем. Вследствие этого советская воздушная разведка не обнаружила концентрации сил противника на новом направлении немецкого наступления.

Главной ударной силой операции «Конрад III» должны были стать танковые дивизии СС «Тотенкопф» и «Викинг». Им придавались 509-й батальон «Королевских тигров» и 303-я бригада штурмовых орудий, соответственно. Недостаток сил при большом размахе предполагаемого наступления заставлял немцев искать необычные решения. Действовавшая на южном фланге немецкой ударной группировки 3-я танковая дивизия получила на усиление разведывательные батальоны 1-й и 23-й танковых дивизий. Ее задачей был быстрый захват переправ на канале и удержание рубежа на канале Елуша для прикрытия фланга прорывающейся к Будапешту группировки. Канал этот шел от Балатона с запада на восток и был удобным рубежом для отражения ударов с юга. 1-я танковая дивизия должна была стать фланговым прикрытием с севера — немцы ожидали контрударов от Секешфехервара.

В сущности, новый план немецкого командования был реинкарнацией старой «Паулы», от которой в свое время отказались ввиду нехватки горючего. Проблемы с прорывом через леса и горные теснины заставили вновь задуматься о наступлении по равнине. Пространство между озером Балатон и Секешфехервар почти идеально подходило для применения танков. Это была слегка всхолмленная равнина с отдельными лесами и рощами. Снега было немного, в лесу, лощинах и виноградниках снежный покров достигал 20 см, а на открытой местности всего 5-10 см и никак не мешал маневру бронетехники.

Ликвидация прорыва немцев к Дунаю (27 января - 16 февраля 1945 г.)

Ликвидация прорыва немцев к Дунаю (27 января — 16 февраля 1945 г.)

В 6.30 18 января после короткой артподготовки четыре немецкие танковые дивизии перешли в наступление. Верные своей тактике, немцы атаковали на нескольких участках, концентрируя силы на узком фронте. Артиллерийско-пулеметные батальоны 1-го гв. УРа генерал-майора Никитина встретили атакующие немецкие танки огнем 45-мм пушек, но их огонь был совершенно неэффективным. Орудия расстреливались в упор или раздавливались гусеницами. Огонь 76-мм пушек был несколько более действенным, но их было мало. К сожалению, никаких подразделений СУ-100 на пути «Королевских тигров» 509-го батальона не было. Все они находились на правом крыле 4-й гв. армии. Противотанковым резервом командира 135-го корпуса был 1202-й самоходный артполк, вооруженный двадцатью СУ-76. Полк лишь незадолго до описываемых событий получил с завода два десятка новеньких САУ и занял свое место в боевых порядках войск 4-й гв. армии. 18 января он оказался на пути «Тотенкопфа», усиленного «Королевскими тиграми».

Легкобронированные СУ-76 не могли оказать серьезного сопротивления тяжелым танкам, хотя и пытались стрелять по «Тиграм» в упор со 100-150 м подкалиберными снарядами. За день были сожжены двенадцать СУ-76, 6 подбиты и 1 застряла и была подорвана экипажем. Потеряв практически всю технику, снова ставший «безлошадным» полк отошел на восток. Если противотанковая оборона 1-го гв. УРа оказала слабое сопротивление, то весьма эффективными оказались электризованные проволочные заграждения, на которых осталось, по советским данным, до 200 солдат противника.

Взлом фронта 1-го гв. УРа позволил 1-й танковой дивизии немцев обойти фланг оборонявшейся севернее 252-й стрелковой дивизии и выйти ей в тыл. Левофланговый 928-й полк был окружен и мелкими группами прорывался к своим. Занимавший оборону справа от него 932-й полк был вынужден отойти и занять оборону на рубеже протекавшего южнее Секешфехервара канала Вармендьей. Прорвав оборону передовых частей 135-го стрелкового корпуса, атакующие немецкие танки вскоре вышли к Урхиде, где располагался штаб корпуса. Управление корпусом было потеряно.

Быстрый развал обороны 135-го стрелкового корпуса привел к тому, что выдвигаемые к фронту противотанковые резервы вступали в бой с ходу, не успевая подготовить позиции. 1249-й истребительно-противотанковый полк 49-й истребительно-противотанковой бригады уже в 8.30 18 января снялся с позиций и направился в новый район с целью преградить путь немецким танкам. Полк выдвигался на южный фланг немецкого наступления, под Лепшень, находившийся довольно глубоко в тылу, в 10 км от переднего края. Вооружение 1249-го полка составляли трофейные 75-мм противотанковые пушки. Занять оборону он просто не успел. Еще на подходе к назначенным позициям в 13.00 18 января противотанкисты были обстреляны немецкими танками.

Это были передовые части двигавшейся к канату Елуша 3-й танковой дивизии немцев. Полку пришлось разворачиваться и принимать бой с ходу. Неподготовленные позиции наступающими танками были вскоре обойдены и пушки раздавлены. Полк быстро потерял все свои орудия — девятнадцать 75-мм пушек. Такая же судьба постигла 438-й иптап на северном фланге немецкого наступления. Он также вступил в бой на марше, разворачивался под огнем и быстро потерял все имевшиеся противотанковые пушки — 21 орудие.

Командующий 3-м Украинским фронтом маршал Толбухин Ф.И. сразу поставил 7-му мехкорпусу задачу занять фронт позади рушащихся позиций 1-го гв. УРа. Однако атакованная свежеприбывшими «Пантерами» и «Королевскими тиграми» оборона пульбатов УРа рассыпалась слишком быстро, чтобы выдвижением мехбригад ее можно было подпереть. Части 7-го мехкорпуса встретились с противником на марше, без сплошного фронта, и оказались обойдены через промежутки между маршевыми колоннами. В итоге они были вынуждены отойти на канал Шарвиз. Сюда вышли 93-я стрелковая дивизия и части 252- й стрелковой дивизии. Берег канала дальше к югу никем не был занят, и две эсэсовские танковые дивизии могли двигаться на восток, не встречая сопротивления. Полумеры в лице брошенных в бой фронтовых курсов младших лейтенантов, батальонов запасных полков надолго задержать немецкое наступление не могли.

Бригады 18-го танкового корпуса вступили в бой утром 19 января восточнее канала, не имея возможности опереться на какой-либо заметный естественный рубеж. Выход дивизий корпуса Гилле к каналу Шарвиз отрезал пути отступления артиллерийским частям 135-го стрелкового корпуса. Ведя бой в окружении, они вскоре израсходовали имеющийся запас боеприпасов, потеряв часть орудий и минометов от огня танков, артиллерии и раздавленными танками противника. После этого артиллеристы подорвали оставшиеся орудия и пробивались к своим пешим порядком…

Нужно отметить, что, несмотря на внимание Гитлера к Венгрии, действовавший на юго-востоке советско-германского фронта 4-й воздушный флот не был самым многочисленным. На 10 января 1945 г. из четырех воздушных флотов люфтваффе на востоке (1,4, 5 и 6) самым многочисленным был 6-й, действовавший в Польше и Восточной Пруссии. Он насчитывал 822 боеготовых самолета. 4-й воздушный флот в Венгрии был на втором месте с 588 самолетами (78 одномоторных истребителей, 56 бомбардировщиков, 199 штурмовиков, 101 ночной штурмовик, 38 дальних разведчиков, 67 ближних разведчиков и 49 транспортных самолетов).

Выход немцев на оперативный простор позволял им распространяться сразу в нескольких направлениях, увеличивая периметр вклинения в построение 3-го Украинского фронта. Окаймление этого вклинения введенными в бой из резерва и снятыми со спокойных участков соединениями было уже невозможно. Выдвигавшийся к каналу Шарвиз 18-й танковый корпус и части 133-го стрелкового корпуса оказались обойдены с севера и юга. Фактически они оказались отрезанными от главных сил фронта, попали в окружение. «Котел» пока еще был неплотным, окружение пока еще выражалось в прерывании основных линий снабжения, а не в окаймлении танков и пехоты плотными заслонами на всех направлениях.

После обхода и охвата танкового и стрелкового корпусов из резерва фронта никаких препятствий для дальнейшего продвижения на восток у частей корпуса Гилле не осталось. Во второй половине дня 19 января IV танковый корпус СС вышел к Дунаю и захватил Дунапентеле. Обстановка была такой, что командованию 3-го Украинского фронта было предоставлено право самому решить, продолжать ли удерживать плацдарм на западном берегу Дуная или оставить его. Маршал Толбухин Ф.И., оценивая впоследствии действия наших войск в районе озера Балатон в январе 1945 г., говорил: «После прорыва противника к Дунаю обстановка для войск 3-го Украинского фронта создалась в первое время тяжелая. Южный фланг прорыва был открыт, это угрожало окружением 57-й армии, 1-й болгарской армии и 12-му югославскому корпусу, занимавшим позиции юго-восточнее озера Балатон и по реке Драве до ее устья. Переправы через Дунай были в одну ночь снесены штормом.

Штаб фронта находился в городе Пакш, туда доходила танковая разведка противника… Откровенно говоря, обстановка была опасная, и нам была предоставлена возможность решить вопрос о дальнейшей целесообразности удержания плацдарма западнее Дуная. Уходить за Дунай было обидно — Вена стала казаться далекой, а на вторичное форсирование Дуная при организованной его обороне про гивником в ближайшее время надежд не было» (Малахов М.М. «Освобождение Венгрии и восточной Австрии (октябрь 1944 г. — апрель 1945 г.)», М.: Воениздат, 1965, с. 123).

Быстрое распространение противника до Дуная привело к тому, что находившиеся в глубине построения 4-й гв. армии резервы оказались израсходованы. Несмотря на отвлечение части сил наступающего на окружение 18-го танкового и 133-го стрелкового корпусов. воспрепятствовав дальнейшему распространению противника по всем направлением советские войска не могли. Именно по такому сценарию развивались катастрофы 1941-1942 гг. Если бы позади рухнувшего фронта был не Дунай, а тылы фронта, немцы могли прорываться в глубину, подобно «Блау» и «Барбароссе». Задача Толбухина была проще восстановления рухнувшего фронта. Задачей немцев был прорыв к Будапешту, путь к которому лежал через дефиле между озером Веленце и Дунаем. Ширина этого дефиле была всего 17 км, и построение устойчивой обороны с опорой на него было гораздо проще, чем восстановление гигантского рухнувшего фронта. Однако даже для выстраивания 17-км фронта резервов у командующего 4-й гв. армии уже не было…

Однако продвинувшаяся далеко вперед немецкая ударная группировка действительно испытывала проблемы со снабжением. Удержание советскими войсками Секешфехервара, являвшегося крупным узлом дорог, серьезно затрудняло работу тылов IV танкового корпуса СС. Некоторая стабилизация обстановки ввиду возникших у немцев проблем со снабжением позволила также вывести из окружения 18-й танковый и 133-й стрелковый корпуса. Толбухин приказал командирам двух корпусов прорываться в южном направлении. Выход из окружения завершился утром 21 января.

День 22 января был потрачен немцами на захват Секешфехервара. Во время «Конрада II» вклинение в направлении на Замоль привело к охвату города с севера. В результате нового немецкого наступления Секешфехервар был обойден с юга. С этого направления город обороняла 69-я гв. стрелковая дивизия 21-го гв. стрелкового корпуса. Ей пришлось сильно растянуть фронт в связи с развалом обороны 135-го стрелкового корпуса и отходом советских войск на восток. Надежный защитник Секешфехервара в предыдущих боях — 7-й механизированный корпус — к 22 января был выведен из боя. От него осталась только сводная 16-я бригада, насчитывавшая всего четыре Т-34, один СУ-85, три ИС-2 и два СУ-76. Бригаду направили к оз. Веленце, и в боях за Секешфехервар она уже не участвовала. Многократно выручавшей советскую оборону танковой «армартуры» защитники города не имели.

Однако, несмотря на потерю Секешфехервара, время работало на 3-й Украинский фронт. Обороняющиеся в промежутке между оз. Веленце и Дунаем войска получили еще один день передышки на совершенствование обороны. Первые выпады немцев на фронте между оз. Веленце и Дунаем начались синхронно со штурмом Секешфехервара. С самого начала наметились обычные для немцев «клещи» удары на двух участках по сходящимся направлениям. Точкой схождения «клещей» был населенный пункт Барачка. Один из участников тех боев кратко, но емко охарактеризовал его так: «Отличало Барачку особое географическое положение. От поселка рукой подать до Будапешта: тридцать километров по отличной бетонированной дороге. Иными словами, в стратегическом отношении Барачка была очень важным пунктом на подступах к венгерской столице» (Райгородецкий Е.Я. «К Альпам», М.: Военизтат, 1969, с. 116).

Немецкое наступление началось 23 января в 22.00. Главный удар был нанесен на левом фланге — к Барачке с юго-запада пробивалась вторая «клешня» IV танкового корпуса СС. Прорвавшись через шоссе около 14.00 25 января, немцы начали продвигаться на северо-запад, почти не встречая сопротивления. Также им удалось обойти с фланга опорный пункт в Барачке. Пусть на узком фронте, но IV танковому корпусу СС удалось вырваться из дефиле между оз. Веленце и Дунаем. Несколько танков даже прорвались к городку Валь, где располагался штаб 4-й гв. армии. Для сдерживания распространения немцев в тыл 4-й гв. армии пришлось бросить в бои последний резерв — сводную бригаду 7-го мехкорпуса.

Верные своей стратегии ночных атак, немцы вновь перешли в наступление поздним вечером 25 января. К утру следующего дня им удалось расширить вклинение в советскую оборону, и к городку Валь, где недавно был командный пункт армии, вышли бронетранспортеры с пехотой. Были созданы предпосылки как для поворота на Будапешт, так и для окружения оборонявшихся в районе Замоль частей 4-й гв. армии.

Наступление 23-го танкового корпуса началось в 10.00 27 января. Поначалу наибольшего успеха достигла 135-я танковая бригада, прорвавшаяся в господские дворы Петтэнд. Однако захвата ключевого опорного пункта в основании своего ударного клина немцы не потерпели и контратаковали крупными силами танков и пехоты. В течение двухчасового тяжелого боя бригада потеряла значительную часть танков и вынуждена была отойти на исходные позиции. Другие бригады корпуса были встречены сильным огнем и выполнить поставленные задачи не смогли. За 27 января 1945 г. 23-й танковый корпус потерял 42 % имевшейся перед вступлением в бой бронетехники, а людские потери составили 160 человек битыми и 220 ранеными.

Общее наступление на южном участке фронта началось синхронно с контрударом 23-го танкового и 104-го стрелкового корпусов — в 10.00 27 января 1945 г. 18-й танковый корпус за счет пополнения с эшелонов был доведен до вполне удовлетворительного состояния — к началу наступления он насчитывал в строю 88 Т-34, 8 ИСУ-152, 28 ИСУ-122, 1 СУ-85 и 34 СУ-76. Поддержку пехоте также должен был оказывать 1202-й самоходный артполк, который в очередной раз получил 20 СУ-76 с завода. После 8-часового боя была захвачена Херцегфальва, а к исходу дня наступающие вышли на ближние подступы к узлу дорог Н. Перката.

Наступавшие в обход Н. Перката на север две танковые бригады 18-го танкового корпуса 31 января оказались отрезаны контрударом противника. Не поддавшись панике и продолжая наступление, они 1 февраля продвинулись до Адони и захватили город. Утром 2 февраля формально окруженные бригады оказались «деблокированы» — они соединились с 3-й гв. воздушно-десантной дивизией 4-й гв. армии, наступавшей навстречу с севера.

30 января Толбухин принял решение рокировать в район севернее Секешфехервара 1-й гв. мехкорпус и 5-й гв. кавкорпус. Силами этих двух подвижных соединений вместе с тремя стрелковыми дивизиями 20-го и 21-го гв стрелковых корпусов командующий фронтом приказал нанести удар в обход Секешфехервара и перерезать коммуникации, идущие из города на Мор.

После разгрома оказавшейся на острие советского наступления части надежды на удержание занятых позиций стали стремительно таять. Демонтаж ударной группировки продолжился. В качестве резерва в Секешфехервар был переброшен один из полков «Тотенконфа» — 6-й гренадерский полк «Эйке». На второй день наступления, 1 февраля, 1-му гв. мехкорпусу удалось прорваться непосредственно на северную и северо-западную окраины Секешфехервара и завязать уличные бои. За счет прибытия в город части сил «Тотенкопфа» Секешфехервар удалось удержать, и части 1-го гв. мехкорпуса были оттеснены на окраины.

2 февраля под Секешфехерваром установилось равновесие. 1-й гв. мехкорпус и действовавшие с ним стрелковые части закрепились на окраине города и отразили контратаки противника. Серьезное сопротивление наступающие войска 4-й гв. армии встретили на подступах к узлу дорог Шергельеш. К городу 2 февраля вышел 23-й танковый корпус, двигавшаяся за ним пехота 151 -й и 66-й стрелковых дивизий отстала. Однако сдавать без боя узел дорог немцы не стали, более того, перешли к активным действиям. В результате двухдневного маневренного сражения 23-й танковый корпус был вынужден отойти, а затем был развернут в обход Шергельеша с севера. Более того, корпусу была поставлена задача: к исходу 4 февраля овладеть Секешфехерваром.

На пути обходного маневра в пространстве между Шергельешем и оз. Веленце лежал канал глубиной 2 м и шириной 6 м. Форсировать его с ходу не удалось, с наступлением темноты были захвачены плацдармы и к утру 5 февраля наведен временный мост. Однако канал проходил по широкому заболоченному лугу, передвижение по которому было возможно лишь по узкой дамбе длиной около 2 км. Отсутствие возможностей для маневра и естественных укрытий привело к тому, что при подходе к мосту через канал советские танки попросту расстреливались. Потребовалось расширение плацдарма силами пехоты. Только в ночь с 5 на 6 февраля на плацдарм были введены немногочисленные танки корпуса Ахманова.

7 февраля последовал контрудар. Советский плацдарм, вытянутый в направлении Секешфехервара, был атакован с фланга. Целью атакующих немецких танков были переправы через канал. Чувствительный удар заставил отказаться от штурма Секешфехервара и перегруппировать 23-й танковый корпус на оборону захваченных рубежей. Две его бригады были сняты с плацдарма и поставлены на оборону Шергельеша. 8 февраля плацдарм был ликвидирован силами «Викинга». Смяв пехоту 581-го полка 151-й стрелковой дивизии, танковый таран немцев отрезал 56-ю мотострелковую бригаду 23-го корпуса. Бригада весь день вела бой в окружении и отступила на восточный берег канала с наступлением темноты.

До 65 % вышедших из окружения бойцов и командиров были ранены. 3-я танковая бригада под угрозой окружения отошла за канал. Мосты через него были взорваны. За 7-8 февраля 23-й танковый корпус потерял 10 Т-34 сгоревшими, 2 Т-34 подбитыми, 1 ИСУ-122 сгоревшей, 1 ИСУ-122 подбитой. В строю осталось всего 14 танков и 5 САУ, а потерянный плацдарм нужно было захватывать заново. С идеей захвата Секешфехервара пришлось на время расстаться. Захват Шергельеша стал последним крупным успехом контрнаступления. Секешфехервар, хотя и не был захвачен, как транспортный узел мог использоваться крайне ограниченно — советские войска занимали господствующие над местностью высоты к востоку от города и держали его под прицелом артиллерии. Венгерская столица, город Будапешт, была освобождена к 13 февраля 1945 г. В марте 1945 г. немцы предприняли последнее крупное наступление во Второй мировой войне, наступление в районе оз. Балатон.

По материалам книги И.Б. Мощанский, А.В. Исаев «Триумфы и трагедии Великой войны», М., «Вече», 2010. с. 565– 582.