Огромной трагедией для России в годы Первой мировой войны стала гибель госпитального судна «Португаль», потопленного неприятельской подводной лодкой в Черном море у турецких берегов вблизи города Офф. Ранее пароход «Португаль» принадлежал известной французской компании «Месажери Маритим» и совершал морские круизы по маршруту Марсель — Александрия — Константинополь — Одесса и обратно.

К началу войны он застрял на рейде Одессы. О возвращении в Марсель не могло быть и речи — он стал бы легкой жертвой для турок и германцев. В марте 1915 года капитан судна Леон Дюва получил предписание передать пароход вместе с командой в распоряжение Российского Общества Красного Креста (РОКК). Этому предшествовал целый ряд переговоров, которые вели председатель Главного управления РОКК гофмейстер Ильин А.А. и Августейшая Председательница РОКК вдовствующая Императрица Мария Федоровна с руководителями союзнической страны Франции.

Спущенный на воду в 1886 году пароход «Португаль» водоизмещением 10 000 тонн обладал внушительными по тем временам размерами — длиной 460 футов и шириной 46 футов. Пароход переоборудовали согласно требованиям Гаагской конвенции от 1907 года и приступили к укомплектованию врачебным персоналом, сестрами милосердия и санитарами. Старшим врачом был назначен Воеводин Н.А. — врач Одесского госпиталя. Старшей сестрой назначили баронессу Анну Мейендорф, участницу русско-японской войны. Сестер милосердия для госпитального судна «Португаль» направили Касперовская, Георгиевская, Екатеринославкая общины. В их число вошли баронесса Арнсгофен, графиня Евдокия Татищева, Анна Минаева, Елена Селяева, Надежда Солтан, Марта Юргенсон, Татьяна Александрова, Екатерина Авчинникова и многие другие.

Анна Мейендорф, старшая сестра милосердия на госпитальном судне "Португаль"

Анна Мейендорф, старшая сестра милосердия на госпитальном судне "Португаль"

14 февраля 1914 года госпитальное судно «Португаль» покинуло Одессу и направилось в Батум, на Кавказский фронт, для перевозки по морю солдат из приморского корпуса генерала Ляхова, успешно продвигавшегося вдоль Турецкого побережья в сторону Трапезунда. Сестры милосердия во главе с Анной Мейендорф с воодушевлением приступили к своим обязанностям, они подняли на борт 82 раненых солдата. Затем последовали второй, третий, четвертый рейсы.

Рано утром 17 марта 1916 года перед отходом госпитального судна «Португаль» на борт его в составе перевязочной команды, которую возглавлял врач Алексей Иванович Панкрышев, взошла сестра милосердия из тифлисской Надеждинской общины княжна Анна Андроникова. Вместе с молодой княжной следовали в город Офф в распоряжение Курского передового госпиталя еще три сестры милосердия из той же общины.

Пятый рейс госпитального судна «Португаль» оказался роковым. Командир немецкой подводной лодки U-33 лейтенант Генсер у берегов Фахтии, близ турецкого города Ризе обнаружил большое судно. Через перископ, к которому он прильнул, прекрасно были видны большие красные кресты на трубах и широкая красная полоса вдоль борта. Но это обстоятельство не остановило вояку, который жаждал увидеть на своей груди Железный крест — такими крестами германское командование награждало командиров подводных лодок за потопление российских кораблей.

Госпитальное судно "Португаль"

Госпитальное судно "Португаль"

«Португаль» с застопоренными машинами стоял в двух милях от берега. Дивное утро словно магнитом притянуло всех на палубу. Безоблачное голубое небо, морская гладь и синеющие вдали отроги Понтийских гор создавали неповторимую и радующую глаз гармонию красок. В этой утренней идиллии грозным набатом прозвучал голос вахтенного сигнальщика:
— Слева подводная лодка!

Тревожный сигнал вахтенного взбудоражил всех. Началась всеобщая паника.
— Успокойтесь, успокойтесь! Они не тронут нас. Мы под защитой Красного Креста, — раздались голоса опытных офицеров. Первая мина вражеской подлодки прошла мимо госпитального судна. «Неужели они не видят, что мы под Красным Крестом?» — гневно вопрошал себя старший врач Николай Воеводин.

Вслед за этим показался бурлящий след приближавшейся второй мины…
— Надеть пояса! — успел только крикнуть Николай. Баронесса Мария Федоровна Мейендорф, сестра погибшей на «Португали» старшей сестры милосердия Анны Федоровны Мейендорф, в своих «Воспоминаниях» так описывает этот момент со слов очевидцев трагедии: «Вдруг с левой стороны судна появился перископ подводной лодки. Он был так близко, что, по словам прикомандированного к судну молодого священника, можно было бросить в него камнем и погубить эту вражескую лодку».

С подводной лодки были видны и красные кресты на трубах и флагах, и сестры в белых халатах с красными крестами на груди. Потому казалось, что для «Португали» лодка эта не представляет опасности. «Вдруг от подводной лодки по направлению к судну побежала по воде зыбь от пущенной мины. Капитан забил тревогу и приказал всем находящимся на судне надевать на себя спасательные пояса. Сестры метались по палубе. Одна из них, надев один пояс, держала в руках другой, тщетно разыскивая свою родную сестру. Многие санитары, да и сам капитан снимали с себя пояса и надевали их на сестер. Первая мина, однако, не повредила судно».

Сразу после первого залпа баронесса Анна Мейендорф и врач Воеводин Н.А. бросились по трапу вниз — спасать оставшихся в каютах парохода нескольких сестер милосердия. Подводная лодка обошла «Португаль» и уже с правой стороны попала миной в самый центр ее, как раз в машинное отделение. После второго залпа подводной лодки судно раскололось пополам и быстро пошло на дно. Врач успел вернуться наверх и выпрыгнуть за борт. Когда началась паника, радиотелеграфист Жоржетти насильно надел свой спасательный жилет на, казалось, обезумевшую сестру Александрову Т.С., после чего оба прыгнули в воду, но погибли в морской пучине.

Бросившись на помощь тонущему судну, миноносец «Сметливый» начал спасать беспомощных сестер милосердия, пассажиров и команду корабля. К месту катастрофы поспешили находившиеся поблизости тральщики, боты и шлюпки, пренебрегая опасностью встречи с подводной лодкой, которая тут же скрылась. Далее Мейендорф М.Ф. продолжает: «Они видели, как скрестились мачты кормы и носа, как мачты образовали на этот раз уже не красный, а черный крест и как под знаменем черного креста судно скрылось под водой. Они стали спешно подбирать людей, плавающих в волнах взбудораженного моря».

Удалось спасти лишь 165, 113 погибло, и среди них уполномоченный российского общества Красного Креста граф Татищев Л.Л., старшая сестра милосердия баронесса Мейендорф А.Ф., сестра милосердия баронесса Арнсгофен В.В., сестры милосердия Медзыховская Г.Ю., Андроникова, Овчинникова, Александрова, Воронова, Лихтанская, Селяева и другие. В числе спасенных оказалась графиня Татищева Е.В., поэтесса, известная под псевдонимом Е. Минеева. Ценою собственной жизни графиню спас фармацевт госпитального судна Александр Леонидович Рытвинский, самоотверженно отдавший ей свой спасательный пояс.

Гибель «Португали» вызвала гневный протест мировой общественности. Министр иностранных дел Франции писал по этому поводу: «Интересно знать, долго ли еще цивилизованные государства, не принимающие до сих пор участия в войне, останутся в стороне от борьбы между низостью, преступлением и простым чувством человеколюбия?» Пароход «Португаль» имел все опознавательные знаки госпитального судна. Согласно Женевской конвенции оно было окрашено в серый цвет с красной полосой на бортах. На трубах и баркасах имелись большие красные кресты, легко различимые издалека.

В связи с этим прискорбным событием был обнародован протест русских женщин, в котором, в частности, говорилось: «Да, война есть война, но врачи, сестры, санитары ограждены неприступным кругом. Сострадание и самоотверженность несут они на поле битвы, и рука солдата не смеет подняться на тех, кто идет под знаком Креста». Главное управление РОКК разослало этот протест всем воюющим и невоюющим государствам, а также в национальные общества Красного Креста.

Между тем почти незамеченным остался другой аналогичный случай с госпитальным судном «Вперед», по-видимому из-за того, что количество жертв тогда оказалось значительно меньшим. Суть происшедшей трагедии раскрывалась в телеграмме, посланной главноуполномоченным РОКК при Кавказской армии камергером Голубевым Л.В. в адрес Главного управления Красного Креста: «25 июня в 9 час 35 мин утра выпущенной с неприятельской подводной лодки миной со значительного расстояния потоплено госпитальное судно Красного Креста «Вперед» в 32 милях от Батума, против Вице, в двух с половиной милях от берега. Госпитальное судно «Вперед» шло в Трапезунд, имея на борту 67 человек медицинского и санитарного персонала и экипажа, из коих спасено 60».

Подробности трагедии, происшедшей в тех же местах, где погибла тремя месяцами ранее «Португаль», таковы. На рассвете 25 июня 1916 года капитан госпитального судна «Вперед» Петров покинул батумский порт и направился в Трапезунд за очередной партией раненых воинов. Команда работала слаженно. Пароход миновал селение Вице, и тут справа от борта показался пенистый след мины, выпущенной неприятельской подводной лодкой. Как отмечали очевидцы, которые наблюдали с берега за разыгравшейся на море драмой, подводная лодка всплыла, чтобы убедиться в результатах торпедирования, а затем быстро исчезла в морской пучине.

Как только было замечено приближение смертоносного снаряда, капитан, находившийся на мостике, немедленно скомандовал спускать шлюпки и приготовиться к эвакуации людей. Мина ударила в носовую часть парохода и оставила огромную пробоину. Госпитальное судно содрогнулось от удара и стало медленно погружаться. Однако своевременный приказ командира судна, слаженная работа командного состава, моряков и персонала Красного Креста, не поддавшихся, по свидетельству оставшихся в живых, панике, способствовали снижению масштабов трагедии.

На судне погибли контр-адмирал, комендант судна Альфред Вильгельмс, кочегары Иван Миронов, Захар Малания, матросы Афанасий Сердюков. Иона Марочка и Василий Галушкин, а также унтер-офицер Михаил Щепкин и юный санитар-доброволец Франц Домбровский. Остальные спаслись благодаря шлюпкам, своевременно спущенным на воду, а оказавшиеся в воде были подобраны лодками, которые подоспели на помощь.

Медики, и среди них сестры милосердия Успенская, Вебер, княжна Эристова, Оганезова и другие во главе с доктором Невтоновым, не успев обсушиться, приступили к перевязке раненых и оказанию им медицинской помощи. Главнокомандующий Кавказской армией генерал Юденич, получив сообщение о гибели госпитального судна «Вперед», представил весь персонал погибшего судна к боевым наградам.

Раненых срочно доставили в батумский госпиталь, а остальных расселили в общежитии РОКК и на пароходе «Экватор», бывшем госпитальным судном еще в русско-японскую войну. Варварская акция неприятеля была осуждена некоторыми странами и обществами Красного Креста. Сочувственные телеграммы пришли от итальянского, французского, сербского, шведского обществ Красного Креста. «Новый акт варварства, — гласила телеграмма, присланная из Рима, — жертвой которого сделалось судно, носящее наши знаки, наполняет наши сердца самым глубоким возмущением. Мы протестуем против жестокого врага, нарушающего законы милосердия и человечности».

В связи с официальным протестом со стороны российского общества Красного Креста германский Красный Крест отправил ответную телеграмму: «Не имея возможности высказаться в данный момент об ответственности, германский Красный Крест спешит уверить русский Красный Крест в открытии тщательного расследования потопления судна «Вперед», от которого и будет зависеть ответ на телеграфный протест от 1 июля». Еще более уклончивый ответ пришел от общества турецкого Полумесяца, что послужило основанием для Министерства иностранных дел России через посредство посольства США официально заявить турецкому правительству о неприменении Россией впредь к турецким госпитальным судам постановлений Гаагской конференции 1907 года, касающихся их неприкосновенности в военное время.

Из книги Ю. Хечинов «Война и милосердие. Страницы истории Отечества», М., «Открытое Решение», 2009, с. 116-122.