Дмитрий Иванович Донской (1362-1389) Великий князь Владимирский, старший сын Ивана II Ивановича, внук Ивана Калиты, родился 12 октября 1350 года в Москве. В 1359 году, когда умер его отец, князю Дмитрию было всего девять лет. Он еще был не в состоянии сражаться за титул Великого князя. Но вместо него это сделали московские бояре. В 1362 году в Орде они сумели получить для Дмитрия ярлык на Великое княжение Владимирское.

До тех пор, пока Дмитрий не достиг совершеннолетия, Москвой от его имени правили бояре. Они неуклонно проводили политику, способствовавшую усилению позиций Москвы и увеличению территорий, находящихся в подчинении у Московского княжества. Так, в 1363 году они выгнали Галицкого и Стародубского князей из их наследственных владений, заключили договор с серпуховским князем, несколько позже добились того, что суздальский князь признал над собой власть Москвы.

Эта непримиримая борьба за подчинение удельных князей воле Москвы часто приводила к большим неприятностям для самой Москвы. Например, стремление подчинить себе Тверь привело к тому, что Тверской князь Михаил обратился за помощью к Литовскому князю Ольгерду, и тот в 1368 году явился с войсками под стены Кремля. Правда, не помогли литовцы тверскому князю: москвичи сами сожгли свои посады, а взять город приступом Ольгерд не смог.

Дмитрий Донской на Памятнике «1000-летие России»

Дмитрий Донской на Памятнике «1000-летие России»

Ольгерд еще два раза приводил свои войска к стенам Москвы: в 1370-м и в 1372 году, но так ничего и не добился. Но Тверской князь не хотел сдаваться. Он предпринял еще несколько попыток воевать с Москвой, рассчитывая на помощь Литвы и татар, и, наконец, в 1375 году сумел-таки получить ярлык на Великое княжение.

И тут, впервые за прошедшие триста лет, Московский князь не пожелал подчиниться указу татарского хана. Более того, он вообще не обратил на него внимания. Вместо того чтобы, как то было принято, признать Михаила Тверского Великим князем, Дмитрий Иванович собрал войска и отправился осаждать Тверь. В его войско, кроме дружин московской и владимирской, входили дружины зависимых от Москвы князей: Суздальского, Нижегородского, Городецкого, Ростовского, Ярославского; союзные князья Смоленский, Новосильский, Оболенский, Тарусский, а также новгородские войска и другие. Тверь не смогла выстоять, и князь Михаил вынужден был покориться Москве.

Сергий Радонежский благословляет Дмитрия Донского на борьбу с Мамаем, худ. Кившенко А.Д., 1879 г.

Сергий Радонежский благословляет Дмитрия Донского на борьбу с Мамаем, худ. Кившенко А.Д., 1879 г.

Мамай, распоряжавшийся в это время в Орде, не мог не ответить на такое пренебрежение. В 1377 году по его приказу татарские отряды напали на земли Нижнего Новгорода в наказание за участие его войск в походе против Твери. Объединенная московская и суздальская дружина встретила татар, которых возглавлял царевич Арапша, на реке Пьяни и была разбита. Из-за этого поражения татары смогли взять штурмом и разорить Нижний Новгород.

В 1378 году Мамай послал мурзу Бегича проучить непокорного Великого князя. Но на этот раз татарские войска были окружены и почти полностью уничтожены на берегах реки Вожи, на землях Рязанского княжества. Этого Мамай уже не мог вынести. В 1380 году он собрал все силы Волжской Орды и двинулся на Русь.

Великий князь Дмитрий Иванович в свою очередь начал собирать ополчение. Почти вся Русь поддержала его и выразила готовность сражаться с татарами. Под знамена Дмитрия собрались силы Москвы, Владимира, Суздаля, Ростова, Нижнего Новгорода, Белоозера, Мурома, Пскова, Брянска. По словам летописи, ополчение насчитывало 150 000 человек.

Великий святой подвижник Преподобный Сергий Радонежский, основатель Троице-Сергиевой Лавры и один из самых уважаемых на Руси людей, благословил Дмитрия на битву и предсказал ему победу. 8 сентября 1380 года на Куликовом поле при впадении в Дон реки Непрядвы русские войска под предводительством князя Дмитрия Ивановича решительно и безоговорочно разбили татар. С этого дня и навсегда Великий князь Дмитрий Иванович получил имя Донского. Это была первая крупная победа над татарами со времен начала татарского ига. Более того, это была первая победа объединенных сил русской земли.

Разбитый русскими, Мамай очень скоро потерпел поражение в собственных владениях от хана Тохтамыша, бежал и был убит. Тохтамыш же первым делом решил привести в подчинение взбунтовавшуюся Русь. В 1382 году он отправился в поход. Победа на Куликовом поле далась русским нелегко: очень много воинов погибло, кроме того, поход Тохтамыша был неожиданным, поэтому, когда он появился в русских землях, у Великого князя не было ни сил, ни времени организовать защиту. Прежде, чем Дмитрий Донской сумел собрать хоть какие-то войска, Тохтамыш взял приступом и сжег Москву, разорил Юрьев, Звенигород, Можайск, Боровск, Рузу, Дмитров и вновь обложил данью Великого князя.

Но, несмотря на это страшное разорение, которому Великий князь не смог противостоять, и другие его ошибки, народ любил Дмитрия Донского, как никого другого. Карамзин Н.М., наверно лучше всех изучивший наши летописи, писал по этому поводу: «…никто из потомков Ярослава Великого, кроме Мономаха и Александра Невского, не был столь любим народом и боярами, как Дмитрий, за его великодушие, любовь ко славе отечества, справедливость, добросердечие.

Воспитанный среди опасностей и шума воинского, он не имел знаний, почерпаемых в книгах, но знал Россию и науку правления; силою одного разума и характера заслужил от современников имя орла высокопарного в делах государственных; словами и примером вливал мужество в сердца воинов, и будучи младенец незлобием, умел с твердостию казнить злодеев. Современники особенно удивлялись его смирению в счастии. Какая победа в древние и новые времена была славнее Донской, где каждый россиянин сражался за отчество и ближних? Но Дмитрий, осыпаемый хвалами признательного народа, опускал глаза вниз и возносился сердцем единственно к Богу всетворящему». (Карамзин Н.М. «История государства Российского», М., 1988, т. 5, с. 60-61).

Правление Дмитрия Донского сыграло такую большую роль в истории России и так много значило для страны, что историки до сих пор не могут прийти к единому мнению, оценивая как самого князя, так и его труды. Так, например, Костомаров Н.И. писал нечто совершенно противоположное Карамзину Н.М.: «Княжение Дмитрия Донского принадлежит к самым несчастным и печальным эпохам истории многострадального русского народа. Беспрестанные разорения и опустошения, то от внешних врагов, то от внутренних усобиц, следовали одни за другими в громадных размерах». (Костомаров Н.И. «Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей», М., 1991, с. 128).

О самом же Дмитрии Донском Костомаров Н.И. говорил, что невозможно определить, «что из его действий принадлежит собственно ему и что — его боярам; по некоторым чертам можно даже допустить, что он был человек малоспособный, — продолжает Костомаров Н.И., — и потому руководимый другими, и этим можно отчасти объяснить те противоречия в его жизни, которые бросаются в глаза: то смешение отваги с нерешительностью, храбрости с трусостью, ума с бестактностью, прямодушия с коварством, что выражается во всей его истории». (Там же, с. 110).

Но как бы там ни было, именно при Дмитрии Донском на Руси была одержана первая победа над татарами, начали строится новые города и монастыри, в Москве старый деревянный Кремль был заменен каменным, появились собственные серебряные деньги и впервые было применено огнестрельное оружие. В своем завещании Дмитрий Донской впервые передал власть не брату, а старшему сыну. Вопреки всем традициям, князь завещал своему старшему сыну Василию не только Москву, но и Великое княжение Владимирское, назвав его своей вотчиной.

Дмитрий Донской умер неожиданно, в возрасте 39 лет, 19 мая 1389 года. Он похоронен в Архангельском соборе Московского Кремля. В 1988 году Русская Православная Церковь причислила князя Дмитрия Донского к лику святых.

Василий I Дмитриевич (1389-1425) Великий князь Владимирский, сын Дмитрия Ивановича Донского, родился 30 декабря 1371 года в Москве. В 1389 году по завещанию отца, Великого князя Дмитрия Донского, стал князем Московским и, одновременно, Великим князем Владимирским. Ханский посол Шахмат подтвердил правомочность этого события, присутствуя во Владимире во время принятия Василием I титула Великого князя. Никто из удельных князей больше не претендовал на эту роль.

Василий I стал Великим князем в восемнадцать лет. Он был еще слишком молод, чтобы править самостоятельно, и во многом опирался на советы и поддержку бояр своего отца. Возможно, именно благодаря этому он всегда проявлял в государственных делах мудрость и осторожность. В этот период в политике Московского князя преобладали три главных направления. Во-первых, необходимо было освободиться от татарского господства; во-вторых, сдержать захватнические планы Литвы; в-третьих, подчинить влиянию Москвы как можно больше земель из числа все еще остававшихся независимыми княжеств.

Василий I с успехом действовал во всех указанных направлениях. В 1392 году он совершил поездку в Орду, где был принят как друг и союзник. Во время этого посещения Василий I приобрел или попросту купил право на владение Нижним Новгородом, Городцом, Мещерой, Тарусой и Муромом. Объяснялось это очень просто: хану Тохтамышу позарез были нужны деньги для войны с Тамерланом.

Однако уже в 1395 году войска Тамерлана вторглись на территорию Руси. Но, видно, на этот раз Бог хранил Русь: не дойдя до Ельца, татары повернули обратно. Легенда гласит, что завоеватели ушли без кровопролития в тот самый момент, когда в Москве торжественно встречали прибывшую из Владимира икону Владимирской Божьей Матери. Эта икона считалась одной из величайших русских святынь. Василий I приказал перевезти ее в Москву для того, чтобы еще больше укрепить положение своей столицы. Эта икона до сегодняшнего дня хранится в художественной Третьяковской галерее города Москвы.

В конце XIV века Золотая Орда была занята своими собственными раздорами, и казалось, что у нее не осталось ни времени, ни сил, чтобы обращать внимание на Русь. Именно поэтому Василий I счел возможным прекратить платить дань, а появлявшимся изредка татарским послам (например, в 1403 и 1405 годах) отвечал, что земля его обеднела и платить нечем. Точно так же князь отвечал отказами на приказы явиться в Орду и не только не ездил туда сам, но и не посылал ни сыновей, ни родственников, ни бояр. Однако, какие бы свары ни происходили внутри Орды, она была еще не настолько слаба, чтобы простить кому бы то ни было подобную дерзость.

Войско татар во главе с Едигеем напало неожиданно зимой 1408 года и осадило Москву. Василий I не решился открыто сразиться с Едигеем и вместе с женой уехал из Москвы в Кострому, надеясь собрать войска. Едигей в свою очередь не мог слишком долго задерживаться около московских стен (надо сказать, достаточно крепких и защищенных хорошими пушками, да и зима в тот год была особенно морозной), потому что его отчаянно ждали дома, в Орде. Он предложил москвичам откупиться, что они и сделали. Так что на этот раз Москва не пострадала. Но Василий I вынужден был смириться и продолжать платить дань.

Помимо татар, Василию I постоянно приходилось сдерживать Литовского Великого князя Витовта, захватившего Смоленск и надеявшегося подчинить себе и Москву, но до открытой войны с ним дело не дошло: Василий I заключил с Витовтом мир, по которому граница между Русью и Литвой проходила по реке Угре.

В целом же, по словам Карамзина Н.М., правление Василия I Дмитриевича «было славно и счастливо: он усилил Великое княжение знаменитыми приобретениями без всякого кровопролития; видел спокойствие, благоустройство, избыток граждан в областях своих; обогатил казну доходами…» (Карамзин Н.М. Указ. Соч., т. 5, с. 111). Как и его отец, Василий I завещал своему сыну не просто Московское княжество, а Великое княжение. Василий I Дмитриевич умер в Москве 27 февраля 1425 года от свирепствовавшего тогда мора и похоронен в Архангельском соборе Московского Кремля.

По материалам книги Валькова В.Г. Валькова О.А. «Правители России», М.: Рольф, Айрис-пресс (Энциклопедии), 1999, с. 101-108.