С усилением у немцев противоаэропланной артиллерии и быстрым развитием авиации, на которую они после неудач с «Цеппелинами» обратили все свое внимание, построив многочисленные быстроходные истребители, работа «Муромцев» на фронте в время Первой мировой войны стала значительно труднее, чем в 1915 г. Несмотря на это, «Муромцы» появляются в 1916 г. уже на всех фронтах: на Северном — у Риги, на Западном — у Минска и Юго-Западном — в Галиции. На всех этих фронтах «Муромцы» продолжают нести ответственную службу, оказывая большие услуги нашим армиям.

Осенью 1915 г. наступление германцев под Ригой было остановлено и война приняла там затяжной позиционный характер. В начале 1916 г., когда начались приготовления к большим военным операциям в Восточной Галиции, часть «Муромцев» была переброшена туда. 1 января 1916 г. воздушный корабль «Илья Муромец Киевский» прибыл в деревню Колодзиевку, отстоявшую километрах в 40 от Тернополя, где был расположен первый боевой отряд эскадры воздушных кораблей, которым командовал командир воздушного корабля «Илья Муромец II», военный летчик штабс-капитан Панкратьев.

Оба этих корабля вскоре начали боевою работу и оказали большую помощь 7-й армии, доставляя точные сведения о числе и местах расположения неприятельских батарей, о переправах, а также своими налетами на тыл противника. Особенно страдали от этих налетов г. Бучач, Язловец, Монастержиско, Подгайцы, Бржезаны, Рогатин и другие местечки и железнодорожные станции этого района.

Сикорский И.И. (справа) беседует с лейтенантом Макшеевым Д.К., Псков, лето 1916 г.

Сикорский И.И. (справа) беседует с лейтенантом Макшеевым Д.К., Псков, лето 1916 г.

В местечке Монастержиско, мало пострадавшем от огня нашей артиллерии, бомбами, сброшенными с «Муромца», было разрушено до основания много зданий. Местечко это, после занятия его нашими войсками, выглядело как после землетрясения. Жители Монастержиско передавали, что при приближении «Муромцев» все разбегались и прятались кто куда мог. Дни налетов «Муромцев» они называли самыми страшными днями, пережитыми ими за время войны.

Нередки были и столкновения с неприятельскими истребителями, которые получили от своего командования приказ сбить во что бы то ни стало большой русский многомоторный аппарат. Во время одного из своих полетов, 19 марта 1916 г., «Илья Муромец II» был атакован двумя неприятельскими истребителями. Атака была отбита, причем сбит один из немецких истребителей. В этом бою «Илья Муромец II» получил некоторые повреждения: пробиты были стойки, радиатор одного из моторов. На корабле смертельно был ранен моторист, старший унтер-офицер Ушаков, и тяжело ранен разрывной пулей в руку помощник командира военный летчик поручик Федоров.

В мае того же года эти два воздушных корабля, к которым присоединился еще и «Илья Муромец ХIII» (командир — военный летчик штабс-капитан Соловьев В.А.), приняли участие в большом наступлении наших войск в Галиции, закончившемся блестящей победой. Кроме весьма ценных данных, которые давали «Муромцы» своей разведкой в глубоком тылу неприятеля, они своими большими бомбами не только громили железнодорожные станции, склады и т. п. в тылу противника, но вызывали панику, дезорганизовавшую отступление австрийских войск.

Командир "Ильи Муромца X" лейтенант Констенчик А.М.

Командир "Ильи Муромца X" лейтенант Констенчик А.М.

После занятия нашими войсками Язловца и Бучача, кроме следов громадных разрушений, причиненных разрывами бомб, сброшенных с «Муромца», можно было видеть и следы панического бегства австрийских обозов, госпиталей, загромождавших дороги, давивших друг друга в поисках спасения от страшного русского воздушного богатыря.

Паника эта была тем сильнее, что «Муромцы» не давали покоя австрийцам, совершая налеты по два раза в день. Подробности боевой работы воздушных кораблей этого галицийского отряда, главным же образом воздушного корабля «Илья Муромец II», можно видеть из приказа по 7-й армии от 6 октября 1916 г., в котором объявлялось о награждении орденом Св. Георгия 4-й степени командира этого корабля штабс-капитана Панкратьева А.В. Алексей Васильевич Панкратьев «во время полетов 4, 5, 6, 25 и 26 мая 1916 года, производя воздушные разведки в районе Язловец — Бучач, лично управляя кораблем, с явной опасностью для жизни от сильного артиллерийского огня противника, добыл точные сведения о числе и расположении неприятельских батарей и переправ через реку Стрыпу…»

Генерал Брусилов инспектирует эскадру воздушных кораблей перед кампанией в Галиции, 1916 г.

Генерал Брусилов инспектирует эскадру воздушных кораблей перед кампанией в Галиции, 1916 г.

16 июня 1916 г. из состава Первого боевого отряда выбыл «Илья Муромец Киевский», перешедший на Западный фронт, в местечко Станьково к югу от Минска, где ввиду оживившихся военных действий необходимы были эти аэропланы. После гибели воздушного корабля «Илья Муромец III» на этом фронте не было «Муромцев», поэтому туда и был выделен особый отряд воздушных кораблей, начальником которого был назначен командир «Ильи Муромца Киевского» штабс-капитан Башко И.С.

В то время как «Муромцы» первого боевого отряда так успешно содействовали победоносному наступлению наших войск в Галиции, на Северном фронте под Ригой продолжались боевые полеты воздушных кораблей, составлявших второй боевой отряд эскадры воздушных кораблей, расположенный в местечке Зегевольд. Все корабли этого отряда имели исключительно менее мощные двигатели «Санбим», на которых с трудом достигали высоты 3000 м.

Особого упоминания заслуживает групповой полет воздушных кораблей «Илья Муромец» (I, VI, VIII и IX), во время которого была разгромлен германская гидростанция на озере Ангерн, на западном берегу Рижского залива. Полет этот состоялся 22 августа 1916 г. под общим руководством командира отряда — он же командир воздушного корабля «Илья Муромец I», морского летчика лейтенанта Лаврова Г.И. На гидростанцию были сброшены 73 больших бомбы общим весом 852 пуда, причем замечено было 22 удачных попадания. Огонь двенадцати пулеметов с «Муромцев» не позволил противоаэропланной батарее пристреляться, а неприятельским истребителям — подняться в воздух.

На этой гидростанции было насчитано до семнадцати гидропланов, причем некоторые из них, пытавшиеся подойти к «Муромцам», быстро снизились, попав под пулеметный обстрел наших воздушных кораблей. Бомбами, сброшенными с «Муромцев», вызваны были пожары ангаров, что видно было по густым облакам дыма, по-видимому, были повреждены и неприятельские гидропланы. Не получив никаких повреждений, все четыре «Муромца» благополучно вернулись на свой аэродром.

Незадолго перед этим групповым налетом воздушному кораблю «Илья Муромец VIII», находившемуся под командой военного летчика сотника В. Лобова, пришлось в районе гидростанции Ангерн выдержать бой последовательно с семью гидропланами, не рисковавшими, однако, подходить близко к «Муромцу», развившему сильный пулеметный огонь.

Из боевых полетов этого отряда особого упоминания заслуживает полет воздушного корабля «Илья Муромец X» под командой военного летчика поручика Констенчика A.M. 13 апреля 1916 г. этот «Муромец», уже несколько дней перед тем громивший станцию Даудзевас близ Фридрихштадта и вызвавший там пожар складов, полетел к станции, имея приказание её разрушить. Станция Даудзевас служила немцам базой и имела для своей защиты много зенитных батарей. Делая на высоте 2400 м второй круг для бомбометания — всего было сброшено 13 бомб — «Илья Муромец X» был жестоко обстрелян противоаэропланной артиллерией, имевшей время и возможность хорошо пристреляться.

Пулей одной из трех разорвавшихся впереди аппарата шрапнелей был тяжело ранен в грудь навылет командир воздушного корабля поручик Констенчик A.M. Падая с пилотского кресла, он потянул за собою штурвал, вследствие чего «Муромец» круто пошел вверх, потерял скорость и, скользнув на крыло, начал стремительно падать, надо думать, к великой радости немцев. Радость эта, впрочем, оказалась преждевременной, так как помощнику командира военному летчику Янковиусу, не без труда сменившему раненого командира, удалось на высоте 1500 м выровнять аппарат, несмотря на серьезные повреждения аэроплана и трех его двигателей.

Обратный путь в 66 км (из них 26 км в тылу у неприятеля) был пройден «Муромцем» за 52 мин, причем над неприятельскими окопами летели на высоте около 1000 м. Поручик Янковиус довел аппарат до аэродрома в Зегевольде, причем при посадке у «Муромца» сломалось и почти отвалилось правое крыло, лонжерон которого был перебит и сломался от легкого толчка, как только аппарат коснулся земли. Кроме повреждений двигателей, в аппарате имелось 70 пробоин.

Кроме поручика Констенчика из находившихся в полете на «Муромце» был легко ранен артиллерийский офицер поручик Шнеур Г.Н. (фотографический аппарат, который он держал в руках, был разбит). Помощник командира поручик Янковиус был контужен. Ранение поручика Шнеура не помешало ему совместно с вольноопределяющимся Касаткиным заняться перевязкой тут же, в аппарате, раненого командира Констенчика.

Во время обстрела и падения «Муромца» на 900 м, на верхней площадке воздушного корабля находился у пулемета старший унтер-офицер Марсель Пля, по происхождению полунегр-полуфранцуз. Он спасся от падения тем, что привязал себя поясом к аппарату; на верхней площадке при скольжении аппарата на крыло ему пришлось, по его словам, натерпеться страху, что, впрочем, не помешало ему, спустившись в каюту «Муромца», не без юмора заявить, что «так падать он больше не желает…», а затем вылезти на крыло исправлять повреждение мотора и просидеть там около получаса.

За этот полет командир корабля военный летчик поручик Констенчик A.M. был награжден орденом Св. Георгия 4-й степени, поручик Янковиус — Георгиевским оружием, старший унтер-офицер М. Пля — Георгиевским крестом 3-й степени, а старший унтер-офицер Касаткин — представлен к производству в офицеры.

Надо отметить, что немцы, имевшие уже в то время много быстроходных истребителей, старались при всяком удобном случае атаковать «Муромцев», пользуясь какой-либо оплошностью с нашей стороны и стараясь подойти к «Муромцу» сзади, т. е. с самой уязвимой его стороны, не имевшей достаточного обстрела из своих пулеметов в этом направлении. Этим атакам очень способствовала наша русская беспечность; по пословице «Гром не грянет — мужик не перекрестится…» Во время одной из таких атак «Ильи Муромца VI» был атакован неприятельским истребителем, дело чуть не кончилось очень печально для нашего воздушного корабля.

10 сентября 1916 г. «Илья Муромец VI» возвращался из боевого полета и, пролетая над Рижским заливом, недалеко от устья реки Аа, считал уже себя дома, вне сферы атак неприятельских истребителей, а потому не принял никаких мер предосторожности. Неприятельский аэроплан приблизился незаметно сзади и открыл огонь из пулемета почти в упор, с расстояния 10 м. Первыми же разрывными пулями были ранены, по счастью, не тяжело, командир военный летчик штабс-капитан Головин С.Н., артиллерийский офицер капитан Иванов В.А. и штабс-капитан Лойко, а также поврежден был пулемет Виккерса.

Ружье-пулемет Мадсена «заело» при первых выстрелах, и подпоручику Лутцу А.Ю. пришлось отбивать атаку с помощью единственного неповрежденного пулемета, из которого он успел сделать всего десять выстрелов в упор по неприятельскому аэроплану. Был ли ранен кто-нибудь из неприятельских летчиков или у них не хватило решимости продолжать атаку, а возможно также, что неприятельский аэроплан попал в струю воздуха от винтов «Муромца», но только он резко наклонился и пошел, снижаясь, в направлении Туккума.

Пережившему жуткие минуты экипажу воздушного корабля было уже не до того, чтобы следить за его дальнейшим полетом. Несмотря, однако, на все описанное и на то, что «Муромец» получил в этом воздушном бою 293 пробоины, он был благополучно доведен до ближайшего аэродрома под Ригой. По выражению одного из участников полета, после моря, которое они видели под собой, земля показалась им «очень милой»…

В боевом отряде на Западном фронте под Минском в течение лета и осени 1916 г. «Муромцы» успешно выполняли свою работу, несмотря на то, что все находившиеся там воздушные корабли имели моторы «Санбим», за исключением «Ильи Муромца Киевского», имевшего моторы «Аргус». Из находившихся в этом отряде воздушных кораблей начал выделяться своими смелыми полетами «Илья Муромец XVI» под командой военного летчика поручика Макшеева.

Осенью 1916 г. на северном участке Западного фронта предполагалось произвести прорыв германского фронта. Желая отвлечь внимание противника от готовившегося наступления наших войск на этом участке, разведывательное отделение штаба фронта решило использовать для этой цели нашу авиацию и произвести демонстрацию на участке в районе Сморгонь — Крево. С этой целью в местечко Мясота были переброшены четыре «Муромца» и двенадцать малых аппаратов.

Местом налета был намечен штаб немецкой резервной дивизии возле местечка Боруны. Организация этого полета, намеченного на 12 сентября 1916 г., была поручена начальнику разведывательного отделения штаба фронта. По незнакомству ли с этим совершенно новым способом воздушной войны и ее тактикой — когда впервые тяжелая авиация должна была выступить совместно с легкой, — или по каким-либо иным причинам, но никакой организации этого группового полета не было. Все аппараты улетели самостоятельно, поодиночке. Наши истребители, отделившись, кружились над линией фронта, малые аппараты не могли проникнуть для бомбометания в тыл противника, а «Муромцы», способные в надлежащем строю (как то имело место на Рижском фронте, под Ангерном) развить сильный пулеметный огонь, действовали вразброд и поодиночке.

Правда, «Илье Муромцу Киевскому», на котором находился и начальник разведывательного отделения штаба фронта, удалось выполнить свою задачу: долетев до места расположения штаба немецкой дивизии и кружась в течение 15 мин над местечком, «Илья Муромец Киевский» удачными попаданиями бомб зажег это местечко и немецкий штаб и благополучно вернулся назад. «Илья Муромец XVI» также проник за линию неприятельского фронта. Он был атакован четырьмя неприятельскими истребителями.

Завязался ожесточенный бой, во время которого разрывными зажигательными пулями неприятельских истребителей на «Илье Муромце XVI» был взорван бензиновый бак, и «Муромец», объятый пламенем, упал на занятой неприятелем территории, недалеко от Крево. На нем погибли: командир военный летчик поручик Макшеев, его помощник военный летчик поручик Рахмин, артиллерийский офицер поручик Гаибов и корнет Карпов. В перехваченной сводке немецкого радио говорилось по этому поводу: «Наконец нам удалось сбить большой русский четырехмоторный аэроплан, хотя это и стоило трех наших аппаратов»…

Из записки, сброшенной немецким аэропланом, согласно авиационной традиции, стало ясно, что наши погибшие офицеры были погребены немцами с отданием воинских почестей. На полученном впоследствии снимке, помещенном в немецкой газете, видно было, что над братской могилой наших офицеров поставлен восьмиконечный православный крест с надписью, что на этом месте лежат четыре русских летчика, погибшие славной смертью в воздушном бою, 25 сентября (нового стиля) 1916 г. Около креста виднелись остатки колес аэроплана и радиаторов двигателя «Санбим» — все, что осталось от славно погибшего воздушного корабля «Илья Муромец XVI». Государственная Дума посмертно наградила всех четырех погибших офицеров орденом Св. Георгия 4-й степени.

Итак, попытка группового полета из 16 аппаратов, где впервые тяжелая авиация действовала совместно с легкой, не удалась по причине отсутствия надлежащей подготовки и организации. Стоила она нам одного «Ильи Муромца», одного «Морана», сбитых неприятельскими истребителями, и двух выведенных из строя малых аппаратов. Противник имел на этом участке лишь один отряд истребителей. После этой неудачной попытки намеченная демонстрация была отменена. Неуспех этот главным образом зависел от того, что полет не был основательно продуман, разработан и подготовлен; он был импровизирован так же, как импровизировались в начале войны отряды аэропланов «Илья Муромец», что и дало плачевные результаты.

В то время как «Ильи Муромцы» совершали боевые полеты в отрядах на всех фронтах: Северном, Западном и Юго-Западном, на базе «Муромцев» в Пскове шла работа по подготовке воздушных кораблей и их командного состава к боевым полетам. Наряду с этим производились испытания новых типов «Муромцев», над усовершенствованием которых неутомимо работал Сикорский И.И.

24 августа 1916 г. был произведен испытательный полет нового «Ильи Муромца» (тип Е). Этот новый аэроплан при нагрузке 245 кг легко достигал высоты 3100 м. Каюта его была более вместительна, чем на прежних типах «Муромцев». Изменено было расположение бензиновых баков, усилено его вооружение. Передняя часть вся была из небьющегося, вернее, не дающего осколков стекла, что давало возможность пилоту хорошо видеть не только вперед, но и по сторонам, вверх и вниз.

Мощность его двигателей была доведена до 740 л.с. На этом аппарате были установлены двигатели «Рено». Сделать это пришлось потому, что производство русско-балтийских моторов еще не было в надлежащей мере налажено. Двигатели «Рено» дали на этом «Муромце» хорошие результаты, недостатком их была их громоздкость и тяжесть, что в связи с огромным количеством поглощаемого ими бензина не давало этому типу «Муромца» больших преимуществ в смысле полезного груза, при дальних полетах. На таком аппарате 24 апреля 1917 г. командир «Ильи Муромца V» штабс-капитан Алехнович совершил перелет из Винницы в Кишинев с нагрузкой 2948 кг при неблагоприятных условиях: сильный ветер до 23 м/с на высоте 1000 м.

Кроме типа Е, 10 сентября того же 1916 г. был испытан «Илья Муромец» типа Г — этот аппарат в общем сохранил все главнейшие черты предшествовавших типов (Б и В), но на нем были установлены два двигателя «Рено» по 220 л.с. (каждый посередине) и два двигателя Русско-Балтийского завода по 150 л.с. (по сторонам). Вызвано это было тем, что, как было сказано, ограниченное производство наших русских двигателей не давало возможности обойтись без помощи заграницы. Во всяком случае, этот тип «Ильи Муромца» дал много лучшие результаты, чем «Муромцы» с моторами «Санбим». При нагрузке в 1638 кг он набирал высоту 1000 м за 6 мин и поднимался на высоту 3500 м.

Можно упомянуть, что во время пробного полета на этом аппарате прекратилась подача бензина и «Муромец», находившийся в 32 км от своего аэродрома, благополучно спланировал на него. Этот планирующий спуск был выполнен военным летчиком капитаном Нижевским Р.Л.

Обучение полетам на «Муромцах» происходило без осложнений. Единственная катастрофа, произошедшая с «Муромцем» и сопровождавшаяся жертвами произошла 16 мая 1916 г., когда разбился насмерть штабс-капитан Иньков, назначенный командиром воздушного корабля «Илья Муромец XIV». Причиной этой катастрофы был, по-видимому, поворот без крена (то, что военные летчики называли «штаб-офицерским» поворотом). Кроме штабс-капитана Инькова тяжело пострадали: штабс-капитан Валевачев, механик Ковальчук и военный летчик поручик Полетаев. Двое первых умерли несколько дней спустя от осложнений. Пятый, находившийся на корабле вольноопределяющийся Насонов, отделался лишь вывихом руки.

В то время, т. е. к началу 1917 г., наши армии уже имели в достаточном количестве артиллерию, снаряды и ждали весны, чтобы мощным ударом прорвать фронт противника. В конечном успехе были уверены все. Говорят, что оркестр Гвардейского экипажа уже разучивал марш, специально написанный «на вступление в Константинополь». Известно было, что австрийцы ждут лишь нашего наступления, чтобы сдаться. «Ильи Муромцы», выделившие боевой отряд на Румынский фронт, в г. Белград, должны были таким образом явиться первыми вестниками освобождения занятых австро-германскими войсками Румынии и Сербии. Но события в Петрограде в конце февраля и начале марта 1917 г. перевернули все. Вместо грома побед нас ожидал неслыханный позор, а вместо желанного мира — Гражданская война.

«Муромцы» в 1917 г.

В 1917 году, несмотря на то, что с фронта уже хлынули толпы «сражателей» — оставивших свои части, боевые полеты продолжались и совершались они как в отрядах, расположенных в Галиции (неподалеку от Тернополя и в районе Черткова), так и на Румынском фронте.

Заброшенная авиабаза эскадры воздушных кораблей в Виннице, 1917 г.

Заброшенная авиабаза эскадры воздушных кораблей в Виннице, 1917 г.

25 апреля 1917 г. «Илья Муромец XV» под командой военного летчика капитана Клембовского Г.В. не только выдержал бой с тремя германскими истребителями, но вышел из него победителем, так как в этом воздушном бою «Муромцем» было сбито два неприятельских истребителя, рискнувших подойти слишком близко к нашему воздушному кораблю. На «Муромце XV» был легко ранен в голову моторист старший унтер-офицер Голубец, аппарат получил небольшие повреждения: пробиты лопасти винтов, разбит картер одного из моторов.

Воздушный корабль «Илья Муромец XV» вылетел рано утром 25 апреля 1917 г. с аэродрома у местечка Ягельницы (близ Черткова). Состав экипажа: командир — военный летчик капитан Клембовский Г.В., его помощник — военный летчик поручик Демичев-Иванов, артиллерийский офицер — капитан Ивановский П.В., военный летчик штабс-капитан Федоров B.C. и моторист старший унтер-офицер С. Голубец.

В полете из пулеметов были обстреляны обозы. Из сброшенных в фольварк Хуциско бомб четыре попали в здания фольварка и вызвали там пожар. На обратном пути, километрах в 10 от позиций, в районе деревни Мечищув, «Илья Муромец XV» был атакован тремя неприятельскими истребителями типа «Фоккер», подошедшими к нему сзади. Ответным огнем с «Муромца» первый из неприятельских истребителей был вскоре сбит и упал в лесу около неприятельских окопов, что было ясно видно с «Муромца». Второй «Фоккер» был сбит уже над нашей территорией, но ввиду повреждений, полученных на «Муромце», и ранения моториста Голубца экипаж не мог следить за его падением. Бой происходил на высоте от 2400 до 1800 м.

За этот бой помощник командира воздушного корабля «Илья Муромец XV» поручик Демичев-Иванов награжден был орденом Св. Георгия 4-й степени, капитан Ивановский П.В. и штабс-капитан военный летчик Федоров B.C. награждены Георгиевским оружием, старший унтер-офицер С. Голубец — Георгиевским крестом. Что касается командира воздушного корабля, военного летчика капитана Клембовского Г.В., то он также был представлен к награждению орденом Св. Георгия 4-й степени, но из-за неразберихи в штабах орден он так и не получил.

Из боевых полетов на Румынском фронте заслуживают внимания полеты «Ильи Муромца IX» под командой военного летчика капитана Нижевского Р.Л., относящиеся к тому же времени, т. е. к весне 1917 г. Этот «Муромец» типа Е показал свои хорошие качества. Во время одного из полетов, при переходе линии фронта, загорелся карбюратор одного из средних моторов («Рено»). Пожар, распространившийся уже на нижнюю несущую поверхность «Муромца», был потушен под сильным артиллерийским обстрелом вылезшими на крыло старшим унтер-офицером Ивановым и вольноопределяющимся Капоном. После этого «Муромец IX» продолжал полет на трех моторах и, сбросив бомбы, благополучно вернулся на свой аэродром.

В другом полете этот же воздушный корабль, возвращавшийся из своего налета на станцию Троян, разрушенную его бомбами, был атакован двумя неприятельскими истребителями Уже на нашей территории. Экипаж корабля, считавший себя дома, не принял необходимых мер предосторожности, и атака неприятельских истребителей была замечена лишь после того, как подошедший незамеченным сзади неприятельский аэроплан открыл пулеметный огонь по «Муромцу», причем ранены были: в ногу — прапорщик Талако и смертельно в живот — старший унтер-офицер Янкевич. Несмотря на это, атака была отбита, причем был сбит один из неприятельских истребителей. У «Ильи Муромца IX» были пробиты радиаторы двух средних моторов; остававшиеся до аэродрома 55 км «Муромец» летел на двух уцелевших моторах.

В боевом отряде под Тернополем «углубление революции» не замедлило сказаться трагическими последствиями. 28 апреля 1917 г. погиб со всем экипажем неподалеку от местечка Микулинци воздушный корабль «Илья Муромец I». В воздухе сломалась и выпала подкосная стойка аппарата. По-видимому, это было следствием умышленной порчи стойки или тросов, ее поддерживавших.

Такое повреждение легко могло быть не замечено, тем более что механик этого воздушного корабля Шидловский М.Ф., всегда лично и подробно осматривавший аппарат, под влиянием постоянных оскорблений и угроз со стороны нижних чинов сказался больным и помещен был в госпиталь, офицеры же корабля могли просмотреть такую мелочь, как ослабленная или даже снятая контргайка растяжки, поддерживавшей стойку. При падении разбились насмерть: командир корабля (он же командир боевого отряда) военно-морской летчик старший лейтенант Лавров Г.И., помощник командира военный летчик поручик Витковский В.К., лейтенант Шокальский, подъесаул Отрешко, прапорщик Балашов и моторист, старший унтер-офицер Софронов.

Статья написана по материалам книги К.Н. Финне «Русские воздушные богатыри И.И. Сикорского», М., АСТ, Минск, 2005 г., с. 124-153.