Лобанов Евгений Александрович родился в 1916 г. в городе Павловском Посаде Московской области. В 1935 г. по путевке МГЦ ВЛКСМ поступил в военно-морское авиационное училище. С 1938 г. служил на Черноморском флоте. В Великой Отечественной войне с ее первого дня. Был пилотом, командиром звена, командиром эскадрильи, заместителем командира полка. Совершил 235 боевых вылетов. Звания Героя Советского Союза удостоен 22 января 1944 г. С 1946 г. был в запасе. Скончался в 1974 г.

В ночь на второй день Великой Отечественной войны группа наших самолетов атаковала военные объекты румынского города-порта Констанца. Фугасные и зажигательные бомбы падали на цели довольно точно. За штурвалом одной из краснозвездных машин был двадцатипятилетний Евгений Лобанов. Впервые бомбил он не условного, а настоящего противника. Действовал под огнем зенитных батарей. Взрывы и пожары свидетельствовали об эффективности удара флотских летчиков.

В течение дня еще дважды появлялись летчики-черноморцы над Констанцей, возвращались к Сулине и — снова на цель. Тяжелые, опасные рейсы. К тому же без истребителей сопровождения. А затем срочно потребовалось установить фактические разрушения в Констанце. Произвести разведку поручили Лобанову. И вот он опять в полете. Подошел к базе румынского флота со стороны солнца. Вокруг били зенитки. В небо поднялись истребители противника, но перехватить разведчика не смогли. Лобанов, сфотографировав базу, ушел к морю, а затем вернулся к себе.

Лобанов Е.А.

Лобанов Е.А.

За первый месяц войны молодой летчик совершил более пятнадцати вылетов на Констанцу и Плоешти. Вылеты эти были сопряжены с немалыми опасностями, особенно при отходе от цели. Над морем Лобанов и его товарищи летели увереннее. Обратный же путь оказывался более трудным: редко удавалось избежать повреждений от зенитного огня или атак истребителей противника. Несколько раз подвергался нападению «мессершмиттов» и бомбардировщик Лобанова. Летчик действовал в такие минуты решительно, его неожиданное маневрирование не позволяло врагу вести прицельный огонь. Был случай, когда вконец выведенный из себя пилот «мессершмитта», пикируя на снизившуюся до бреющей высоты машину Лобанова, сам врезался в волны.

Лобанов довольно быстро зарекомендовал себя отличным специалистом по разведке и бомбардировке наземных целей, уничтожению плавсредств противника. Как боевой летчик он считался одним из лучших. Сочетал отличную технику пилотирования с бесстрашием и инициативой, всегда наносил максимальный урон фашистам. В трудное время обороны Одессы и Севастополя он нередко за один день совершал по нескольку вылетов — разведывал опаснейшие участки фронта, бомбил скопления войск противника, топил баржи с боевой техникой, а иногда и вел воздушные бои. В одном из таких боев его экипажу удалось сбить два «мессершмитта».

Как правило, под самолет Лобанова подвешивали реактивные снаряды. «Летающая «катюша», — шутили друзья. Обычно летчик использовал эти снаряды в атаках по скоплению вражеских войск. Но однажды, завершив разведку, преследуемый «мессерами», стал уходить в море. Вскоре преследователи повернули назад. И именно в этот момент он увидел баржу, груженную техникой. Лобанов решил атаковать ее «катюшами». Получилось удачно! Баржа с первого же захода пошла на дно.

Как-то в эскадрилью прибыл офицер из штаба: надо было разведать состояние объектов после очередной бомбежки. При этом офицер предупредил:
— Учтите, там сильные средства противовоздушной обороны…
— Так эти сведения вам доставит Лобанов, — с ударением сказал комэск. — Вот он, здесь, познакомьтесь.

Получив задание, летчик идет к самолету вразвалочку, подобно тому, как моряк на палубе корабля в штормовую погоду. Шутит с вернувшимися из боя летчиками, смотрит на небо, кажется, совсем беззаботно. А в действительности Лобанов мысленно уже давно в море и за морем, где надо решить несколько задач. И полет, судя по обстановке, будет не таким уж легким.

Уже на подходе к румынской военно-морской базе — встреча с истребителями противника. Но удалось отбиться. А вскоре новая трудность: над объектами густой зенитный огонь, близко рвутся снаряды, чувствуется, как осколки ударяют в обшивку самолета. И все же летчику удалось и фотосъемкой и визуально определить их состояние. Теперь — крюк к партизанам. Надо сбросить им новую рацию.

И снова к морю, на отдаленный фарватер, интенсивно используемый противником. На землю дается радиограмма о замеченном караване вражеских судов: видимо, идут за нефтью. Лобанов сбрасывает серию бомб на самое большое судно. Теперь можно и домой. Семь часов пробыл тогда его экипаж в воздухе, отлично выполнив сложное задание.

Много сил отдал летчик и во время операции по выводу из строя Чернаводского моста через Дунай. Каждый пилот самостоятельно решал, откуда подойти к цели, с какой высоты сбросить бомбы. Лобанов бомбил с минимальной высоты. Вместе с экипажем ему удалось повредить одну из ферм моста — не только важнейшей части железнодорожной магистрали, но и одного из звеньев нефтепровода Плоешти — Констанца.

В районе моста — многочисленные зенитные батареи, аэродром истребителей перехватчиков. Однако и через эту систему противовоздушной обороны Лобанову удалось прорваться, не получив ни одной пробоины. Отходить от цели пришлось в сплошных разрывах.

С горизонтального полета разрушить мост трудно, лучше бы с пикирования. Но пикирующих бомбардировщиков на флоте в то время было немного. Можно бы использовать истребители И-16, но у них мал запас горючего. И тогда авиаторы решили превратить четырехмоторный бомбардировщик ТБ-3 в своеобразный носитель истребителей. Полковые умельцы изготовили крепления, и под крыльями ТБ-3 разместилась пара «ястребков». Каждый из них был снабжен дополнительным баком бензина.

В первых числах августа «авиаматка» ТБ-3 стартовала. В районе Георгиевского гирла истребители с работающими моторами отцепились от нее, устремились к цели и сбросили бомбы с пикирования. Лобанов же в это время кружил над мостом, вызывая на себя огонь зенитной артиллерии противника, и тоже сбрасывал бомбы. Задание и на этот раз было успешно выполнено: летчики разрушили две фермы моста и повредили нефтепровод.

В середине августа 1941 г. тяжелое положение сложилось в районе Одессы, которая оказалась блокированной с суши. В числе флотских летчиков, самоотверженно защищавших город, был и Лобанов. Он бомбил скопления фашистских войск, вел воздушную разведку, в том числе и на морских фарватерах. А потом — оборона Севастополя. Снова непрерывная работа над морем, поддержка с воздуха кораблей, которые шли на помощь защитникам города. Затем — Керчь и Тамань.

Долго вспоминали на флоте удар по скоплению вражеских судов в керченском порту. Большая группа наших ДБ-3 встретилась близ цели с вражескими истребителями. Завязался воздушный бой. Организованно отбиваясь от атак врага, советские летчики прорвались к порту и нанесли меткий бомбовый удар. В той группе находился и Лобанов. После бомбардировки, как это и было условлено раньше, он фотосъемкой зафиксировал поражение плавсредств противника. В числе других летчиков за этот налет Лобанов был награжден орденом Красного Знамени.

Отличался он и в так называемой «свободной охоте». Однажды обнаружил транспорт противника неподалеку от крымского берега.
— Какие здесь глубины? — спросил он штурмана Ивана Корпенко.
— Нормальные, — ответил тот.
Дело в том, что на мелководье торпеда зарывается в ил и перестает быть опасной.
— Атакуем!
Быстрые расчеты. На боевом курсе уже не до маневра, хотя и стреляют зенитки. Торпеда неотвратимо идет к судну. Взрыв! Транспорт оседает на корму. Крутым разворотом Лобанов уходит от цели, не забывая произвести фотографирование. Ведь успех надо подтвердить документально.

Удачно проводили черноморские авиаторы и операции по уничтожению фашистских самолетов на земле. Однажды разведчики, в том числе и Лобанов, установили, что на аэродроме в районе Майкопа скопилось большое число «юнкерсов». Разработали план удара с одновременной высадкой десанта. Все было рассчитано по минутам. В группе бомбардировщиков летел на цель и Лобанов. Многое пришлось испытать в том бою: и ожесточенный зенитный огонь, и атаки «мессершмиттов». Но черноморцы выполнили задание — уничтожили и повредили более двух десятков вражеских машин.

Предельного самообладания требовал полет на Анапу весной 1943 г. В тот вечер группа ДБ-3 наносила удар по плавсредствам и порту; один экипаж для дезинформации бомбил аэродром противника. Лобанову предстояло стать «фонарщиком» — выхватить порт из темноты светящими бомбами. Зенитки били по его самолету. Но что это? От него отделяются фигурки, вспыхивают купола парашютов. Десант? Но это только манекены, имитирующие парашютистов. Вражеский огонь рассредоточивается. А в это время наши летчики наносят основной удар — по порту…

Много подобных полетов было у Лобанова. А всего на его счету 235 боевых вылетов, семь потопленных транспортов противника, два сбитых «мессершмитта», эффективные воздушные разведки, связь с партизанами, удары по переправам на Дону и Кубани…

В заключение еще об одной операции — комбинированном ударе по кораблям противника. Четыре машины вылетели на задание. Две — с торпедами, две — с бомбами. Ведущий второй пары — Лобанов. Он должен нанести удар с высоты мачт, с бреющего полета. Этот метод назывался топмачтовым. Он очень точен: бомбы, как бы рикошетируя от воды, врезаются в борт корабля. Если, конечно, летчик точно выдержит все параметры атаки. Если сможет пройти через завесу зенитного огня. Если столбы воды от взрывающихся снарядов не выведут из строя моторы. Если, наконец, осколок или пуля не убьет летчика — на дистанции атаки опасен и автоматный огонь… Через все это прошел Лобанов. Он атакует. Бомбы ударяют в борт транспорта. А торпедоносцы завершают удар… И так было не раз за годы войны.