На Чёрном море не было длительных по времени многонедельных походов, не было нападения на громадные конвои, как, например, при действиях немецких подводников в Атлантике, но условия проведения атак в тесной акватории Черного моря, перекрытой действиями вражеской авиации, были чрезвычайно трудны. Выходы в море были довольно часты, и все время пребывания в боевом походе лодки должны были находиться в подводном положении, лишь изредка всплывая в ночное время для подзарядки аккумуляторных батарей и вентилирования отсеков.

Так как зачастую маршруты движения транспортов и танкеров пролегали вблизи побережья, то приходилось действовать под обстрелом береговых батарей и, главное, в условиях мелководья. В таком случае уклоняться от воздействия кораблей ПЛО уходом на глубину практически было невозможно. Многие подводные лодки не вернулись из боевых походов. Вот кое-что из того, как действовали черноморские подводные асы в таких условиях.

1. Подводная лодка «М-32» Черноморского флота (капитан-лейтенант Калтынин Н.А.). 21 июня, погрузив мины, боезапас (патроны для защитников города), бензин, продовольствие, вышла из Новороссийска и, успешно преодолев все преграды, прибыла в Севастополь, произвела выгрузку.

Забрав в Севастополе несколько раненых солдат и гражданских пассажиров, среди которых было три женщины, 23 июня лодка должна была выйти из порта. При нахождении в подводном положении в подводной лодке неожиданно произошел взрыв паров бензина в центральном посту. Многие члены экипажа, находящиеся в отсеке, получили ожоги, но никто не покинул свой пост. Было светлое время суток, и лодка до наступления темноты должна была лежать на грунте в районе базы в течение 16 часов.

Сухомлинов П.Д.

Сухомлинов П.Д.

В загазованных отсеках, насыщенных парами бензина, большинство личного состава и пассажиров было в обморочном состоянии. Продолжали бодрствовать только 3 человека (командир лодки, старшина группы Пустовойтенко Н.К. и краснофлотец Сидоров). Командир приказал Пустовойтенко, который чувствовал себя наиболее бодро, разбудить его в 21 час, часа через 3-4, т к. сам он практически более 2 суток не спал.

Продержавшись до назначенного времени, Пустовойтенко начал будить командира, но командир был в бессознательном состоянии. Тогда Пустовойтенко принимает решение самостоятельно всплыть в надводное положение, продув балласт (благо было уже темно). Лодка всплыла в позиционное положение. Пустовойтенко открыл верхний рубочный люк, но, глотнув свежего воздуха, сам стал терять сознание. В последний момент он успел все же задраить люк.

Грешилов М.В.

Грешилов М.В.

В течение 2 часов лодка оставалась никем не управляемой, ее сносило на каменистый берег в районе Херсонесского маяка. Однако Пустовойтенко пришел в сознание, открыл рубочный люк и вынес командира в ограждение рубки. К командиру лодки стало возвращаться сознание, и он дал команду: «Запустить моторы и дать задний ход», т к. лодка была в положение носом к берегу. Электрик, приведенный в чувство старшиной Пустовойтенко, толком не разобравшись в смысле поступившей команды, дал ход вперед.

Командир приказал Пустовойтенко встать у главной станции и обеспечить правильный ход, но лодка уже успела удариться о прибрежные камни и повредить вертикальный руль. Плотность батарей к этому времени полностью истощилась. Командир принимает решение запустить дизели и продуть балласт, т к. без этого с камней лодку не снять. Запустили дизель, лодка из позиционного положения перешла в крейсерское и 25 июня благополучно вернулась в Новороссийск.

2. Подводная лодка «Л-23» (капитан-лейтенант Фортушный И.Ф.) совершила в осажденный Севастополь 6 рейсов. Только за один день 1 июля 1942 г. на лодку было сброшено 442(!) бомбы («Боевой путь Советского ВМФ», т. 3, коллектив авторов под руководством А.В. Басова, М. 1974; ЦВМА, ф. 10, д. 34574). Это абсолютный рекорд по количеству глубинных бомб надводных кораблей и самолетов, сброшенных в течение одних суток (можно вносить в Книгу рекордов Гиннесса). Такое никогда и не снилось немецким или каким-то другим подводникам.

3. Подводная лодка «С-31» (капитан-лейтенант Белоруков Н.П.) совершила 5 рейсов в Севастополь. За время этих рейсов неоднократно подвергалась атакам вражеских самолетов, обстрелу арторудий с берега, преследованию малыми кораблями ПЛО, сбросившими на нее свыше 200 глубинных бомб.

4. Несколько лодок помогали осажденному Севастополю, но не прекращались боевые действия подводных лодок и по нарушению транспортных перевозок врага: постановка минных заграждений, торпедные и артиллерийские атаки танкеров, сухогрузных транспортов, боевых кораблей, барж, шхун.

Успешно действовали подводные лодки «Щ-21» (инженер-капитан 3-го ранга Зельден И.Л.), «М-35» (ст. лейтенант Грешилов М.В.), «Щ-214» (капитан-лейтенант Власов В.Я.), «Щ-205» (капитан-лейтенант Сухомлинов П.Д.) и др. Например, подводная лодка «Щ-211» (капитан-лейтенант Девятко А.Д.) в одном из боевых походов высадила группу болгарских революционеров-интернационалистов во главе со знаменитым Николаем Райдойковым, а через четверо суток вышла в торпедную атаку на конвой из 2 транспортов и нескольких малых кораблей эскорта. С дистанции 3 кабельтовых командир произвел 2-торпедный залп: транспорт «Пелес» водоизмещением 5708 тонн получил сильное повреждение, вначале выскочил на мель, а потом сполз с нее и затонул.

Эта же ПЛ в следующем походе вышла в атаку на конвой из трех транспортов, в числе которых были итальянские танкеры «Тампило» и «Суперга» в охранении эсминца и 5 катеров. С воздуха конвой прикрывался самолетом. В результате торпедной атаки танкер «Суперга» (6514 тонн) ушел на дно. Надолго прекратился вывоз нефти из Румынии после потопления подводной лодкой «Щ-214» итальянского танкера «Торчелло» (9336 тонн).

5. Необходимо отметить, что с самого начала войны до конца 1941 г. черноморские подводники успели нанести немцам серьезные удары. За это время они потопили 5 транспортов, в числе которых «Шипка» (2304 тонны), «Чигвар» (1031 тонна), «Каварна» (3494 тонны); на минах, поставленных лодками, затонули еще 2 транспорта, 2 минных заградителя («Реджале Король I» и «Терзия Вальнер»), 7 тральщиков, 3 буксира. К концу 1941 г. подводные лодки выставили 1359 мин в активных и оборонительных минных заграждениях.

6. На долю подводников выпадала необходимость спасать людей из числа оставшихся в живых членов экипажей надводных кораблей, подвергшихся атакам вражеской авиации. Так, например, после гибели эсминца «Безупречный» 26 июня 1942 г. этим пришлось заниматься подводными лодкам «М-112» и «М-118», т. к. лидер «Ташкент», сам подвергшийся интенсивным атакам самолетов, вынужден был покинуть район, побросав спасательные круги, пояса, другие плавающие предметы («Ташкент» шел вместе с «Безупречным» в Новороссийск из Севастополя с остатками личного состава 142-й морской стрелковой бригады).

В сложных условиях черноморские подводники активизировали свои действия. Только в октябре — декабре 1942 г. они совершили 42 боевых похода, нанося удары по коммуникациям противника на морских трассах от Констанцы до Босфора (более 200 миль), от Констанцы до Одессы (180 миль), от Одессы до Аканы (355 миль). Они топили транспорты и танкеры противника, доставлявшие своим войскам боеприпасы, горючее, продовольствие. До конца 1943 г. было потоплено 42 транспорта и танкера, повреждено 3 транспорта, потоплено несколько десантных барж и буксиров.

Вот несколько примеров, как действовали наши подводники в этот период.
1. Подводная лодка «Щ-205» (капитан 3-го ранга Сухомлинов П.Д.) 5 августа 1942 г. обнаружила конвой в составе одного транспорта и 2 кораблей охранения. Чтобы сблизиться с конвоем, командир принимает решение всплыть и в надводном положении, дав ход дизелями, догнать конвой. Сблизившись на дистанцию залпа, несмотря на приближение кораблей охраны, командир выпускает 3 торпеды. Транспорт «Аркадия» (1800 тонн) ушел на дно. Лодка сумела оторваться от преследования, несмотря на интенсивное бомбометание кораблей ПЛО.

2. Подводная лодка «М-31» (капитан-лейтенант Расточин Е.Г.) 17 августа обнаружила конвой из 2 транспортов и 2 кораблей охранения. Вышла в торпедную атаку. Транспорт «Дюрншшейн», в который попали две торпеды, взорвался и затонул. Корабли ПЛО начали преследовать лодку, сбрасывая одну за другой несколько серий глубинных бомб. Лодка получила повреждения, но благополучно вернулась в базу.

3. Подводная лодка «М-36» (капитан-лейтенант Комаров В.Н.) 23 августа обнаружила конвой в составе 2 транспортов и 4 кораблей охранения. Командир принимает решение сблизиться на кратчайшую дистанцию (3 кабельтовых) и производит двухторпедный залп. Теплоход «Анкара» (4678 тонн) взрывается и идет на дно. Корабли ПЛО преследуют лодку.

В результате разрыва глубинных бомб повреждены кормовые рули, сорвана задрайка люка 6-го отсека, вода заполнила 6-й отсек, залила главный электродвигатель, начала поступать в 5-й отсек. Началась борьба за живучесть. После нескольких часов пребывания в таких условиях под водой, когда стих шум винтов кораблей ПЛО и прекратилось бомбометание, лодка всплыла в надводное положение. При подходе к базе подверглась атаке вражеского торпедоносца, но успешно уклонилась от сброшенных торпед.

Несколько позднее эта же ПЛ обнаружила тральщик с баржой на буксире в охранении 3 торпедных катеров. Командир лодки вышел в атаку и с дистанции 6 кабельтовых произвел двухторпедный залп. Баржа с боеприпасами взлетела на воздух. Катера начали преследовать лодку, сбрасывая глубинные бомбы, но безрезультатно.

4. Подводная лодка «Щ-216» (капитан 3-го ранга Карбовский Г.Е.) 10 октября 1942 г. обнаружила румынский транспорт в сопровождении 2 кораблей ПЛО. Сблизившись на дистанцию 6 кабельтовых, командир произвел 3-торпедный залп. Транспорт «Карпаты» водоизмещением 4336 тонн пошел на дно. Корабли ПЛО начали пускать осветительные ракеты, пытаясь обнаружить лодку, беспорядочно сбросили несколько глубинных бомб. Лодка успешно оторвалась от преследования.

5. 21 октября снова отличился командир ПЛ «М-35» (капитан-лейтенант Грешилов М.В.). Обнаружил транспорт в охранение 3 кораблей ПЛО. Сблизившись на дистанцию 4 кабельтовых, произвел 2-торпедный залп. Транспорт «Ле Прогресс» (6875 тонн) ушел на дно. Корабли ПЛО сбросили на лодку 32 глубинные бомбы, но безрезультатно.

В целом черноморские подводники полностью выполнили поставленные для них задачи, вместе со всем Черноморским флотом они успешно содействовали войскам Южной группы, отвлекли громадные силы немцев на южной части их Восточного фронта, помогли защитникам Одессы и Севастополя в их беспримерной в истории морских крепостей героической обороне.

До самого победного конца — в начале сентября 1944 г., когда советские войска, в частности, силами Черноморского воздушного и морского десанта захватили главную базу Румынского флота — Констанцу, а сухопутные части вступили в столицу Румынии — Бухарест, подводные лодки несли свою нелегкую боевую вахту — вахту мужества. Они существенно помогли нашей армии победоносно закончить разгром одной из крупнейших группировок немецко-фашистских войск на юге советско-германского фронта и заставить Румынию и Болгарию выйти из войны.

Немецкие ПЛ на Чёрном море

Немецкий адмирал Руге, оценивая роль своих подводных лодок на Черном море, пишет, что они «выполнили свою задачу». Возможно, и выполнили, однако потери от немецких подводных лодок составили 1,5% по боевым кораблям и 2,5% по транспортам. Это значительно (в несколько раз) меньше, чем от авиации и мин. Несомненно, что при подведении итогов штаб подводных сил Германии, как всегда, преувеличил достижения своих подводных асов.

Например, в число погибших немцы вписали наши транспорты «Красный Профинтерн» (4368 тонн), «Ленинград» (1783 тонны), «Ворошилов» (3108 тонн), танкеры «Эмба» (7886 тонн), «Иосиф Сталин» (7745 тонн), «Передовик» (1846 тонн) и некоторые другие суда. Но все они потоплены не были. Были только повреждены и остались на плаву, либо самостоятельно, либо на буксире дошли до баз и еще в ходе войны были отремонтированы и продолжали свое дело.

Командиры немецких подводных лодок, проведя торпедную атаку и не имея времени наблюдать за ее результатами (это не в пустынных районах Атлантики, где часами можно было, находясь в надводном положении, добивать свои жертвы), вынуждены были отрываться от преследования. Зачастую, услышав взрыв после торпеды, считали, что цель потоплена: в штаб шел очередной доклад о победе.

Например, командир «U-19» (обер-лейтенант Оленбург) с короткой дистанции произвел 2-торпедный залп по нашему танкеру «Передовик», шедшему в охранении нескольких малых кораблей ПЛО (тральщики, катера-охотники). Успев пронаблюдать попадание торпеды, он, оторвавшись от преследования, донес в штаб о потоплении танкера. Как выяснилось позднее, торпеда действительно попала в борт танкера, пробив отверстие диаметром 25 см, но не взорвалась. Пробоину заделали деревянным чопом, а при откачке топлива из танка обнаружили взрыватель торпеды.

Как бы там ни было, немецкие лодки на Черном море действовали по сравнению с кораблями румынского королевского флота на порядок выше. Практически никак не проявил себя в этом районе и итальянский флот. Интерес представляет способ доставки подводных лодок из Северного моря (г. Киль) по суше на Черное море. Когда немцы начали войну, то из состава 57 подводных лодок «Кригсмарине» 35 из них были «малютками» серии «II». Вначале Дениц планировал все эти лодки использовать в качестве учебных, переведя в Балтийское море.

Однако жизнь заставила часть лодок срочно переоборудовать под серию «IID» (с радиусом действия, увеличенным в 3 раза), и их стали использовать в режиме боевых. И надо сказать, что лодки эти показали, что они весьма эффективны. Так, именно они потопили на Балтике в 1941 г. 3 наших «малютки»: «М-78», «М-94» и «М-99».

В 1942 г. 6 подводных лодок серии «II» («U-9», «U-18», «U-19», «U-20», «U-23» и «U-24») были переправлены в Констанцу, т. к. на Черном море немцы испытывали «голод» в подводных лодках. На Черное море железнодорожным транспортом перебрасывались торпедные катера, тральщики, десантные суда. Таким же образом по суше было решено переправить и подводные лодки. Только не по железной дороге, а по шоссейной.

Вначале подводную лодку разбирали так, чтобы вес остова не превышал 200 тонн: снимали аккумуляторы, двигатели, демонтировали рубки, выдвижные устройства. После этого их переворачивали на бок и подводили 6 точно пригнанных понтонов. Затем в таком виде на буксире тащили вверх по Эльбе до района, где глубина уже не позволяла двигаться дальше. После этого лодку вытаскивали на сушу и раздельно от понтонов по автостраде на мощных тихоходных транспортах перевозили до Ингольштадта.

Там она спускалась на воду, снова крепилась к тем же понтонам, тоже перемещенным таким же образом. Теперь на буксире такая связка снова транспортировалась по воде до базы Линц. В Линце лодки собирались в полном виде, за исключением балластной цистерны. Из-за глубокой осадки цистерна по мелководной части Дуная пройти не могла, так что устанавливалась она только в устье Дуная. Надо отметить, что эта сложная операция по переправке подводных лодок проходила довольно успешно. В октябре 1942 г. в Констанце была сформирована флотилия подводных лодок «30.U», действовавшая до 1944 г.

Из всех 9 немецких подводных лодок, действовавших на всех морях и потопленных подводными лодками союзников, 4 лодки потопили наши подводники: «U-144» — потоплена нашей «малюткой» «М-94» под командованием ст. лейтенанта Дьякова 27.07.41 г.; «U-144» — нашей ПЛ «М-78» 23.06.41 г.; «U-149» — нашей ПЛ «М-101» 28.06.41 г. и «U-584» — нашей ПЛ «М-175» 10.01.42 г. В свою очередь, немецкие подводные лодки потопили 26 подводных лодок союзников (3 наших, 17 английских, 3 американских, 2 голландских и 1 норвежскую).

Из немецких черноморских лодок 3 подводные лодки были уничтожены у причалов в Констанце во время налета нашей авиации 20.08.44 г. 3 подводные лодки немцы затопили у берегов Турции недалеко от Босфора. По другим нескольким лодкам «30.U» флотилии точных сведений нет. Некоторые зарубежные историки пишут, что других лодок там вообще не было. Другие (английские) утверждают, что несколько лодок захватил Советский Союз после капитуляции Румынии и Болгарии.

Из книги Г. Дрожжин «Лучшие подводные асы Второй мировой», М., «Яуза», «Эксмо», 2010 г., с. 543-553.