Бурхард Христофор Миних — иностранец, достигший на русской военной службе высокого положе­ния, родился в 1683 г. в графстве Ольденбургском. Предки его были крестьянами. Дворянство  его отец  получил в 1658 г.  от  датского короля. В молодости Христофор изучал под руководством отца, полковника на датской службе, черчение, матема­тику, иностранные языки. Когда ему исполнилось шест­надцать лет, поступил на инженерную службу во Франции, затем перешел в гессен-дармштадтский корпус, а затем — в гессен-кассельский корпус, в котором вое­вал под руководством выдающихся полководцев — принца Евгения Савойского и герцога Мальборо.

В 1712 г. Миних был ранен, после чего попал в плен к францу­зам, из которого освободился после окончания войны. В 1716 г. поступил на службу к Августу II, королю польскому и курфюрсту саксонскому. Получил чин гене­рал-майора.  Но не поладил с его фаворитом графом Флеммингом. Через русского посланника в Речи Посполитой князя Г. Долгорукого послал Петру I свои сочи­нения по фортификации, и тот пригласил его в Россию.

Миних волей царя стал генерал-инженером в русской армии. Прибыл в Петербург в феврале 1721 г. В сле­дующем  году ему пожаловали  чин генерал-поручика. В конце жизни императора Петра Великого и после его кончины Миних возглавлял строительство шлюзов на реке Тосна, Обводном и Ладожском каналах. Петр неоднократно одобрял его деятельность по уст­ройству Ладожского канала.

При Петре II его назначили главным директором над фортификационными работами в России. В 1728 г. Миних стал графом, генерал-губернатором Петербурга, Ингерманландии, Карелии и Финляндии. С воцарением Анны Иоанновны Миних сблизился с Э. Бироном и Остерманом А.И. В 1730 г. был назначен президентом Военной коллегии, то есть военным министром, генерал-фельдцейхмейстером, в 1732 г. — фельдмаршалом, генерал-полицмейстером.

Фельдмаршал Миних Х.А.

Фельдмаршал Миних Х.А.

В 1731 г. Миних, поставленный во главе комис­сии по упорядочению русской армии, провел важные меры по ее комплектованию, вооружению, обмундиро­ванию. Впрочем, этими вопросами он начал заниматься двумя годами ранее и продолжал до 1733 г. Военная реформа Миниха затронула многие стороны жизни армии.

При нем ограничили пожизненную и по­головную службу дворян — ее срок свели к 25 годам, не считая военного времени. Одного из сыновей дворя­нина в армию не брали, чтобы занимался дома хозяй­ством. Он сровнял в жалованье русских офицеров с ино­странными. Учредил в 1731 г. Шляхетский кадет­ский корпус для подготовки дворянских детей к офицер­ской службе.

С целью уменьшения военных расходов пересмотрели штаты полевой действующей армии, и это было большой ошибкой. В своих реорганизациях Миних сле­довал опыту европейских армий, не считаясь нередко с тем, что было достигнуто в этой области при Петре I. Огромные деньги выделялись на крепости, особенно в Прибалтике, но их состояние отнюдь нельзя было наз­вать  удовлетворительным.   Причины — нехватка  денег, плохая съемка местности, войны, бесконечная канцеляр­щина. Отход от петровских норм наблюдался и в снабже­нии армии, строевой подготовке («ружистика», стремле­ние к эффекту по прусскому образцу), центральном военном управлении.

Столь же неровно, иногда успешно, иногда нет, дей­ствовал Миних и на полях сражений. Во время службы в России он принял участие, будучи уже генерал-фельдмаршалом, главнокомандующим, в двух военных кампаниях. В 1733 г. началась, после смерти Августа II, война за польское наследство, и Россия в союзе с Австрией встала на сторону Августа III. Военными операциями у Варшавы и Кракова руководил генерал Ласси П.П. Именно он добился избрания Августа III королем и изгнания Станислава Лещинского.

Сюда и послали Миниха, поскольку двору в Петер­бурге действия Ласси, осаждавшего в это время Гданьск, показались слишком медлительными. Миних, прибыв­ший к Гданьску 5 марта 1734 г., не посчитался с мнением Ласси и других генералов, указывавших на трудности, связанные со штурмом города. Осада затягивалась. В русском лагере по-прежнему не хватало орудий, войск. 21 апреля из Риги привезли орудия, и Миних начал новые атаки на пред­местья. Первая из них, в ночь с 24 на 25 апреля, — на Зоммершанец — увенчалась успехом.

Миних откровен­но радовался: «Никогда никакая атака изряднее быть не могла». «Офицеры и рядовые великую надежду ко мне имеют». В этих высказываниях, адресованных всесильному Бирону, фавориту императрицы Анны Иоанновнаы, с одной стороны, не обошлось без преувеличений и хвастливости. С другой — нельзя не признать, что Миних не ошибался: русские воины действительно ценили его за энергию, лич­ное мужество. Но пять дней спустя последовал афронт — штурм укреплений Гагельсберга, плохо подготовленный и шаблонно проведенный, закончился неудачей: потерей четверти всего русского корпуса под Гданьском.

Две с лишним недели спустя в устье Вислы, у Вексельмюнде, высадился французский корпус (2,5 тыс. человек). Но вскоре, по настоятельным просьбам Миниха, прибыл русский флот. Его артиллерия начала бомбардировку французов, которые капитулировали 11 июня. Через три дня сдался и форт Вексельмюнде. А еще два дня спустя из города в лодке бежал Лещинский. 26 июня магистрат Гданьска заявил о капиту­ляции. Миних счел это за «немалое, внезапное счастие», хотя не столь давно проявлял хвастливую уверенность в быстром взятии города.

Успех кампании, связанный со взятием Гданьска, не может заслонить тот факт, что Миних проявил в ней торопливость, приведшую к излишним потерям, не сумел организовать правильную, с точки зрения военно-инженерного искусства того времени, длительную осаду города. Его взятие было результатом смелых атакующих дей­ствий русских солдат, офицеров, генералов, их неустраши­мости.

Всего этого явно не хватало ни Гданьскому гарнизону, ни полевой польской армии. Можно в связи с этим упомянуть, что в начале осады русскому корпу­су противостояли превосходящие силы. Совместными дей­ствиями они могли бы поставить в трудное положение, а то и разгромить, русские полки, расставленные в раз­ных местах вокруг города, разобщенные между собою Вислой, болотами, разливом воды.

Несмотря на самонадеянность Миниха, отсутствие у него плана действий, невнимание к доводам Ласси, пол­ководца,  несомненно,  более способного,  выдающегося, чем  он, протеже Анны  Иоанновны и Бирона, Данциг все-таки был взят. Миних в конце концов внял доводам рассудка, запросил большую помощь, которая сыграла свою роль. Главным же двигателем успеха стала безза­ветная храбрость русских солдат, которых фельдмар­шал ценил высоко, но, к сожалению, не берег.

Кроме того, численность русского корпуса к лету возросла при­мерно вдвое; подтянулись осадная артиллерия и флот. В следующем, после взятия Гданьска, году началась война с Турцией (1735-1739 гг.). На выступление против России султана натравливала французская дипломатия. Ее целью было создать «восточный барьер» против России из Турции, Польши и Швеции.

Оттоманская Порта не могла сми­риться с потерей Кабарды, перешедшей в российское подданство. Крымский хан неоднократно совершал похо­ды на Северный Кавказ, Дагестан. Для России по-преж­нему острыми оставались вопросы выхода к Черному морю, возвращения Азова, борьбы с Крымским ханством.

Турция в  середине 30-х годов была  занята войной с Персией, от которой терпела поражения. Хан завяз на Кавказе, оголив границы своего Крыма. Военные действия начала армия генерала Леонтьева (42 тыс. человек, 46 орудий). Осенью она, двигаясь вдоль Днепра, дошла до Конских Вод, где разгромила татар­скую конницу (ее потери — более тысячи человек).

Дорога на перешеек была открыта.  Но наступили холода, и Леонтьев повернул обратно. Потери русских, прежде всего от болез­ней, составили 9 тысяч человек, столько же армия потеряла и лошадей. Крымцы же, промышлявшие на Северном Кавказе, уз­нав об опасности, грозившей их очагам, быстро верну­лись домой.

Готовился и поход на Азов, но его пришлось от­ложить — ни войска и артиллерию, ни провиант и бое­припасы не удалось вовремя собрать в крепости св. Анны. В 1736 г. Миних, осуществляя свои честолюбивые планы (провести кампанию против Турции в четыре года, чтобы в 1739 г. поднять русские «знамена и штан­дарты» в Константинополе), открыл военные действия по двум направлениям. На Крым — с помощью Дне­провской армии под своим командованием (до 85 тыс. человек) и на Азов — Донской ар­мией Ласси (до 45 тыс. человек). «Знатный корпус» направили к Очакову, иррегулярные конные полки — на Кубань.

П. Ласси со своим корпусом пребывал еще в Богемии, и Миних направился к Азову. К концу марта русские части взяли каланчи по обоим берегам Дона и крепость Лютик у Азова. Затем Миних отбыл в Царицынку — готовить Днепровскую армию. 4 мая она в составе около 60-ти тыс. человек двинулась на юг. У Казикермена заложили еще одну опорную базу (одна уже там была заложена Леонтьевым, две других — в Запорожье).

17 мая подошли к Перекопу, построили лагерь. Попе­рек перешейка тянулись ров и вал с укрепленными башнями, 184 орудиями. Единственные ворота, которые от­крывали дорогу в Крым, охраняла крепость Ор-Капи. Разведка, проведенная по приказу главнокомандующего, показала слабость левого фланга обороны неприятеля.

19 мая началась атака Перекопа. На левом фланге Миних поставил пятнадцать пехотных и одиннадцать кон­ных полков. На правом фланге устроили демонстрацию, которая, вместе с обстрелом Ор-Капи, ввела в заблужде­ние защитников вала и крепости. На следующий день начался штурм левого фланга. Сюда, на вал, солдаты канатами втащили пушки. Разгорелся бой.

И вал, башни, крепость перешли в руки нападавших. Крымская кон­ница отступила к крепости Перекоп, южнее вала. Но через день русская армия без труда захватила и ее. Здесь Миних приказал заложить четвертую базу. В направлении к Кинбурну, на запад, направил 12-тысячный корпус Леонтьева.

Основная армия   Миниха, продолжая наступление, взяла без боя Козлов (Евпаторию). Ей достались боль­шие запасы провианта, 16 пушек. 16 июня она подошла к Бахчисараю. Здесь ее поджидали главные силы не­приятеля. Но Миних ночью обошел его позиции с тыла, и хан с войском ушел  в горы.  Фельдмаршал  прика­зал уничтожить укрепления Бахчисарая, Султансарая.

Затем велел идти обратно к Перекопу, хотя Петербург требовал продолжения войны с крымским ханом. Отход имел важные причины — болезни солдат, недостаток воды, сильная жара. 6 сентября вышли к перешейку, потом ушли на Украину, к своим границам. Поход на Крым, успешно проведенный, окончился отходом. Русская армия от бо­лезней потеряла почти половину солдат. В начале лета Ласси взял Азов и тоже направился к Крыму, но, получив донесения об отступлении Миниха на Украину, поставил свои полки у Бахмута на зимние квартиры.

В том же году военные действия происходили и в других местах. На Кубани русская иррегулярная кон­ница в ходе ожесточенных боев нанесла ряд поражений турецким войскам и местным татарским ордам — те по­теряли до 15 тыс. убитыми и 30 тыс. пленными. Оставшиеся кубанские татары приняли россий­ское подданство.

В конце лета турецкие войска неожиданно ударили в направлении Киева, но их нападение отбили. В целом, учитывая взятие Азова, поход в Крым, бое­вые действия на Северном Кавказе, кампания 1736 г. имела определенный успех, хотя он мог бы быть и большим.

В следующем году главный удар Миних планировал нанести на Очаков, вспомогательный — на Крым. Для действий на первом направлении сформировали 70-тысячную армию Миниха с 62 орудиями, на вто­ром — 40-тысячную армию Ласси. Миних собрал к 24 мая 1737 г. свои войска у Южного Буга. 18 июня, переправившись через реку, двину­лись в составе трех каре к Очакову. Осадные орудия, инженерные средства плыли на судах по Днепру.

30 июня армия появилась под Очаковом. Разбила лагерь. Городской турецкий гарнизон состоял из 20 тыс. человек. Русские солдаты начали осадные работы. 1 июля в предместье вспыхнула перестрелка, и Миних, воспользовавшись этим, бросил в атаку половину полков. Они оттеснили турок за палисад. В городе от артиллерий­ского обстрела вспыхивали пожары.

На следующий день по приказу фельдмаршала начался штурм крепости — без лестниц, фашин и прочего. Атака быстро захлебнулась. Но с другой стороны, с моря, на крепость пошли казаки и гусары. К тому же в городе взорвался пороховой погреб, погибло до шести тысяч ту­рецких солдат и офицеров. Казаки и гусары в обстанов­ке паники, охватившей гарнизон, ворвались в город. Оча­ков капитулировал, гарнизон потерял около 16 тыс. человек, в плен попали более 4 тысяч. К русским перешли 93 орудия, много провианта, 18 галер. Армия Миниха потеряла около 4 тысяч убитыми и ранеными.

Вскоре после этой победы Миних, оставив в городе две тысячи своих солдат, пошел вверх по Бугу, на Бендеры. Но трудности со снабжением заставили его уйти на Украину. В том же году, в октябре, турки сделали попытку вернуть Очаков, но потерпели неудачу.

Одновременно с действиями Миниха под Очаковом Ласси со своей армией совершил поход на Крым. В ходе кампании 1737 г. совершенствовалась стратегия и тактика действий русских армий: сочетание главного и вспомогательного направлений ударов; поход не одним, а тремя каре; обход перекопских укрепле­ний с тыла. В то же время походы обоих фельдмар­шалов не доводились до конца. Плохо взаимодействова­ли отдельные рода войск.

В 1738 г. армия Миниха направилась с Украины к Бендерам, снова в трех больших каре. В ней было более 100 тыс. человек. По пути отбивали нападения турок. Но поход оказался трудным из-за эпидемии в Бессара­бии, нехватки продовольствия, страшной жары и болез­ней. Миних отвел войска к русской границе.

Ласси же снова удачно действовал в Крыму, но тоже, из-за жары и бескормицы для кавалерии, ушел на Украину. Ввиду слабости гарнизонов в Очакове и Кинбурне Миних при­казал им отойти к Днепру, а крепости взорвать. У рус­ских остался только Азов. Пассивная тактика, бравшая в конце концов верх в действиях обоих фельдмаршалов, свела на нет успехи русских армий. В то же время нельзя отрицать трудности, связанные с тяжелыми усло­виями их наступлений в ту летнюю пору.

В кампанию 1739 г. основные военные усилия русской армии были сосредоточены на хотинском направ­лении, против турецкой армии. Предполагалось взаимо­действие русских и австрийских войск. Вспомогательный характер должны были носить операции против Крыма и Кубани. Миних собрал в Киеве 60-тысячную армию, 174 орудия, 36 понтонов, большой обоз с сильным прикрытием (поскольку постоянных баз снабжения не было). 18 июля, после всяких проволочек, армия вышла к Днестру. У Хотина ее ждало большое турецкое войско.  Миних одну часть своей армии, под командованием А. Румянцева, направил к Хотину; другую, которую сам и возглавил, — в горы, чтобы обойти город с юга.

Армия Миниха двигалась через Черновцы. По пути отбрасывала татарскую конницу, атаковавшую русских. Прошли южную часть Хотинских гор по «Перекопским узинам» — узкому горному дефиле. Полководец оставил здесь обоз и 20-тысячный отряд, сам же 9 августа вырвался из гор на равнину. С ним были пехота и кавалерия. Потом подошел и обоз.

16 августа Миних приблизился к Ставучанам. У него было 58 тыс. человек, при 150 орудиях против стоявшей там 80-тысячной турецкой армии Вели-паши. Турецкий командующий поставил ос­новные силы между Недобаевцами и Ставучанами, кон­ницу послал в тыл русской армии.

Миних решил идти дальше, в Хотин. 17 августа он послал 8-тысячный отряд Г. Бирона на правый фланг турок. Генерал переправился через реку Шуланец, двинулся на турецкую позицию. Затем нарочно повернул обратно и Вели-паша, поняв дело так, что главные силы русских отступают, послал в Хотин весть о победе.  Между тем Миних с армией перешел реку. Турки собрали все силы в лагере, вырыли окопы, приготови­лись к отпору. Миних повел свое войско в обход турец­кого лагеря, не думая нападать на него.

Вели-паша вы­слал против русских конницу. Но их пехота загородилась рогатками, открыла огонь по врагу, ее поддержала артил­лерия. Турецкие конники откатились, потерпев поражение; за  ними  отступили и главные силы. Армия  Миниха заняла лагерь с обозом и пушками. Турки потеряли тысячу человек убитыми; русские — 13 убитыми, 53 ранеными.

На следующий день армия Миниха подошла к Хотину. Его гарнизон бежал, и 19 августа русские вступили в город. 28 августа русская армия стояла под Яссами. Население Молдавии, перешедшей в подданство России, встречало ее солдат, как освободителей. Турки отошли за Дунай.

Война закончилась. По Белградскому миру 18 сентяб­ря 1739 г. Россия получила только Азов, возмож­ность построить крепости на Дону и Кубани. Южную границу отодвинули к югу — по реке Самаре. Кабарда получала независимость. Но России не разрешалось иметь флот на Азовском море, укрепления в Азове.

Действия Миниха-полководца отличались отсутствием ясных стратегических замыслов (так, он только к концу войны с Турцией понял значение Дунайского театра военных действий), старанием не искать, а избегать ре­шительного сражения, предпочтением, которое он отдавал демонстрациям, марш-маневрам, по примеру западноевро­пейских полководцев.

После кончины Анны Иоанновны (17 октября 1740 г.) Миних Христофор Антонович отстранил от власти Бирона, назначенного по ее желанию регентом при императоре — младенце Иоанне, ее внуке. На короткое время Миних стал пер­вым министром. Но на престол взошла «дщерь Пет­рова» Елизавета, и Миних последовал в ссылку в сибирский Пелым. Провел здесь долгих двадцать лет. Вер­нулся в Петербург по указу Петра III в 1762 г.

Когда же императора свергла гвардия и Екатерина II, его жена, стала императрицей, Миниха, поскольку он перешел на ее сторону, не тронули. Более того, Екатерина сделала его главным директором Ревельской и Нарвской гаваней; Кронштадтского и Ладожского каналов. Он же заканчи­вал строительство гавани в Рогервике.

До самой кончины Миниха знали и ценили, как побе­дителя турок и крымцев. В письмах к императрице он не раз говорил, что та должна продолжать борьбу с Портой, довести до конца начатое Петром Вели­ким. В эти годы Миних Х.А. продолжал заниматься делами — ездил в Нарву, Ревель и другие места. Заложил трой­ной шлюз на Ладожском канале. Умер он, на 85-м году жизни, 16 октября 1767 г.

Человек твердый, деятельный, предприимчивый, Миних отличался честолюбием, гордостью. Весьма властолюби­вый, он бывал жестоким, не жалел солдат, чтобы добыть победу и славу. Впрочем, солдаты отдавали должное его личной храбрости, называли его соколом. Но и роптали по поводу необдуманных, поспешных действий фельдмар­шала, приводивших к немалым и ненужным жертвам.