В первой половине XVIII в. на юге России обстановка продолжала оставаться сложной и опасной. Крымские татары регулярно нарушали границы Рос­сии, что стало поводом для новой русско-турецкой войны 1735-1739 гг. Экономическое развитие огромного государства не­обходимо требовало выхода к Черному морю для налажива­ния регулярных торговых связей с Европой и странами Ближнего Востока.

Юго-восточные окраины России развива­лись главным образом по линии традиционных торговых свя­зей с Востоком. Султанская Турция, подвергая постоянной угрозе южные окраины Европейской России и ведя успеш­ную борьбу с Персией, грозила перерезать все торговые пути на Восток. Поэтому возник вопрос о прикаспийских провин­циях.

Поход Петра I дал России обширные территории на западном и южном побережьях Каспия. Однако экспансия Турции в Закавказье и в Персии грозила потерей для России не только их, но и всех ее юго-восточных владений вплоть до Астрахани. Это было чревато огромным политическим и экономическим ущербом.

Экспансию Турции активно поощ­ряли, с одной стороны, Англия, а с другой — Франция. Не прочь была обострить отношения России с Турцией и Шве­ция. В персидско-турецком конфликте 1724-1727 гг. Россия заняла сторону Персии. Персидское государство переживало в этот период тяже­лую внутреннюю усобицу между афганцем Ашрафом, захва­тившим столицу Исфахан и трон, и законным шахом Тахмаспом. А Турция тем временем занимала одну персидскую про­винцию за другой.

На предупреждение России о том, что захваты Турции приближаются к русским владениям, а этого Россия не потерпит, великий визирь цинично отвечал: «Сами вы ничего не делаете и Порте советуете, чтоб сложа руки сидела». И тем не менее Россия выжидала, хотя армяне не­однократно просили русской помощи в борьбе с турками.

Портрет Миниха Х.А., худ. Е. Чемесов

Портрет Миниха Х.А., худ. Е. Чемесов

В 1725 г. в турецко-персидской войне произошел пере­лом. Султанские войска были изгнаны из Армении, потерпе­ли ряд поражений в Персии и были оттеснены к берегам Тигра. В итоге был заключен мир, которому способствовали Франция, Англия и даже Швеция, стремясь переключить си­лы Турции на Россию. Однако Турция, опасаясь за захвачен­ную ею Грузию, пока воздерживалась от конфликта с Рос­сией.

Тем временем новый персидский шах Ашраф прими­рился с отходом к России всех территорий, захваченных Петром I. Правда, Россия добровольно вернула Персии про­винции Мазендаран и Астрабад. Этот редко встречающийся в истории акт был подсказан следующим: а) целесообразно­стью возврата их Персии, а не захвата их Турцией, б) для укрепления этих территорий России нужны были большие средства, а их не было.

Взамен этих потерь по договору 1729 г. Россия получала свободную торговлю через Персию с Ин­дией и Бухарой. Однако, едва договорившись с Ашрафом, России пришлось вести заново вторичные переговоры с вер­нувшимся на шахский престол Тахмаспом. В итоге этих пе­реговоров по Рештскому договору 1732 г. Россия передавала Персии не только Мазендаран и Астрабад, но и Гилян. Более того, в тексте договора было обещано в дальнейшем вернуть и Баку, и Дербент.

Русская армия против Крымского ханства

Русская армия против Крымского ханства

Наконец, после очередного свержения Тахмаспа и раз­грома турок в ирано-турецкой войне 1730-1736 гг. новым шахом Надиром, России пришлось в третий раз идти на пе­реговоры по тем же вопросам. Теперь пришлось уже не обе­щать, а отдать окрепшей Персии по условиям нового Гянджинского договора 1735 г. и Баку, и Дербент, и крепость Святого Креста с территорией на север от нее вплоть до р. Терек.

Торговые привилегии за Россией сохранились, и тем не менее, в целом это было отступление российской дипло­матии, слишком глубоко увязшей в борьбе за «польское на­следство». Правда, в русско-персидских договорах 1732 г. и 1735 г. Персия в случае войны России с Турцией обязывалась действовать против турок.

Турция и ее сильнейший форпост Крымское ханство из­давна вели постоянную агрессивную политику по отношению к России. Давно пало татарское иго. Русское государство стало могучим и независимым. Но его южные границы в ши­роких просторах степей, полностью лишенных каких-либо естественных преград, были слабейшим и легко уязвимым местом. Парадокс развития заключался в том, что с освое­нием безлюдных степных просторов крестьянской мирной колонизацией, с развитием земледелия в этих краях, с уве­личением плотности населения ущерб, наносимый граби­тельскими набегами татарской конницы, не уменьшался.

Каждый такой набег уносил тысячи русских пленных в раб­ство. В 1725-1735 гг. набегам неоднократно подвергались территории вокруг Полтавы, Миргорода, Бахмута и других районов. Страдали от набегов Дон, Правобережная Украина, степное Предкавказье и др. Борьба с сильнейшей конницей крымского хана, с огромной армией султанской Турции была долгой, тяжелой и изнурительной, унесшей сотни тысяч рус­ских солдат. Вместе с тем эта борьба была жизненно необ­ходимой проблемой.

После смерти Петра I на южных границах России армия была растянута в гигантскую нить. Этот тонкий кордон был легко пробиваем, и для предупреждения внезапных набегов татарской конницы крайне необходимы были форпосты. Один из таких важнейших форпостов — Азов — был поте­рян по Прутскому договору 1711 г. Разумеется, кардиналь­ным решением вопроса была бы ликвидация агрессии Крыма.

Но это было в ту пору почти невыполнимой задачей. Крым представлял собой естественную неприступную крепость. Во-первых, он был отделен от земледельческих окраин Рос­сии широкой каймой безводных жарких степей, пройти ко­торые само по себе было крайне трудно. Во-вторых, с севера территория Крыма, как известно, неприступна для враждебных войск — узкий перешеек был превращен в сплошную крепость с валом в 7 верст длиной и глубоким рвом. В-треть­их, за Перекопским валом вновь шла безводная степная часть Крыма, завершавшаяся горной местностью. Даже если про­никнуть внутрь полуострова, то татарские конники усколь­зали в горы. А ведь в ту эпоху вопрос окончательной победы — это вопрос о генеральном сражении.

После заключения Гянджинского договора 1735 г. Тур­ция сразу же попыталась через Северный Кавказ проникнуть на Каспийские земли Персии. Но тут позиция русской дип­ломатии стала непримиримой. Русский посланник в Констан­тинополе Неплюев И.И. передал визирю: «Я не ручаюсь за последствия, если татары не переменят этой дороги и кос­нутся земель ее величества». Татары все-таки совершили свой переход, пройдя русскими владениями и имея сражения с пограничными войсками.

Вскоре стало известно о предсто­ящем новом, втором, переходе 70-тысячного войска крым­ских татар. Таким образом, конфликт был налицо, и из Пе­тербурга был дан приказ войскам о походе на Крым.

Осенью 1735 г. корпус генерала Леонтьева М.И. спешно ринулся было к Крыму в тот момент, когда полчища Каплан-Гирея двигались к Дербенту. Однако плохо подготовленное войско еле перемещалось, и, потеряв тысячи людей и лошадей от болезней и голода, генерал вернулся, не дойдя до Пере­копских укреплений.

В следующем году военные действия возглавил фельд­маршал Миних Х.А. Поход был более подготовлен — на пу­ти к Перекопу оборудованы опорные пункты. Оставив резерв в Казыкермене, Миних, построив свыше 50 тыс. войска в нескладнейший гигантский четырехугольник с обозом в се­редине, едва двигался к Перекопу, отбивая постоянные мел­кие налеты татар.

В конце концов лавина русских солдат смяла Перекопские укрепления. В мае 1736 г. Миних, оста­вив небольшой гарнизон у Перекопа, пошел внутрь полуост­рова. Вскоре была взята столица татар Бахчисарай и город Султан-Сарай. Но Миних не одержал ни одной серьезной победы, так как главные силы татар ускользнули. Истощенные жарой и нехваткой продовольствия русские войска, не рискуя оказаться запертыми с севера возвращавшимся с Кав­каза крымским ханом, покинули Крым, потеряв только от болезней почти половину состава, т.е. около 25 тыс. человек.

В 1736 г. кроме крымского похода развернулась осада Азова. В марте были взяты две наблюдательные каланчи на берегах Дона вверх по течению от крепости Азов и форт Лютик. Затем в течение двух месяцев более 20 тыс. русских войск возводили осадные укрепления. К середине июня часть сооружений крепости была уже в руках русских, и комен­дант Мустафа-ага сдал крепость на милость победителя.

В 1737 г. Россия сделала два главных удара: поход в Крым Ласси П.П. и действия Миниха Х.А. по освобождению Бессарабии. В июле сильно ослабленная при плохо подготов­ленном походе через степь 90-тысячная армия Миниха стала сразу же штурмовать крепость Очаков. Только отвагой сол­дат крепость в итоге была взята, потери были огромны и вновь не столько боевые, сколько из-за болезней и голода. Наступление заглохло.

В это же время Ласси П.П. с 40-тысячным войском снова проник в Крым, перейдя вброд и на плотах Гнилое море (Си­ваш). После ряда крупных сражений с татарским ханом рус­ская армия взяла Карасу-Базар. Но жара и безводная степь вынудили Ласси вновь оставить Крым.

С целью захвата Валахии и Молдавии Австрия начала военные действия лишь летом 1737 г. Другой удар по Тур­ции должен был быть нанесен в Боснии, которую Австрия была намерена присоединить к себе. В Боснии успехи авс­трийцев были незначительны. В Валахии они взяли ряд го­родов. Из Белграда третья часть армии двигалась по Дунаю и осадила г. Видин.

Серьезные потери крымских татар и турок заставили последних выступить с мирной инициативой. В местечке Немирове в августе 1737 г. собрался конгресс воюющих сторон — Турции, России и Австрии, который окончился безрезуль­татно. Война продолжалась. В 1738 г. русские войска в тре­тий раз вступили в Крым и снова из-за бескормицы и отсут­ствия воды вынуждены были его покинуть.

Летом 1738 г. 300-тысячная армия Миниха попыталась проникнуть за Днестр, но поход оказался неудачным и Миних ушел к Ки­еву. В сентябре из-за жестокой эпидемии чумы русские вой­ска оставили удерживаемые до тех пор Очаков и Кинбурн.

Снова начались переговоры, но теперь уже надвигалась новая опасность с севера. Франция и Турция вели диплома­тическую подготовку нападения на Россию Швеции. В этих условиях Остерман А.И. готов был вернуть Турции Очаков и Кинбурн, оставив за Россией лишь Азов. А Австрия уже сама нуждалась в русской помощи.

Весной 1739 г. состоялась последняя попытка России и Австрии оружием вырвать «пристойный мир». Армия Миниха двинулась к Хотину через Черновицы и 17 августа 1739 г. встретила войска Вели-паши под Ставучанами (непода­леку от Хотина). Сражение было выиграно благодаря отваге солдат и умелому действию ряда генералов (например, Румянцева А.И. – отца будущего фельдмаршала Румянцева-Задунайского П.А., и др.). Вскоре сдался и Хотин, русские вступили в Молдавию. Это привело к добровольному переходу Молдавии в российское поддан­ство с сохранением внутренней самостоятельности. С мол­давской депутацией 5 сентября 1739 г. был заключен дого­вор.

Тем временем Австрия, терпя одно поражение за другим, заключила с Турцией сепаратный мир, позорно изменив всем договоренностям с Россией. В этих условиях Россия вынуж­дена была пойти на заключение Белградского мира, отдав почти все, что с такими огромными жертвами было завоевано. Азов остался за Россией, но все его укрепления были срыты. Россия не могла держать корабли ни на Черном, ни на Азовском морях.