В 1812 г. русской армией была одержана победа над не­победимой прежде Великой армией На­полеона. Однако цена победы в 1812 году была очень высока. Генерал Богданович М.И. проследил пополнения русских армий за время войны 1812 г. по ведомостям Военно-ученого архива Главного штаба. На основании этого он подсчитал, что попол­нения составили 134 тыс. человек.

Исходя из чис­ленности 1-й и 2-й Западных армий к началу войны, он оценил общую убыль к декабрю 1812 года в 210 тыс. солдат и офицеров. Из них, по предположе­нию Богдановича М.И., в строй вернулось до 40 ты­сяч раненых и больных. При этом потери войск, действовавших на второстепенных направлениях, плюс потери ополчения составили примерно те же 40 тысяч человек.

В результате, на основании этих подсчетов, Богданович М.И. оценил потери русских в войне 1812 года в 210 тысяч человек. По другим оценкам потери русских войск составили до 300 тыс. человек. Правда советский историк Жилин П.А. утверждает, что за период с 1805 по 1815 год «потери русской армии составили 360 тыс. человек, в том числе в Оте­чественной войне 1812 года — 111 тыс. человек».

Надо иметь в виду, что значительное число погиб­ших просто не было учтено (партизаны, погибшие в плену, от несчастных случаев и т. д.). По оценке известного советского демографа Урланиса Б.Ц.  летальные во­енные потери России в войнах с Наполеоном составили 450 тыс. человек.

Как бы то ни было, очевидно, что в 1812 году «от мороза страдали не только южане французы, италь­янцы и австрийцы, но и сами русские. Была масса обмороженных и больных. Более того, русская армия также оказалась не готова к суровой зиме, и вот чего никогда не писали историки — поредела от бо­лезней и боев даже сильнее французской…

Наполеон I. Гравюра Е. Шулера и Г. Метцерота по ориг. Ф. Жерара, 1-я четверть XIX в.

Наполеон I. Гравюра Е. Шулера и Г. Метцерота по ориг. Ф. Жерара, 1-я четверть XIX в.

Историк Троицкий Н.А. делает вывод: «Как ни осторожничал светлейший, руководи­мая им победоносная русская армия, преследуя На­полеона, понесла потери немногим меньше, чем побежденная и чуть ли не «полностью истреблен­ная» французская армия.

Документы свидетельст­вуют, что… Кутузов вышел из Тарутино во главе 120-тысячной армии (не считая ополчения), полу­чил в пути как минимум 10-тысячное подкрепле­ние, а привел к Неману 27,5 тыс. человек (потери не менее 120 тыс. человек)… Ослабевшая более чем на три четверти «в числе лю­дей», армия к тому же «потеряла вид»: она больше походила на крестьянское ополчение, чем на регу­лярное войско».

Генерал Р.Т. Вильсон

Генерал Р.Т. Вильсон

Вот что рассказывает британский генерал Ро­берт Вильсон, находившийся в 1812 г. при рус­ской армии: «Русские войска, проходившие по уже опустошен­ным неприятелем местам, терпели почти те же ли­шения, что и последний, испытывая недостаток пи­щи, топлива и обмундирования». В конце ноября 1812 г. гвардейский офицер Чичерин А.В. записал в своем дневнике: «Сейчас меня очень тревожит тяжелое положение нашей армии: гвардия уже двенадцать дней, а вся ар­мия целый месяц не получает хлеба. Тогда как дороги забиты обозами с провиантом, и мы захватываем у неприятеля склады, полные сухарями».

Участник войны Муравьев Н.Н. свидетельствует: «Ноги мои болели ужасным образом, у сапог от­валивались подошвы, одежда моя состояла из ка­ких-то синих шаровар и мундирного сюртука, кое­го пуговицы были отпороты и пришиты к нижне­му белью; жилета не было и все это прикрывалось солдатской шинелью с выгоревшими на биваке по­лами, подпоясался же я французскою широкою ки­расирскою портупеею, поднятою мною на дороге с палашом, которым я заменил мою французскую саблю…» И это пишет офицер армии-победительницы, шедшей по своей территории!

Генерал Р. Вильсон приводит такой пример: «Из десяти тысяч но­вобранцев, шедших в Вильну как подкрепление, са­мого города достигли только полторы тысячи: большая их часть — больные и искалеченные — ос­тались в госпиталях. Одна из главных причин сего заключалась в том, что брюки от непрерывных маршей истирались по внутренней стороне, отче­го и происходили отморожения, усугублявшиеся еще и трением».

К сожалению, подобным свидетельствам англича­нина «нет основания не доверять: современникам и историкам войны он был известен не только как ум­ный и наблюдательный офицер, автор нескольких книг по военной теории и русской армии, но и как честный и принципиальный человек … Вильсон был всего лишь наблюдателем при штабе Кутузова, и никаких личных отношений ни до, ни после вой­ны у них не было». (Понасенков Е.Н. «Правда о войне 1812 года», М., 2004 г., с. 214).

Материальные потери России в 1812 г. также оказались огромными. Как пишет историк Жилин П.А., «по явно приуменьшен­ным данным Министерства финансов, расходы на войну равнялись 157,5 млн. рублей, а убытки насе­ления составили 200 млн. рублей».

У историка войны 1812 г. генерала Богдановича М.И. можно прочитать: «Невозможно с совершенною достоверностью определить убытки, нанесенные жителям непри­ятельскими войсками. Сколько можно судить из сведений, собранных на месте (сведений, частию неполных, частию преувеличенных), каждая из белорусских губерний претерпела разорение на сумму до восемнадцати миллионов рублей. По­теря в народонаселении также была весьма зна­чительна: число душ мужеского пола в помещичь­их имениях Могилевской губернии, по ревизии 1811 года, простиралось до 359 946, а по ревизии 1816 года — только до 287 149…»

«Понятно, что эти данные — обрывочные и не­полные. Уже в наше время подсчитано, что «общая сумма материальных потерь России от войны со­ставила более 1 млрд. рублей. При этом нужно от­давать себе отчет в том, что добрая половина ма­териальных богатств была уничтожена самими же русскими». (Отечественная война 1812 года. Источники. Памятники. Проблемы. Материалы X Всероссийской научной конференции. 3-5.09.2001. М., 2002 г., с 152). Как видим, известный принцип «мы за ценой не постоим» был актуален и в победном для России 1812 г.

Восстановление растянулось потом на многие го­ды, и оно потребовало больших капиталовложе­ний. Например, на одно только восстановление Москвы в 1813 году было ассигновано 5 млн. рублей, которые было приказано использо­вать на отделку сгоревших каменных домов, нахо­дившихся «на примечательных и видных местах, да­бы оные дома не делали городу безобразия».

При написании статьи использовались материалы книги Е. Гречена «Война 1812 года в рублях, предательствах, скандалах», М., «Астрель», 2012 г.