После разгрома Деникина А.И. с апреля 1920 г. барон Врангель П.Н. был провозглашен верховным глав­нокомандующим Юга России. Деникин обосновывается в Вели­кобритании и уже навсегда уходит с арены русской смуты. Пётр Николаевич Врангель оказался перед сложным выбором: продолжать борь­бу с армией, которая благодаря «блестящей» эвакуации «со­юзниками» безоружна и деморализована, или капитулировать перед большевиками.

И главное это отказ англичан оказы­вать помощь на деле означает невозможность за деньги ку­пить у них новое вооружение. Барон решает бороться до кон­ца. Он сформировал в Крыму «Русскую армию». Новому коман­дованию удалось реорганизовать армию и восстановить порядок в её рядах. Однако история не дала Врангелю даже малейшего шанса на успех в тех условиях, в которых он находился. И, тем не менее, к огромному удивлению стран Антанты — белая борьба в Крыму продолжилась…

Сидеть в крымском мешке для Врангеля бессмыслен­но, на полуострове нет ни продовольственных, ни людских ре­зервов. Все, что необходимо белым для победы, они могут взять только у красных. Надо пользоваться моментом, пока поляки сковывают часть большевистских сил, и французы помогают со снаряжением. В мае 1920 г., в разгар советско-польской войны, генерал Врангель П.Н. принял решение ударить силами своих войск по тылам Красной Армии. 20 мая, перед выходом из Крыма, он приказал широко распространить два приказа-обраще­ния.

Генерал Врангель П.Н., 1920 г.

Генерал Врангель П.Н., 1920 г.

Привожу текст одного из них: «Слушайте, рус­ские люди, за что мы боремся. За поруганную веру и оскорблённые её святыни. За освобождение русского народа от ига коммунистов, бродяг и каторжни­ков, вконец разоривших Святую Русь. За прекращение междо­усобной брани. За то, чтобы крестьянин, приобретая в собствен­ность обрабатываемую им землю, занялся бы мирным трудом. За то, чтобы истинная свобода и право царили на Руси. За то, чтобы Русский народ сам выбрал бы себе Хозяина. Помогите мне, русские люди, спасти Родину!»

Плакат, 1920 г., худ. Н. Кочергин

Плакат, 1920 г., худ. Н. Кочергин

Пе­регруппировавшись, получив необходимое снаряжение, 23 мая, Русская армия начала наступление. Вырвавшись с тяжёлыми боями из Крыма и двигаясь на Донбасс, она захватила почти всю Северную Таврию (районы Южной Украины). 21 сентября для борьбы с войсками Врангеля был создан Южный фронт, который возглавил Фрунзе М.В.

"Врангель", карикатура, худ. В. Дени

«Врангель», карикатура, худ. В. Дени

Надо отметить, что в результате переговоров советских и английских представителей в Лондоне, британцы дали Ленину твердое обещание белым не помогать. «…Но путем личных перегово­ров в Севастополе, Константинополе и Париже большинство грузов удавалось, хотя и с трудом, доставлять в Крым», — пи­шет Врангель П.Н.

Белые дивизии истекают кровью — ну и пусть умирают «за Единую и Неделимую» Россию, за их спиной англичане и французы уже спешат заключать свои сделки с большевиками. Налаживается взаимовыгодное сотрудни­чество между красной Россией и «цивилизованным» сообщест­вом европейских народов. «Союзные» пароходы уже вывозят от большевиков тонны зерна, везут им промышленную продук­цию. Для «союзников» это экономически выгодно…

Артиллерийские орудия войск Врангеля на Чонгаре, 1920 г.

Артиллерийские орудия войск Врангеля на Чонгаре, 1920 г.

В те­чение лета и начала осени Красная Армия, сдержи­вая врангелевцев, готовилась к контрнаступ­лению. В те дни жестокие бои развернулись под ставшей тогда легендарной Каховкой. Здесь, в нижнем течении Днепра, где могучая река своим изгибом как бы нависает над входом в Крым, красные части переправились на левый берег и создали там базу для даль­нейшего наступления. Бойцы 51-й стрелковой дивизии под командованием Блюхера В.К. создали под Каховкой непри­ступный укрепленный район.

Белые идут вперед под шкваль­ным пулеметным и артиллерийским огнем. Впереди несколько рядов колючей проволоки — белогвардейцы рвут их руками, рубят сабля­ми. Ножниц для резки проволоки нет — Франция обещала, но не прислала! Это единственный шанс у белых захватить укрепления. Шанс безумный, дерзкий. Только в конном строю можно попытаться перемахнуть через колючку.

Пехота и конница белых, усиленные броневиками и танками, не считаясь с потерями, рвались вперед. Казалось, не было силы, которая их остановит. Однако бойцы Блюхера с помощью артиллерии и гранат подбили несколько танков, а два танка захватили невредимыми.

Пять дней следуют отчаянные штурмы Каховки. В резуль­тате в начале сентября белые, понеся большие потери, отхо­дят, но уже через неделю возобновляют атаки на другом участ­ке и даже теснят Красную Армию. Однако их силы на исходе, наступление начинает захлебываться…

12 октября Советская Россия подписала перемирие с Польшей, после чего на Южный фронт большевики перебросили новые мощные силы, что позволило облегчить ликвидацию одного из последних очагов сопротивления новой власти внутри Советской России. Теперь уже спасения врангелевцам быть не могло. Поражение станови­лось вопросом ближайшего времени.

28 октября Красная Армия перешла в наступление. Против Русской армии выступила под чёрными анархистскими знамё­нами и «Зелёная армия» Нестора Махно, заключившего времен­ный союз с Советской властью. После нескольких дней напря­жённых боёв барону Врангелю П.Н. пришлось вновь отойти в Крым. В полном одиночест­ве армия Врангеля продержалась еще полтора месяца.

В Крым можно попасть только по узкому перешейку или через Сиваш — «гнилое море». Врангелев­цы надежно укрепились здесь. Через 15-кило­метровый Перекопский перешеек протянулся Турецкий вал, круто поднимавшийся на 8 м. Перед валом — глубокий ров шириной 20 м. Кругом, куда ни глянь, линии окопов, при­крытых рядами заграждений из колючей про­волоки. В толще Турецкого вала вырыты убе­жища, глубокие блиндажи, бойницы, ходы сообщения. Десятки пушек и пуле­метов держали под огнем все пространство перед этими неприступными укреплениями.

Фрунзе М.В. предложил белогвардейцам сдаться, пообещав им свободный выезд за границу. Однако Ленин счёл такое предложение слишком мягким и направил Фрунзе телеграмму: «Только что уз­нал о Вашем предложении Врангелю сдаться; крайне удивлён не­померной уступчивостью условий. По-моему, нельзя больше по­вторять их и нужно расправиться беспощадно».

Войска Врангеля П.Н. укрылись за мощными перекопскими и чонгарскими укреплениями, которые считались неприступны­ми. Но советское командование разработало план прорыва этих укреплений. На Чон­гарском перешейке Красная Армия наносила вспомогательный удар.

В ночь на 8 ноября красноармейцы вброд дви­нулись в обход укреплений через ледяную воду залива Сиваш (было два градуса мороза). Путь указывали проводники — жители прибрежных сел. Невероятно тяжел был этот переход.  Люди,  лошади,  повозки застревали в топком дне.

Напрягая все силы, красные продви­гались вперед, с трудом вытаскивая из тряси­ны орудия. Лишь через три часа они почув­ствовали под ногами твердую землю.

Одновременно красноармейцы начали и лобовой штурм перекопских укреплений. Советские войска несли огромные потери — некоторые части теряли более 70% своего состава. При штурме Красная Армия потеряла убитыми и ранеными не менее 10 тыс. человек. Однако ценой этих жертв красноармейцам удалось прорваться в Крым. 16 ноября М. Фрун­зе отправил телеграмму в Москву: «Сегодня нашей конницей взя­та Керчь. Южный фронт ликвидирован».

Пони­мая, что на англичан надеяться нельзя, Врангель организует эвакуацию, надеясь только на собственные силы. И она прой­дет удачно. Остатки разгромленной Русской армии покинули полуост­ров Крым и эвакуировались в Турцию. Свыше 120 кораблей до­ставили в Стамбул (Константинополь) около 150 тыс. человек. Барон Врангель Пётр Николаевич издал при­каз, разрешающий всем желающим остаться в Крыму! Никого плыть не заставляли, каждый делал свой выбор сам. Другой приказ командующего говорил о запрещении уничтожения мостов, фабрик, техники и другого оставляемого имущества. Ведь это все русское, это все Россия. Пусть и красная…

Генерал Врангель был вынужден заложить русские боевые корабли, чтобы «союзни­ки» дали разрешение на эвакуацию людей, не желавших оставаться под большевиками, и объявили о своей го­товности их принять. 16 ноября последний корабль под Андреевским флагом увез на чужбину остатки разбитых врангелевских войск.

Ушел в свой последний поход русский Черноморский флот. В последний поход ушла и Русская, бывшая Добровольческая, армия. На Родину ей уже не было суждено вернуться. Судьбы казаков и добровольцев, офицеров и юнкеров, кадетов и бе­женцев сложатся по-разному. Кто-то, поддавшись уговорам, вернется в красную Россию, кто-то попадет на Родину в ря­дах гитлеровского вермахта, но большинство их так и умрет на чужбине, заполнив православными крестами кладбища Па­рижа и Ниццы, Мельбурна и Нью-Йорка.

Флот барона Врангеля пришел в Константинополь. Около двух недель суда стояли на рейде, а солдат и беженцев факти­чески не кормили. Потом заботливые «союзники» разместили русских в Галлиполи, рядом с проливами. В чистом поле, под проливным дождем и снегом. Никаких денег для содержания армии и помощи беженцам Врангель не получил. Даже палатки были выданы чинам его ар­мии не сразу!

Многие белогвардейские офицеры не захотели покинуть роди­ну, рассчитывая на милость победителей. Занявшие Крым боль­шевики под угрозой расстрела потребовали регистрации всех бывших офицеров врангелевской армии. Затем по составленным спискам производились массовые расстрелы.

«Каждый спешил подойти первым к могиле», — писал очевидец событий А. Осокин, вспоминая многотысячные очереди на регистрацию. Вен­герский коммунист Бела Кун, один из новых руководителей Кры­ма, говорил: «Крым — это бутылка, из которой ни один контрреволюционер не выскочит». Всего, по некоторым оценкам, в Крыму расстреляли до 50 тысяч человек.