На юге страны важным оплотом белогвардейцев стало казачество. На Дону против большевиков вы­ступила Добровольческая армия генерала Корнилова Л.Г. В начале 1918 г. она насчитывала около трёх-четырёх ты­сяч человек. Местное население смотрело на корниловцев довольно враж­дебно, как на «врагов народа», разжигающих пожар никому не нужной гражданской войны. В первое время добровольцам по­рой казалось, что они противостоят целому свету. Через многие сёла и станицы они прорывались с жестокими боями.

Даже в среде офицерства добровольцы тогда не находили широкой поддержки. Когда Добровольческая армия отправлялась из Ростова-на-Дону в свой первый Ледяной поход, в городе оста­валось 18 тыс. офицеров. Никто из них не пожелал примкнуть к добровольцам. Белогвардеец А. Трушнович вспоминал, что перед этим «была проведена попытка привлечь ростовское офицерство в ряды армии — последняя попытка. На собрание явилось всего лишь около 200 человек… большинство в штатском, и то, одетые явно «под пролетариев…»

«Доб­ровольческая Армия создавалась с величайшим трудом, — расска­зывал Савинков Б.В. — Не было денег. Не было оружия, шинелей и сапог. Каждый доброволец, для того чтобы попасть на Дон, дол­жен был пройти через линию большевистских войск». Но так было в феврале 1918 года… Однако постепенно в различ­ных слоях населения нарастало недовольство политикой больше­виков

В течение 1918 г. Добро­вольческая армия постепенно разрослась, став действительно мощной силой. К ней присоедини­лись другие белые армии, и объединённые вой­ска после гибели Корнилова в марте 1918 г. возглавил генерал Деникин А.И. К весне 1919 г. Добровольческая армия насчитывала более 100 тыс. штыков и сабель.

Группа красноармейцев Южного фронта

Группа красноармейцев Южного фронта

Летом 1919 г., когда на востоке Красная Армия побеждала войска адмирала Колчака А.В., армии Деникина А.И. перешли в на­ступление. Они заняли обширные районы Дона, Кубани, Северного Кавказа, Южной Украины. Деникинцы захватили Киев, взяли Царицын, им удалось выйти на подступы к Харькову и Полтаве. Затем войска Деникина двинулись в центр страны. Красная Армия была отрезана от снабжения и оттеснена в безводные астраханские степи.

В июле 1919 г. Деникин провёл мобилизацию на Украине и 3 июля отдал приказ о наступлении на Москву (Московская директива), ко­торую предполагалось захватить к осени 1919 г. От Днепра до Волги развернулись напряженные сраже­ния. Одновременно с наступлением Деникина на Москву войс­ка Юденича Н.Н. в конце сентября 1919 г. перешли в наступление на Петроград. Обе столицы оказались под угрозой захвата. Также активизировались белополяки и другие соору­женные силы белогвардейцев.

Карикатура кукрыниксов на белогвардейского генерала Шкуро А.Г.

Карикатура кукрыниксов на белогвардейского генерала Шкуро А.Г.

Вначале наступление Деникина А.И. развивалось успешно. 20 сентября белогвардейцы заняли Курск, затем Воронеж, 13 октября — Орёл. Под угрозой захвата оказалась Тула с ее крупными оружей­ными заводами. Теперь их отделяло от столицы всего около 400 км. В связи с этим Советское правительство сконцентрировало все силы на борьбу с Деникиным А.И. Был образован Южный фронт под командовани­ем Егорова А.И. Большевики даже при­остановили победоносное наступление против армий Колчака. Казалось, еще одно усилие — и падет красная столица…

Против Дени­кина были брошены лучшие силы Красной Армии, уже на­копившие значительный опыт военных операций. С заводов Урала увеличились поставки оружия. Но главную роль сыг­рал тот же фактор, что и на Восточном фронте, — развал тыла. Украинское крестьянство, отвернувшееся от Советов после введения весной 1919 г. разверстки, массового строи­тельства совхозов, разочаровалось и в деникинских поряд­ках.

В июле ЦК РКП(б) выдвинул лозунг «Все на борьбу с Деники­ным!». «Никогда ещё до тех пор, — писал позднее А. Деникин, — советская власть не была в более тяжёлом положении и не ис­пытывала большей тревоги… Мы отторгали от советской власти плодороднейшие области, лишали её хлеба, огромного количе­ства военных припасов и неисчерпаемых источников пополне­ния армий». Всего же белогвардейцы заняли территорию 18 гу­берний с населением около 42 млн. человек.

Бронепоезд красных им. Розы Люксембург

Бронепоезд красных им. Розы Люксембург

Вновь, как и в случае наступления А. Колчака, будущее Со­ветской республики оказалось под вопросом. Очевидно, что склонить чаши весов в ту или иную сторону могло отношение населения: с каким настроением оно встретит белогвардейцев — с сочувствием или враждебностью?

Очевидец событий журналист З. Арбатов так описывал вступ­ление подчинённого Деникину отряда генерала  Шкуро А.Г. в Екатеринослав (ныне Днепропетровск): «Слёзы, восторженные крики радости, дикие возгласы о мести большевикам, прибежав­шие и влившиеся в толпу пленные с баржи… Все высыпали на ули­цы, создавая небывалый подъём и неповторимую радость. Лёгкой рысью проносились по широкому проспекту сотни казаков; доб­родушные улыбки кубанцев, загорелые лица офицеров и бесконеч­ный восторг, неимоверное счастье освобождённых людей…

Но на утро другого же дня восторженность сменилась до­садливым недоумением… Вся богатейшая торговая часть города, все лучшие магазины были разграблены; тротуары были засы­паны осколками стекла разбитых магазинных окон, а по улицам конно и пеше бродили казаки, таща на плечах мешки, наполнен­ные всякими товарами. Грабёж шёл вовсю».

Генерал Врангель П.Н. писал о наступлении Дени­кина А.И.: «Население, встречавшее армию при её продвижении с ис­кренним восторгом, исстрадавшееся от большевиков и жаждав­шее покоя, вскоре стало вновь испытывать на себе ужасы грабе­жей, насилия и произвола. В итоге — развал фронта и восста­ния в тылу».

Вот довольно типичные отрывки из част­ных писем 1919 г., собранные советской воен­ной цензурой. В одном письме говорится: «У нас в Саратове все ждут Деникина» (август). Другое письмо: «Никогда не представляла, чтобы армия Деникина занималась грабежами. Грабили не только солдаты, но и офицеры. Если бы я могла себе представить, как ведут себя белые победи­тели, то, несомненно, спрятала бы бельё и одеж­ду, а то ничего не осталось» (Орёл, ноябрь).

Добровольческую армию (Добрармию) на­селение с мрачным юмором прозвало Грабьармией. Писатель Владимир Короленко позднее сравнивал её с советскими войсками: «Мне при­шлось уже говорить, какая разница была при за­нятии Полтавы Красной Армией и добровольца­ми. Последние более трёх дней откровенно гра­били город с «разрешения начальства». Красно­армейцы заняли Полтаву, как дисциплинирован­ная армия, и грабежи, производимые разными бандитами, тотчас же прекратились…»

Очень важное, возможно решающее, значе­ние имела крестьянская политика белогвардей­цев. Крестьян больше всего волновал вопрос: не отберут ли у них землю обратно в пользу поме­щиков? Постепенно их худшие опасения начина­ли подтверждаться. Во многих местах помещики возвращались в свои имения и требовали платы за отобранную крестьянами землю. Часто их требования поддерживали войска… Кроме того, примерно треть урожая («третий сноп») по решению властей шла на нужды поме­щиков. И вновь земледельцев призывали ждать будущих законо­дательных решений. Всё это, конечно, могло вызвать у крестьян только волну раздражения и недовольства.

Октябрь 1919 г. стал самым тяжелым месяцем для большевиков. Ценой громадных усилий и людских потерь удалось отстоять Петроград и перейти к наступлению на Южном фронте. Надо отметить, что войскам Деникина приходилось сражаться не только с красноармейцами. На Ук­раине против белых воевали и другие вооружённые группировки. Прежде всего, это были сторонники Укра­инской Народной Республики — петлюровцы, как их называли по имени командующего Симона Петлюры. Другой немаловаж­ной военной силой на Украине являлась «Зелёная армия» анар­хиста Нестора Махно. Махно чутко реагировал на настро­ения сельских жителей, легко переходил из одного лагеря в другой.

Против Деникина были брошены лучшие силы Красной Армии. В кон­це октября ударили морозы. Ударные части деникинской армии: корнилов­цы, марковцы, дроздовцы вели бои без зимнего обмунди­рования. Начались многочисленные обморожения. Крестьянская армия Махно Н.И., вступив в союз с Красной Армией, наносила удары по деникинцам на юге Украины. 20 октября был взят Орел, 24 октября — Воронеж.

Воронеж был занят белой кава­лерией генерала Шкуро. Утром 23 октября красные конники начали штурм города. Весь день шел горячий бой. Ночью белогвардейцы жгли дома в окрестных деревнях, чтобы осве­тить переправу через реку Воронеж и остановить наступление советского корпуса. Однако на рассвете красной кавалерии удалось ворваться на окраину Воронежа. Генерал Шкуро А.Г. бежал из города на штабном автомобиле.

Под Во­ронежем и Касторной будённовцы (Первая конная) разбили два конных корпуса — гене­ралов Мамонтова и Шкуро. Это послужило началом перелома. С ноября 1919 г. красные перешли в общее наступление. К этому времени крестьянство, колеблющееся между поддержкой красных и белых, стало склоняться на сторону первых.

В ноябре 1919 г. Красная Армия выбила деникинские части из Курска, в декабре — из Харько­ва и Киева. Общее положение на фронтах коренным образом изменилось в пользу красных; их наступление стреми­тельно развивалось. В январе 1920 г. Красная Армия отвоевала Царицын, Но­вочеркасск и Ростов-на-Дону, в феврале заняла Одессу. Советская власть была восстановле­на на юге России, Украине и Северном Кавказе.

В марте 1920 г. в довершение ряда тяжёлых поражений белых ар­мий разразилась «новороссийская катастрофа». 27 марта вой­скам генерала Деникина А.И. пришлось в беспорядке оставлять Новорос­сийск под напором наступавших советских войск. При отступ­лении были брошены огромные армейские запасы, орудия, кон­ница. Не удалось вывезти даже всех людей, и многие военнослу­жащие вынуждены были остаться в городе, хотя с приходом большевиков их ожидали арест и, вероятнее всего, расстрел. Некоторые части, опасаясь, что их оставят в Новороссийске, са­мовольно покидали фронт и с боем (в буквальном смысле сло­ва) захватывали идущие на город поезда.

Генерал А. Деникин, отбывший из Новороссийска на по­следнем корабле, вспоминал: «На берегу у пристаней толпится народ. Люди сидели на своих пожитках, разбивали банки с кон­сервами, разогревали их, грелись сами у разведённых тут же ко­стров. Это бросившие оружие — те, которые не искали уже вы­хода. У большинства спокойное, тупое равнодушие… Временами слышались из толпы крики отдельных людей, просивших взять их на борт. Кто они, как их выручить из сжимающей их толпы?..

Погрузили сколько возможно было людей и вышли из бухты. По дороге, недалеко от берега, в открытом море покачивалась на свежей волне огромная баржа. Сплошь, до давки, до умопомра­чения забитая людьми. Взяли её на буксир…»

Борцы за «Единую и Неделимую» оказались разгромлены. После «новороссийской катастрофы» остатки разбитых ар­мий Деникина отступили в Крым. Здесь в начале апреля 1920 г. генерал Деникин сдал командование и верховную власть гене­ралу Врангелю П.Н., после чего покинул страну.

Поражение деникинской армии, а следом за ней и всего Белого движе­ния стало следствием… подписанной Деникиным директи­вы «на Москву». Она нарушает элементарные нормы стра­тегии: малочисленные войска борцов за единую Россию все дальше расходились друг от друга на бескрайних просторах Родины.

Альтернативой этому было скорейшее соединение с Колчаком и движение двух основных белых армий друг на­встречу другу. «Главнейшим и единственным операционным направлени­ем должно быть направление на Царицын, дающее возмож­ность установить непосредственную связь с армией адми­рала Колчака», — писал в рапорте Деникину барон Врангель.

Так, может быть, надо было подождать с решительным наступлением на Москву? Сформировать полноценную ар­мию, вооружить ее как следует. Создать резервы, навести по­рядок в тылу. Это ведь — очевидные истины. Так поче­му ни Деникин, ни Колчак этого не сделали? Потому что именно «союзники», а не состояние Крас­ной или Белой армии, спровоцировали их на­ступать. Сначала дав многочисленные политические обещания и шантажируя свертыванием военных поставок, «союзники» потребовать у Деникина и Колчака наступления, потом не дали обещанных ресурсов и помощи.

Но не легче ли было союзникам просто прекра­тить белым поставки и тем самым дать большевикам возмож­ность их разгромить? Нет. Во-первых, для прекращения снаб­жения нужен повод, во-вторых — это бизнес. И, в-третьих: не будут белые наступать, не имея оружия и амуниции. Ес­ли же они перейдут к обороне, сформируют новые части, по­полнят старые, посадят кавалерию на лошадей, то Советская Россия может этого и не пережить. Выжидая, белые могли добиться победы. На начало 1919 г. они контролировали огромные пространства; на их территории не было голода, это у большевиков он свирепствовал.

Красная армия обладала одним важным пре­имуществом: вся большевистская территория была единым монолитом, окруженным белогвардейскими войсками со всех сторон. Поэтому Троцкий и Ленин могли свободно перебра­сывать свои войска с одного фронта на другой, громя врагов по очереди, а белые такой возможности не имели. Соединись Деникин и Колчак — и они смогли бы так же свободно маневри­ровать. Но Деникин приказал идти на Москву и тем самым подписал белым смертный приговор.