В ходе русско-турецкой войны 1877-1878 гг. Плевне (Плевену) было суждено в течение пяти месяцев приковывать к себе внимание всей европейской общественности. Город стал известен не только в политических и военных кругах, но и среди широких народных масс. Тысячи героев сложили головы на поле брани под Плевной.

Именно бои за Плевну решили исход войны, так как здесь были сосредоточены крупные военные силы. После её освобождения русская армия перешла в решительное наступление, достигнув стен столицы Османской империи.

Осман-паша сумел перебросить форсированным маршем в Плевну из Видина отборный корпус, который активно участвовал в сербско-турецкой войне и накопил немалый боевой опыт.

Плевна окружена холмами, из которых наиболее высокие северо-восточные и восточные, что давало возможность соорудить надёжные фортификационные сооружения, этим и воспользовался турецкий предводитель. Осман-паша сумел отлично организовать оборону города.

В боях за Плевен русские войска трижды предпринимали его штурм, но взять город удалось только после длительной осады, в результате которой армия Османа-паши была вынуждена капитулировать. В боях участвовали румынские войска и болгарские отряды.

Карта боёв за Плевну

Карта боёв за Плевну

После овладения Никополем Западный отряд русской армии направился к Плевне. Русское командование отправило к городу дивизию генерала Шильдер-Шульднера Ю.И., которая по численности значительно уступала турецким силам.

Первый штурм города русская армия предприняла 7 (19) и 8 (20) июля 1877 г. Бои развернулись у сел Буковлык и Гривица. В первый день отдельным подразделениям Вологодского и Архангелогородского полков даже удалось проникнуть на улицы города. У Гривицы яростные бои вел Костромской полк.

Скобелевские траншеи на Зелёной горе под Плевной, гравюра 1878 г.

Скобелевские траншеи на Зелёной горе под Плевной, гравюра 1878 г.

Однако генерал-лейтенант Шильдер, располагая неточными сведениями о неприятеле и не ожи­дая серьёзного отпора, на следующий день приказал наступать, Шильдер-Шульднер имел в своем распоряжении почти вдвое меньше сил, чем Осман-паша. Войска буквально рвались в бой, ожидали с нетерпением рассвета, чтобы напасть на турок; каптенармусы и артельщики прибежали в строй и взялись за ружья. В 4.30 час. утра наша артиллерия открыла огонь, но так как огонь турецких крупповских орудий был сильнее, то ген. Шильдер-Шульднер приказал немедленно наступать. Наши войска плотными колоннами двинулись к городу. Вологодцы и архангелогородцы атаковали настолько решительно, что, выбив штыками турок из ложементов, к 7 часам уже достигали вершины склона позиции и подходили на 200 шагов к турецким батареям. Однако большие потери и отсутствие резервов не позволили развить успех против двойного превосходства сил противника.

Костромской полк, с 5-й батар. 31 арт. бригады начал бой в 6 часов; его наступление было столь стремительно, что, безостановочно взяв 3 ряда турецких окопов, он заставил турецкие батальоны беспорядочно отступать, а наш артиллерийский огонь уже поражал резервы противника; у турок началась паника, против которой Осман-паша принял самые решительные меры. Между тем полк. Клейнгауз был убит; заменивший его полк. Седлецкий, вследствие огромных потерь, отсутствия хотя одного штыка резерва и расстрела патронов и снарядов, мог только продержаться на захваченной позиции до 11 часов, когда, слыша, что бой на правом фланге замолк, решил отступить к роще Палац, где собрал свой отряд; турки и не подумали его преследовать.

Полк. Тутолмин, со своей казач. бригадой, бездействовал в полном смысле этого слова, несмотря на тяжелое положение других частей его отряда. Затем казаки подбирали раненых отряда, и Тутолмин, вступив в командование всем отрядом после его отступления из боя, отошел к Турскому-Трестенику. Вечером Шильдер-Шульднер приказал отступить. Потери в бою: русские — 75 офицеров и 2346 нижн. чинов; турки — ок. 2 тыс. чел. Наши потери хотя и были очень значительны, но не имели такого существенного значения, как последовавшее моральное воздействие первой неудачи; так, ген.-лейт. Шильдер-Шульднер от необыкновенной самоуверенности перешел к некоторой боязливости; он отправил Тутолмину приказание отойти за мост к Булгарени и защищать его, т. е. как бы опасался, что турки начнут решительное наступление к Систову.

Первый штурм под Плевной показал силу штыкового наступательного боя русских солдат и офицеров. Сам факт, что двое из трех командиров русских полков пали убитыми, говорит о характере боев. Сражаясь с превосходящими силами противника, русские без боя не отдали ни пяди земли, не оставили врагу ни единого знамени, ни единого орудия, ни одного раненого на поле боя.

Отход русских частей после второго штурма Плевны

Отход русских частей после второго штурма Плевны

Через десять дней после первой Плевны последовал новый штурм. Утром 18 (30) июля началась «вторая Плевна». Главный штаб армии приказал во второй раз атако­вать Плевну, осознав ее большое стратегическое значе­ние для последующих наступательных операций русской армии. Главнокомандующий приказал генералу барону Криденеру Н.П. повторить атаку. Под Плевной было сосредоточено примерно 29 тыс. русских штыков, 3,5 тыс. сабель и 170 орудий. Получили подкрепления и войска Осман-паши.

В этих сражениях, особенно в районе Зелёных Гор, проявились храбрость и полководческое искусство генерала Скобелева М.Д. В ходе атак он часто бросал последний резерв — самого себя. Под ним были убиты две лошади. Там, где появлялся генерал в белом, так называли его в штабе Османа-паши, неприятелю приходилось туго.

Атака у Зеленых гор 27 августа 1877 г., худ. Н.Д. Дмитриев-Оренбургский, 1883 г.

Атака у Зеленых гор 27 августа 1877 г., худ. Н.Д. Дмитриев-Оренбургский, 1883 г.

Плевну не удалось блокиро­вать — у турок оставались Софийское шоссе и дорога на Ловчу (ныне Ловеч), по которой к ним подходили свежие силы, доставлялись боеприпасы и продовольствие. Генерал Скобелев М.Д. предложил пе­ререзать дорогу на Ловчу. Однако Криденер предпочёл атаку в лоб — на редут у де­ревни Гривицы, ключ к турецкой обо­роне. Русские к вечеру потеряли более 7 тыс. человек, турки — 1,2 тыс. человек. Неумелое командование и беглый ружейный огонь противника в очередной раз заставили русскую ар­мию отступить.

Фронт атаки был растянут на восемнадцать верст. И второй штурм плевненских укреплений был от­бит турками, а барон Криденер утратил всякое доверие в войсках. Хочется отметить, что в боях под Плевной рассыпные цепи впервые прибегли к перебежкам.

В результате двух попыток взять Плевну штурмом русская армия понесла значительные потери — около 10 тысяч убитыми и ранеными. Это заставило командование временно перейти к обороне. На Балканы был вызван гвар­дейский корпус из Петербурга, подтягивались свежие румынские дивизии и отряды болгарского ополчения.

По настоянию Скобелева 22 ав­густа войска атаковали Ловчу. С мини­мальными потерями она была взята. Однако у турок в Плевне оставалась ещё одна дорога — Софийское шоссе. Противники готовились к «третьей Плевне». Командование Западным от­рядом, осаждающим Плевну, принял румынский князь Карл Гогенцоллерн, начальником его штаба стал генерал Зотов П.Д.

30 августа, в день именин Александра II, после четырех­дневной артиллерийской подготовки, но практически безрезультативной, начался третий штурм города. Под беглым огнём неприятеля вновь шли в атаку плотные колонны русских войск. Выстрелы слились в беспрерывный рев. Гранаты косили шеренги солдат, медленно продвигав­шихся по скользкой и вязкой после дождей почве. Солдат, приблизив­шихся к редутам, расстреливали оттуда картечью. Войска стали отходить.

Взятие приступом Гривицкого редута под Плевной 30 августа 1877 г., , худ. Н.Д. Дмитриев-Оренбургский, 1885 г.

Взятие приступом Гривицкого редута под Плевной 30 августа 1877 г., , худ. Н.Д. Дмитриев-Оренбургский, 1885 г.

В три часа Скобелев двинул в атаку Владимирский и Суздальский полки, но они не дошли до гребня Зеленых гор, где были редуты. Вслед пошел, развернув знамена, под музыку Ревельский полк. Следом двинулся в бой тре­тий и последний эшелон — Либавский полк. У генерала оставался один резерв — он сам. Пришпорив коня, Ско­белев поскакал вперед, скатился с лошадью в ров, высво­бодился из-под нее и одним из первых ворвался в редут Каванлык. Через полтора часа пал и редут Исса-ага. Таким образом, колонна Скобелева  захватила два реду­та. Румынские части отбили Гривицкий редут.

План Скобелева атаковать редуты поразил турок своей неожиданностью, дерзостью, смелостью. Блестящая идея талантливого полководца была выполнена с неумо­лимой последовательностью. И если бы руководство штур­мом вовремя поддержало действия Скобелева, то армия Османа-паши наверняка была бы разгромлена на три ме­сяца раньше, чем это случилось впоследствии. Турец­кая армия была рассечена надвое. Плевна висела на волоске.

До­рога в город была открыта. В Плевне началась паника. Русское командова­ние располагало резервами, однако Скобелев подкрепления не получил. К ночи турки собрали силы и начали бешено контратаковать. В пять часов вечера 1 сентября они отбили редуты. Остатки отряда Скобелева отступили. В трёх штурмах Плевны были убиты 32 тыс. русских.

Уже вечером 31 авгу­ста Александр II предложил отступать за Дунай. Только вмешательство военного министра Милютина Д.А. удержало императора от это­го шага. Было принято решение изме­нить тактику: от штурма крепости перейти к её блокаде

Третья неудача под Плевной, сопряженная с огромными потерями наших войск, произвела весьма сильное угнетающее впечатление не только на армию, но и на всю Россию. Между тем, по-прежнему благодаря геройским усилиям защитников Шипки, проход через Балканы оставался в наших руках. Осман-паша справедливо считал единственным выходом для своей армии — это отступить к Орхание, или к Балканским проходам, и неоднократно просил на то разрешение, но получал в ответ из Константинополя приказы защищаться на занимаемой позиции.

1 сентября, под Плевной, на военном совете, в присутствии Государя, главнокомандующего, военного министра, Непокойчицкого, Левицкого, Массальского и Зотова, был поставлен вопрос: «Можно ли оставаться на занимаемых позициях, или следует отступить за р. Осму?» За отступление высказались решительно только Зотов и Массальский, но против него восстал Левицкий, поддержанный Милютиным; на их же сторону склонился и Государь.

Поэтому было решено не отступать, а занять более сосредоточенное расположение, укрепиться, вызвать подкрепления из России (гвардия и гренадеры уже мобилизовались и следовали) и, окружив Плевненский лагерь, взять его или блокадой, или правильной осадой; пока же, за недостатком войск, ограничиться временной блокадой со стороны Софии и Виддина двумя отрядами кавалерии. Кроме того, для решения вопроса об осаде или блокаде, Государь приказал вызвать из Петербурга г.-ад. Тотлебена.