Алексей Наумович Сенявин (1716-1797) был сыном одного из со­ратников Петра Великого, прославленного победой при Эзеле. В честь заслуг Наума Акимовича Синявина Алексея приняли на службу сразу мичманом. С 1734 г. молодой моряк проходил практику на Балтийском море, в эскадре отца; трудный переход из Архангельска в Кронштадт окончательно его закалил перед военными испытаниями. Синявин Н.А., назначенный строить суда в Брянске для Днепровской флотилии против турок, взял с собой сыновей. Мичман Алексей Сенявин в 1737 г. получил бое­вое крещение при обороне Очакова, а в следующем — пережил смерть отца от чумы.

В русско-шведской войне 1741-1743 гг. лейтенант Сенявин, дядя другого русского адмирала — Сенявина Д,Н., ко­мандовал небольшим галиотом и дважды предлагал послать его на раз­ведку, но его порыв не получил одобрения. Не имея возможности отли­читься, моряк только за 10 лет заслужил чин капитан-лейтенанта, в 1754 г. стал капитаном 3-го ранга. К началу Семилетней войны 1756-1763 гг. он командовал линейным кораблем.

В крейсерствах и конвоях Сенявин заработал чины капитана 2-го и 1-го ранга, участвовал в первой попытке взять Кольберг. Чисто морская экспедиция не удалась, и в 1761 г. крепость осадил с суши корпус Румянцева П.А., а с моря — блокировала русско-шведская эскадра вице-адмирала Полянского А.П. На сей раз корабль Сенявина «Св. Павел» участвовал в бою с неприятельскими батареями и получил повреждения, а командир был ранен.

Ранение и приобретенная на Днепре малярия вывели моряка из строя. 30 апреля 1762 г. он ушел в отставку, и только через 4 года вернулся на службу генерал-казначеем Адмиралтейств-коллегии. Еще 2 года, и  новоиспеченного контр-адмирала Сенявина назначили командиром практической эскадры.

Адмирал Сенявин А.Н.

Адмирал Сенявин А.Н.

Летом 1769 г. большинство участников этого плавания отправилось на Средиземное море. Сенявину досталась особая задача: Екатерина II в ноябре 1768 г. избрала его командующим Дон­ской флотилией, которую предстояло создать заново для поддержки дей­ствий армии, направлявшейся к Азовскому морю.

Он вы­ехал через Москву и Воронеж на Азовское море. К этому времени рус­ские войска без боя заняли Азов и Таганрог. Последний, несмотря на малые глубины, был избран базой флотилии. 5-6 апреля были спущены все 5 прамов, и Сенявин определил осво­бодившихся плотников для строения 29 лодок и дубель-шлюпки. На них контр-адмирал намеревался идти к Азову вместе с прамами, оставив со­оружение 31 лодки и бота генерал-кригс-комиссару Селиванову…

Для базирования линейных кораблей Сенявин пред­лагал овладеть восточной частью Крыма, а затем и всем полуостровом. Пунктами судостроения могли служить Керчь, Кафа (Феодосия) и Еникале. Императрица высоко оценила старание моряка: в январе 1769 г. наградила орденом Св. Анны, 4 июня произвела в вице-адмиралы.

Крупные корабли стали ниже Керчи, а остальные, взяв лоцманов в Еникале, ходили в Азовское море с намерением отвоевать Азов, Таганрог и крепость Св. Димитрия Ростов­ского. Дойдя до Долгой косы, оба транспортных судна сели на мель. Одна галера погибла, разбитая непогодой, а вторую турки спасли, после чего эскадра удалилась в Еникале, а затем и в Константинополь.

Работы на флотилии шли полным ходом. Летом партия моряков во главе с капитаном 1-го ранга Пущиным составила карту промеров Дона и Таганрогского залива. Началась подготовка к оборудованию Таганрогско­го порта.

К осени в Павловске оборудовали кузницу, часть складов, 3 эллин­га, а остальные достраивали. Уже 1 и 2 сентября на верфи заложили 4 «но­воизобретенных корабля» 1 и 2 рода; Сенявин докладывал, что закладка остальных 2 и 6 в Икорецке подготавливается, но медленно: недостает транспорта для вывоза леса и рабочих на верфях, а из наличных людей большинство больны.

15 декабря по предложениям Сенявина императрица повелела после завершения ранее начатых работ приложить усилия к заготовке леса и деталей для 3-4 фрегатов и весной сплавить их к устью Дона, чтобы в удобном месте эти фрегаты построить. Она писала, что полагается на ис­кусство вице-адмирала в морском деле…

Чтобы экономить средства, Сенявин предлагал заготовленную древесину отправлять не на судах-бударах (которые еще следовало выстроить), а в плотах. Однако лучшим вариантом вице-адмирал считал основание верфи в районе лесоразработок, чтобы на месте построить кор­пуса и перевести их на Азовское море, где и достроить.

3 июля 1770 г. Сенявин сообщал, что 10 «новоманерных» кораблей собра­лись у крепости Св. Димитрия Ростовского. Постепенно они переходили к Таганрогу. К осени командующий начал организовывать ад­миралтейское и портовое правление. Однако из-за задержки с подвозом материалов и готовых изделий для достраива­емых судов Сенявин не рассчитывал до следующей весны иметь снаряженную флотилию.

В 1770 г., несмотря на болезнь Сенявина, на Икорецкой и Павлов­ской верфях построили 8 «новоизобретенных» и 2 бомбардирских кораб­ля, гребные суда, осенью в Новохоперске заложили 2 первых фрегата названные по номерам «Первый» и «Второй». С 1 октября началась по­стройка гавани Таганрога.

Боевые действия начались лишь в 1771 г. Получив рескрипт от 7 март, по которому флотилии следовало поддерживать армию, обеспечивать пе­ревозки и после взятия Еникале собраться там, Сенявин послал приказ в Таганрог вывести немедленно за гавань все «новоизобретенные» суда и привести их в порядок.

Несмотря на нехватку моряков, которую вице-адмирал покрывал солдатами, в ночь на 18 мая флотилия выступила в поход. 19 июня Сенявин докладывал о своем походе вдоль берегов Азовско­го моря. 13 июня Утром 15 июня Сенявин с 8 кораблями отправился к Еникальскому про­ливу, ибо узнал, что десятитысячный турецкий отряд отправлен на судах в Крым. Шли вдоль берега Крыма, чтобы продемонстрировать противни­ку свой флаг.

17 июня вице-адмирал привел эскадру в Еникальский про­лив, где ждал войска и бомбардирский корабль, оставленный у Арабатской стрелки для поддержки армии. Через 2 дня, двигаясь от Федотовой косы, с эскадры увидели под берегом у мыса, отделяющего бухту к Кефе (Феодосии), неприятельские суда. 20 июня, когда волнение на море утихло, 10 русских судов атаковали 14 более сильных неприятельских, но налетевший шквал по­мешал довести атаку до конца.

Когда погода улучшилась, противника не было заметно. Лишь 21 июня увидели турецкие корабли, уходящие к югу, в Еникальский пролив. Изгнав противника, Сенявин встал в проливе на якорях. Ожидая подхода войск, он высадил на берег десант, и под его прикрытием суда запаслись водой. Десантники вели на берегу успешный бой с янычарами, что явилось боевым крещением для личного состава флотилии.

2 июля корпус князя Щербатова занял без боя оставленную противником Керчь, 3 июля — Еникале. 4 июля флотилия появилась на Керченском рейде. Сенявин сразу заметил, что артиллерия в Еникале слаба устарела, а Керчь вообще не укреплена. Немедленно началось оборудова­ние базы. В самом узком месте пролива поставили 2 корабля и соорудили батарею из 5 тяжелых орудий, чтобы они во взаимодействии с кораблями не допустили противника в Азовское море, которое стало русским.

Вице-адмирал в соответствии с высочайшим указом намеревался обосноваться в Еникале. Но русские полки заняли Крым. Сенявину пришлось большин­ство боевых кораблей использовать для снабжения войск и крепостей провизией на зиму. Вице-адмирал отправил людей для съемок пролива. Бомбардирский корабль он поставил у Тамани, а в Черное море выслал 2 корабля. Сенявин считал, что без участия флота армии вряд ли удалось взять так легко крепости.

После занятия Крыма в столице решили, что пора создавать боль­шой флот. Императорский рескрипт 29 августа 1771 г. предписывал отыс­кать в Крыму лес для постройки 66-пушечных кораблей. Однако подходя­щей древесины в Крыму не оказалось.

За труды по созданию флотилии 26 декабря 1771 г. Екатерина II наградила Сенявина орденом Св. Александра Невского. Но его не требова­лось подстегивать поощрениями. В 1772 г. строили новые фрегаты и другие суда, усиленно готовили экипажи. Этому способствовало затишье в рус­ско-турецкой войне.

Тем временем в столице рождался новый план действий на Черном море. Сенявину А.Н. было предписано половину судов направить к устью Дуная, в распоряжение адмирала Ноульса, оставив другую при себе для охранения прохода в Азовское море и крымских берегов. Сенявин сам рвался в бой. С ранней весны флотилию начали готовить к кампании.

Тем временем 6 апреля на рейд Таганрога доставили фрегат «Пер­вый», а 2 мая «Второй» и достраивали их. Вице-адмирал продумывал так же, как соединить Дон с Волгой при помощи небольших речушек. 27 апреля Адмиралтейств-коллегия рассматривала его предложения и карты, снятые на местности. 3 мая Сенявин рапорто­вал, что прибыли мастера и готовится место для закладки новых фрегатов…

Флотилия действовала до конца года, крейсируя и доставляя грузы для армии в Крыму. Зимой Сенявин отправился в Санкт-Петербург. В феврале 1773 г. Сенявин верноподданнейше доносил, что из 58 военных лодок 28 погибли, остальные обветшали, и просил разрешения построить на замену 4 галиота для пе­ревозки грузов в Крым. Императрица утвердила его предложение.

Зимой у флотилии появились новые трудности. 1 февраля лед в про­ливе взломало, зимовавшие корабли сорвало и унесло на 3-4 версты. Толь­ко 6 февраля удалось их вернуть на якорную стоянку, кроме корабля «Хотин», оказавшегося в 6 верстах. К счастью, корабли пострадали мало…

Фактически силы Сенявина разделились на 3 эскадры. Эскадра капи­тана 2-го ранга Кинсбергена из фрегата, 2 кораблей и палубного бота должна была крейсировать от Кафы (Феодосии) до Балаклавы, эскадра капитана 1-го ранга Сухотина из фрегата, 4 кораблей, 2 ботов — от Кафы до Суджук-Кале (Новороссийска). Третья эскадра из 4 кораблей охраняла Керченский пролив. Больной Сенявин оставил за собой оборону пролива. В случае появления турецких кораблей из Суджук-Кале вице-адмирал на­меревался атаковать их соединенными силами двух крейсирующих эскадр.

Летом обе русские эскадры нанесли несколько ударов по туркам. 29 и 30 мая корабли Сухотина обнаружили и истребили несколько судов у бе­регов Тамани. 23 июня капитан 2-го ранга Иоганн Генрих Кинсберген недалеко от Балаклавы с двумя 12-пушечными кораблями атаковал ту­рецкие три 52-пушечных фрегата и 25-пушечную шебеку, заставив превос­ходящего противника с потерями ретироваться.

27 августа Сенявин получил с Тамани сведения, что 110 неприятель­ских судов с десантом прибыли в Суджук-кале. Вице-адмирал перешел на Фрегате «Первый» в устье пролива и при первом благоприятном ветре собирался идти с отрядом кораблей и вызванной эскадрой Кинсбергена. В Проливе он оставил бомбардирский корабль и 2 бота.

Кинсберген еще 23 августа с фрегатом, 3 кораблями, ботом и бран­дером подошел на 1,5 версты к Суджук-кале; вскоре были обнаружены 8 кораблей, среди них 3 линейных, 4 фрегата и 3 шебеки, 8 транспор­тов, готовившиеся высадить десант. Кинсберген атаковал, 2 часа вел с неприятелем ружейно-артиллерийский бой, заставил противника бежать под пушки крепости и сорвал планы неприятеля. Повреждения не позво­лили преследовать превосходящего врага, и капитан повернул к проливу на соединение с главными силами.

31 августа Сенявин объединил командование эскадрами и 1 сентября с 2 фрегатами, 5 кораблями, 1 бомбардирским отправился к Кызылташской пристани. Утром 5 сентября русские снялись с якоря и около полудня увидели восточнее Суджука у Абазинских гор неприятельские суда под парусами. Сенявин построил эскадру и пошел на сближение. Турецкая эскадра (5 линейных кораблей, 2 фрегата, 2 ше­беки, 1 галера, 1 транспорт) направлялась к Анатолии.

Подняв сколько можно парусов; несмотря на превосходство сил, турки уклонились от боя. Русские пытались гнаться до темноты, ночью легли в дрейф, а утром неприятеля уже не было видно. 7 сентября прибыли к Суджукской бухте, но не видели судов, кроме малых лодок. 8 сентября эскадра отправилась к берегам Крыма, вновь осмотрела Кызылташскую пристань, не нашла во­енных судов и вернулась к проливу. Выслав отряд в крейсерство, флагман занялся подготовкой следующей кампании.

11 октября Сенявин докладывал Адмиралтейств-коллегии, что по­бывал в Балаклаве, осмотрел «Новопавловск» и «Модон», убедился, что требуется менять проеденную червями обшивку, но в Крыму не было ни досок, ни гвоздей, ни леса на мачты, и все необходимое следовало доста­вить из Таганрога, то есть ранее августа 1774 г. суда исправить было невозможно. Потому он распорядился снять большую часть экипажей для укомплектования действующих кораблей.

В конце января 1774 г. к Сенявину прибыл контр-адмирал Чи­чагов В.Я.; флотоводец направил его в Крым для подготовки кораблей к кампа­нии. Зимнее время не было потеряно зря. Эскадра под командованием Чичагова прикрывала Керченский пролив и Крым­ское побережье от высадки десантов. Ожидали прибы­тия новых фрегатов, строившихся на Дону. Пока же превосходство остава­лось на стороне турок.

9 июня сильный турецкий флот пытался пройти к Керченскому про­ливу, но маленький отряд Чичагова заставил неприятеля отступить и встал в проливе, преградив путь туркам, которые следующим утром пришли в больших силах. 28 июня турки попытались пройти в пролив, но русские корабли не допустили их. Противостояние продолжалось еще две недели, причем турецкие силы за счет транспорт­ных и гребных судов увеличились до 73 единиц.

За 12-13 июля войска с Таманского полуострова были погружены на суда. Сенявин опасался атаки противника. Однако турки, пропустив транспорты за линию боевых кораблей, вечером 16 июля ушли, и вице-адмирал отправил 2 фрегата и корабль крейсировать, оставив главные силы в проливе. Вскоре выяснилось, почему турки оставили Керченский пролив. Пока одна эскадра блокировала Донскую флотилию, вторая высадила десант в районе Ялта — Судак, что вызвало восстание крымских татар.

К счастью, 10 июля 1774 г. Кючук-Кайнарджийский мир прекра­тил войну. Но политическая борьба не утихала. А изменение политической обстановки определило задачи Донской флотилии, которой пришлось держаться у Керченского пролива до поздней осени. 22 октября Сенявин рапортовал, что, по сведениям от Долгорукова В.М., татары спокойны, турецкие войска оставили Крым и командовавший ими Хадж Али-паша отбывает, чтобы успеть отправить до морозов корабли на ремонт. Сенявин приказал Чичагову, оставив у пролива все 4 фрегата с 5 палубными ботами, с остальными идти в Таганрог.

По мирному договору Россия получила право судоходства по Черно­му и Мраморному морям. Право это нуждалось в защите, и в начале 1775 г. Сенявин А.Н. доложил Адмиралтейств-коллегии соображения об усилении флота на южных морях. Предложения были одобрены. К концу года численность судов флотилии возросла до 32, и постройка продолжалась.

Тем временем в Санкт-Петербурге пришли к мнению, что мелководное Азовское море не может стать оплотом большого флота. Сенявин по поручению коллегии побывал на Днепре и Буге в ноябре 1775 г. и предложил строить порт у Глубокой пристани. Уже в декабре Екатерина II указала принять меры к строительству 20 крупных кораблей. Первоначальное проектирование порта и верфей проходило при участии Сенявина, кото­рого 7 октября произвели в адмиралы.

Длительная перегрузка сказалась на здоровье Алексея Наумовича, болезнь взя­ла свое, и летом 1776 г. он получил отпуск. Так как болезнь не прекра­щалась, развивать далее Азовскую флотилию и создавать Черноморский флот пришлось другим.

Сенявин и вне строевой службы не отрывался от флота. Он посещал корабли, переписывался с моряками, разработал способ предохранения днищ судов от червей-древоточцев. 20 декабря 1787 г. при распределе­нии постов во флоте его назначили командовать 1-й флотской дивизией. Но состояние здоровья не позволило адмиралу принять участие в русско-шведской войне: летом 1788 г. его отправили в отставку.

28 августа 1794 г. моряк вернулся на службу в Адмиралтейств-колдегию, но нена­долго: 10 августа 1797 г. он умер. Адмирал Сенявин А.Н. скончался более чем два столетия тому назад. Из жизни ушли его соратники и ученики. Но основанная ими Азовская фло­тилия не раз вступала в бой с врагами, защищая рубежи Отечества.

При написании статьи использованы материалы книги Н.В. Скрицкого «Самые знаменитые флотоводцы России», М., «Вече», 2000 г.