Правительство Василия Шуйского, понимая, что не в состояния справиться с Лжедмитрием II, в Выборге (1609) заключило договор со Швецией. Россия отказывалась от своих претензий на Балтийское побережье, а шведы давали войска для борьбы с Лжедмитрием II. Под командованием талантливого 28-летнего полководца Скопина-Шуйского М.В., племянника царя, начались успешные действия против польских захватчиков.

В ответ Речь Посполитая, состоявшая в войне со Швецией, объявила войну России. Войска короля Сигизмунда III осенью 1609 г. осадили город Смоленск, который оборонялся более 20 месяцев. Король приказал шляхтичам покинуть Тушино и идти под Смоленск. Тушинский лагерь рассыпался, самозванец был больше не нужен польским шляхтичам, перешедшим к открытой интервенции.

«Помощь», оказанная шведским королем Карлом IX царю Василию Шуйскому, очень дорого обошлась России. Не говоря уже о том, что в бою под Клушином шведский отряд Делагарди фактически не сражался, а наемники — немцы, французы, англичане и другие — пере­шли на сторону поляков. Швеция, пользуясь слабостью России, намеревалась значительно расширить свои вла­дения за счет восточного соседа.

Если вначале Швеция потребовала за военную помощь только Корелу с уездом, то затем аппетиты шведских феодалов значительно воз­росли, и они вознамерились отторгнуть от России всю древнюю Водскую пятину Новгорода, Ижорскую землю с Ивангородом, Ямом, Копорьем и Орешком, то есть овла­деть Невой и отрезать Россию от моря. Карл IX задумал также захватить Карелию с Сумским острогом, Соловец­кий монастырь, город Колу и Кольский полуостров, Нов­город и Псков.

После свержения Василия Шуйского шведская интер­венция приобрела открытый характер. Но завоевать рус­ские земли оказалось нелегко. Даже Корелу, казалось бы уступленную Швеции, присоединить к владениям короля не удавалось. Жители Корелы и уезда, русские и карелы, не признавали себя подданными Карла IX и оказали упорное сопротивление его войскам. Всюду действовали партизанские отряды карельских крестьян, насчитывав­шие до двух тысяч человек. На помощь им приходили стрельцы из Корелы.

Только к концу 1610 г. шведам удалось разгромить партизанские отряды, а в начале марта 1611 г., после того как от трехтысячного ее населения осталось лишь около ста человек, полуживых от ран и цинги, пала му­жественно оборонявшаяся полгода Корела. Ее последние защитники, возглавляемые воеводой Иваном Пушкиным, заминировали городские башни и заявили, что взорвут себя вместе с ними, если шведы откажутся отпустить их в Россию. Шведский губернатор Выборга вынужден был пойти на уступки. Когда шведы увидели, какая горсточка храбрецов обороняла город, они были поражены. Интервенты захватили весь Корельский уезд.

"В смутное время", худ. Иванов С.В.

«В смутное время», худ. Иванов С.В.

В начале 1611 г. шведы попытались захватить са­мый северный русский город Колу, связывавший Россию через незамерзающее Баренцево море с европейскими странами. Им удалось ворваться в город, но стрельцы и горожане выбили их оттуда. Вскоре шведы покинули Кольский полуостров.

Неудачными оказались и походы в Северную Карелию, на реку Кемь, с целью выйти к Бе­лому морю, захватить Сумский острог и Соловецкий мона­стырь. При приближении шведов карелы уходили в леса, забирая с собой все имущество и продовольствие. И без того слабозаселенный край являл собой безлюдную тайгу. Перед угрозой голода шведы повернули обратно. Их по­пытка обосноваться на побережье Белого моря сорвалась.

Марина Мнишек

Марина Мнишек

Шведы так и не смогли отрезать Россию ни от Баренцева, ни от Белого морей. Им, однако, удалось закрепиться в Новгороде. Руководители первого ополчения, стремясь ис­пользовать шведов для борьбы с польскими интервентами, вели с ними переговоры о приглашении на русский пре­стол одного из шведских принцев — либо Густава-Адоль­фа, либо Карла-Филиппа.

В это же время в переговоры с Делагарди вступили и новгородские воеводы, опасав­шиеся обострения в городе классовой борьбы. 16 июля 1611 г. изменники впустили шведов в Новгород. Отча­янное сопротивление стрельцов, казаков и посадских не увенчалось успехом. Воевода Одоевский сдал без боя Кремль. Вскоре шведы захватили Иван-город, Ям и Копорье, а в апреле 1612 г. после длительной героической обороны пал Орешек. Смертельная опасность угрожала и всей Русской земле…

Тысячи русских и карел, не желая оставаться поддан­ными шведского короля, несмотря на запреты и драконов­ские меры, предпринимаемые шведскими властями, пере­селялись в Россию. Карелы селились под Тверью, дохо­дили до Тамбова и Курска. Карельский перешеек опустел.

Король Швеции Густав II Адольф

«Северный лев» — король Швеции Густав II Адольф

Военные действия продолжались: в 1615 г. шведский король Густав Адольф пытался овладеть Псковом, а на западной границе практически посто­янно шла война с отрядами Сигизмунда III и его сына Владислава, не раз предпринимавшего походы на Москву вместе с русскими «ворами» и запорожскими казаками гетмана Петра Сагайдачного. По стране бродили отряды казаков, порой бравшие штурмом такие города, как Волог­да или Астрахань, где засели Заруцкий с Мариной Мнишек (супругой Лжедимитрия I)…

В казне ощущалась хроническая нехватка денег. С огромным трудом правительству царя Михаила удалось восстановить государственный аппарат. В 1614 г. на Яике были преданы казаками и схвачены Заруцкий и «царица» Марина; мятежный атаман посажен на кол, а трехлетний «ворёнок» — сын Марины Мнишек и Лжедимитрия II — публично повешен в Москве.

В 1617 г. был подписан Столбовский мир со Швецией, которая получила крепость Корелу и побережье Финского залива. Кроме этого, к Швеции отошли древняя Новгородская Водская пятина, Ижорская земля, течение Невы и города Иван-город, Ям (Кингисепп), Копорье, Корела, Орешек (Петрокрепость). Россия была отрезана от Балтийского моря. Швеция наглухо заколотила «окно в Европу».

Утрата выхода к морю тяжело отразилась на России. Вся торговля по Балтийскому морю, контролируемая Швецией, доставляла большие прибыли ее купцам. Шведские власти собирали высокие таможенные пошлины. Утрата прямого контакта со странами Западной Европы по Балтийскому морю препятствовала экономическому и культурному развитию России. Отвоевать старинные русские земли, вновь распахнуть «окно в Европу» России удалось лишь в результате Север­ной войны (1700-1721 гг.).

О том, что в годы борьбы с польско-шведской интервенцией героизм был явлением массовым, свидетельствует то, что только за 1613-1619 гг. было роздано 34 тысячи наград. Из них 620 круп­ных золотых — воеводам и командирам отрядов, а рядовым ратни­кам и ополченцам — маленькие золотые или серебряные монеты, ко­торые носились на рукаве или на шапке.

На каждой из них было выбито изображение Георгия Победо­носца, который таким образом являлся как бы предтечей тому Геор­гию, в честь которого Екатериной II 26 ноября 1769 г. был учреж­ден военный орден святого великомученика и победоносца Георгия, считавшегося на Руси покровителем воинов.

«За какие грехи, — писал дьяк Иван Тимофеев, участник войны против Лжедмитрия I, — наказана наша земля? Нет места, где бы горы и холмы не поливались христианскою кровью, и долины и леса наполнились ею, и вода, окрасившись кровью, сгустилась, и звери и птицы насытились чело­веческими телами.

Наказаны мы за дерзость клятвопреступлений, за гордыню, за отказ от упорного труда, за любовь к наградам, за чрезмерное об­жорство и пьянство, за злопамятность к близким своим. К этому присовокуплю ненасытную любовь к деньгам, хвастовство одеждою и приобретение множества ненужных вещей. А ведь известно, вся­кая гордость увеличивается при изобилии вещей, — читающий да разумеет!

И последнее, нестерпимое зло, навлекшее на Русь гнев Божий, — произношение матерных, скверных слов, ибо ими мы оскверняем сами себя и матерей своих. И Матерь Божия, заступница наша, отвра­щает от нас лицо свое и пребывает к нашим молитвам глуха.

Сердце наше окаменело, и мы не ждем над собою суда. И родина наша, как вдова, сидящая при дороге, и одетая в траурные одежды, и страдающая от многих, окруживших ее врагов». Разве не созвучно это и нашему времени?