4 (16) января 1807 г. русская армия под командованием генерала от кавалерии Беннигсена Л.Л. начала наступление от р. Бялы на запад. Беннигсен решил разбить находившихся на зимних квартирах и изолированных от главных французских сил два левофланговых корпуса Великой армии под командованием маршалов М. Нея и Ж. Бернадотта. С разгромом этих войск противника освобождалась бы немедленно линия Вислы.

Однако замедление на марше и нерешительность нашего главнокомандующего помешали выполнению этого плана. Узнав о зимнем походе Беннигсена, Наполеон немед­ленно принял меры. Продвигаясь к нижней Висле в за­падном направлении, русские подставляли свой левый фланг под удар главных сил французской армии у Модлина-Плоцка. Император приказал Бернадотту за­влекать русских к западу, играя роль приманки. Главные же силы должны были обру­шиться на наш левый фланг и тыл, прижать русскую армию к ниж­ней Висле, а затем уничтожить.

Д. Давыдов, участник тех событий, в «Воспоминание о сражении при Прейсиш-Эйлау 1807 года января 26-го и 27-го», писал: «В то время расположение французской армии было следующее: гвардия, 12 тысяч, в Варшаве; корпус Ланна, 23 тысячи, между Брок и Остроленки, против Эссена 1-го; корпус Даву, 34 тысячи, в Мишеницах; корпус Сульта, 30 тысяч, в Вилленберге; корпус Ожеро, 11 тысяч, в Нейденбурге; резервный кавалерийский корпус, 20 тысяч, под командою Мюрата, в окрестностях Вилленберга; корпус Бернадота, 17 тысяч, почти вне круга боевых происшествий, в Эльбинге. Все эти войска размещались уже по кантонир-квартирам; только корпус Нея, состоявший из 22 тысяч человек пехоты и кавалерии Бессьера, преследовал прусский корпус Лестока вниз по Аллеру, в направлении к Фридланду, и чрез это находился почти на пути, по которому следовала наша армия».

Сражение под Прейсиш-Эйлау 27 января (8 февраля) 1807 г., худ. А.Ю. Аверьянов, 2007 г.

Сражение под Прейсиш-Эйлау 27 января (8 февраля) 1807 г., худ. А.Ю. Аверьянов, 2007 г.

С 15-го по 20-е января французские корпуса быстро стя­гивались со своих квартир в район Плоцка. Наступил перелом операции, инициатива перешла к фран­цузам. Цитирую Д. Давыдова: «Но русский бог велик! Вдруг аванпостные казаки авангарда берут в плен французского офицера, посланного курьером от маршала Бертье к Бернадоту с Наполеоновым приказанием напирать на армию нашу и не выпускать ее из виду, и между тем с извещением о его движении всех французских сил на Вилленберг, Пассенгейм и Алленштейн — в тыл нашей армии, угрожавшей ей такою гибелью».

Таким путём весь французский план стал Беннигсену понятен. Он немедленно собрал свою армию, разбросанную на широком фронте, у Янкова. 22-го января к русской позиции подошёл Наполеон с авангардом. Атаку он решил отложить до прибытия главных сил. Под покровом темноты Беннигсен отступил в направлении Кенигсберга.

Битва при Эйлау, с картины худ. А.Ж. Гро

Битва при Эйлау, с картины худ. А.Ж. Гро

В течение нескольких дней на протяжении 70-ти верст арьергард генерала Багратиона П.И. сдерживал превосходящие силы неприятеля. 26 января 1807 г. у Эйлау в последнем из этих упорных боёв арьергард Багратиона был оттеснен, но сумел обеспечить главным силам русской армии возможность занять исходные позиции.

Задача нашей армии в этом сражении заключалась в том, чтобы в оборонительном бою нанести французам решительный удар и не допустить их прорыва к Кенигсбергу. В связи с этим русские войска заняли позицию северо-восточнее Прейсиш-Эйлау, упираясь своим правым флангом в селение Шлодиттен, а левым в Клейн-Заусгартен. Таким образом, наша позиция одновременно прикрывала две дороги — одну на Кенигсберг, а другую на Фридланд, ведущую к русской границе.

Нашим правым флангом командовал генерал-лейтенант Тучков Н.А. (Тучков-1-й); центром — генерал-лейтенант барон Остен-Сакен Ф.В.; левым флангом — генерал-лейтенант граф Остерман-Толстой А.И.; резервом — генерал-лейтенант Дохтуров Д.С.; всей кавалерией — генерал-лейтенант князь Голицын Д.В.; артиллерией — генерал-лейтенант Резвой Д.П. Багратион, который был всех моложе в чине генерал-лейтенанта, не имел особой команды и был назначен к Дохтурову.

Общую численность русских войск разные источники определяют от 65 до 70 тыс. при 400 орудиях. У французов в сражении участвовало от 75 до 80 тыс. войска при 450 орудиях.

Император французов предпо­лагал осуществить двойной стратегический охват русской армии, отрезая ее корпусом Нея от Кенигсберга, где у Пруссии сохранился последний военный склад, а от границы корпусом Даву. Рано утром 27 января (8 февраля) Бонапарт начал генеральное сражение около г. Прейсиш-Эйлау (с 1946 г. это — Багратионовск Калининградской области России). Корпус Сульта предпринял отвлекающий удар против войск Тучкова, затем началась атака нашего левого фланга корпусом маршала П. Ожеро.

Однако последний из-за поднявшейся метели сбился с дороги и вместо левого фланга вышел прямо на центр русской позиции. Ожеро был встречен картечью 70-ти орудий в упор и ударом в штыки. Половина его корпуса легла на месте, другая обратилась в бегство, преследуемая русской кавалерией.

Денис Давыдов писал: «Произошла схватка, дотоле невиданная. Более двадцати тысяч человек с обеих сторон вонзали трехгранное острие друг в друга. Толпы валились. Я был очевидным свидетелем этого гомерического побоища и скажу поистине, что в продолжение шестнадцати кампаний моей службы, в продолжение всей эпохи войн наполеоновских, справедливо наименованной эпопеею нашего века, я подобного побоища не видывал!

Около получаса не было слышно ни пушечных, ни ружейных выстрелов, ни в средине, ни вокруг его слышен был только какой-то невыразимый гул перемешавшихся и резавшихся без пощады тысячей храбрых. Груды мертвых тел осыпались свежими грудами, люди падали одни на других сотнями, так что вся эта часть поля сражения вскоре уподобилась высокому парапету вдруг воздвигнутого укрепления. Наконец наша взяла!»

Преследуя драгун и кирасир Ожеро, русская кавалерия почти прорвалась к ставке Бонапарта, которая находилась на кладбище г. Прейсиш-Эйлау. Ещё немного, и французский император мог быть убит или схвачен в плен. Чтобы прикрыть образовавшуюся брешь в центре, остановить русских и спасти остатки войск Ожеро, Наполеон приказал всей коннице Мюрата контратаковать, послав затем ему в помощь гвардейскую кавалерию Ж. Бессьера. Французская конница доскакала до наших резервов, но здесь была отражена оружейным огнем. В схватке с русской конницей, в которой обе стороны имели значительные потери, французы были отбиты.

Момент для общей контратаки был чрезвычайно благопри­ятен, но Беннигсен вновь им не воспользовался. А в полдень подо­шел корпус Даву, охвативший наш левый фланг и после жестокого боя сбивший его. В начале он атаковал отряд русских войск, под командованием Багговута К.Ф., который так активно сопротивлялся, что Наполеону пришлось ввести в дело резервы. Под натиском превосходящих сил противника Багговут был вынужден отступить к с. Клейн-Заусгартен.

Несмотря на постоянные контратаки русских, корпус Даву упорно продвигался вперед, ему удалось захватить мызу Ауклаппен, где ранее располагалась главная квартира Беннигсена, дойти до с. Кушитен. Положение нашей армии сдела­лось катастрофическим: все резервы уже были введены в дело, а левый фланг оказался опасно развернут на север.

Надо отметить, что главнокомандующего на поле сражения несколько часов не было. Как потом выяснилось, он лично поехал встречать корпус Лестока и заблудился. То есть фактически никто в это время не осуществлял командование русской армией. Лишь по личной инициативе начальника артиллерии правого крыла наших войск генерал-майора Кутайсова А.И. под Ауклаппен были переброшены 3 конно-артиллерийские роты под командованием подполковника Ермолова А.П. Метким картечным огнём 36-ти орудий батарея отбросила французскую пехоту и стала уничтожать французские пушки, что  вынудило противника оставить Ауклаппен.

Примерно около 5-ти часов вечера на поле боя наконец-то показались передовые части корпуса Лестока, которому удалось оторваться от Нея, в задачу которого входило не допустить соединения Лестока с главными силами русской армии. Подойдя на помощь войскам Остермана-Толстого, 6-тысячный корпус пруссаков перешёл в атаку, выбил противника из с. Кушитен. На всех пунктах русского левого фланга французы были отброшены; они удержались с трудом лишь у мызы Клейн-Заусгартен, откуда их так и не удалось выбить.

Тем временем корпус Нея охватил наш правый фланг и, сбив прусский отряд Лестока, зашел нашей армии в тыл. Ней был остановлен 2-мя пехотными и 2-мя конными полками.

Канонада с обеих сторон слышалась до позднего вечера. Упорный бой по всему фронту прекратился лишь с наступлением ночи. Так закончилось ничейным результатом сражение при Прейсиш-Эйлау. В 10 часов вечера Беннигсен приказал начать отступление в сторону Кенигсберга ввиду больших потерь и недостатка в боеприпасах, хотя практически весь штаб высказался за продолжение сражения на следующий день. Французы уже не имели сил для преследования.

Наполеон, пожалуй, впервые испытал здесь, у Эйлау, разочарование в своих войсках, отведавших в сражении как следует русского штыка и рус­ской картечи. Под Прейсиш-Эйлау русская армия нанесла первый серьёзный удар по непобедимой ранее наполеоновской армии. Прежде всего, это была моральная победа русских и их значительный стратегический успех.

Французский император простоял 9 дней на поле сражения, пытаясь доказать этим Европе и самому себе, что он победил. Затем он начал поспешное отступление. Казаки, под командованием атамана Платова устремились в погоню, отбили и захватили в плен около 2 тыс. французских раненых.

Потери в сражении при Прейсиш-Эйлау были значительны с обеих сторон. По свидетельству современников маршал Ней, глядя на десятки тысяч убитых и раненых, воскликнул: «Что за бойня, и без всякой пользы!»

Сражение при Эйлау является одним из самых кровопролитных сражений начала XIX века. Потери с русской стороны составили до 26 тыс. (8 тыс. убитых и 18 тыс. раненых), у французов – 25 тыс. По воспоминаниям Дениса Давыдова: «Подобному урону не было примера в военных летописях со времени изобретения пороха».